Из Тени (Dragon Age) - Krilena

пора перестать удивляться, почему тевинтерская Империя еле-еле сдерживает напор дикарей-кунари.

— Мой наставник сам Старший, — понятное дело, верной ученице не понравилось осуждение её идола, поэтому Кальперния эти слова произнесла даже с излишней гордостью. Хотя гордость была и не беспричинной, ибо быть в учениках у самого древнего тевинтерского магистра (и плевать, что он выглядит как ходячий кусок лириума) захотят многие.

— Оно и видно, — Безумец же от её заявления только едва слышно хмыкнул. — Так, значит, он объяснил вам подобное пренебрежение целым пластом магической науки по работе без посоха?

— Да. Потому что то время, которое понадобится на изучение этих ненужных знаний, можно потратить на более полезные навыки работы с посохом и амулетами.

— «Ненужных», значит. А если посох будет утерян?

— Не будет! — уверенно произнесла Кальперния. В погоне за доказательством правоты Старшего она как-то и забыла, что несколько минут назад проиграла как раз потому, что потеряла посох.

Спорить и дальше у Безумца желания не было. Ведь ему прекрасно известна её позиция, точнее позиция её учителя, которую она и переняла. Сетий всегда считал, что те средства, которые придётся потратить, чтобы найти наставников или книги для обучения колдовству руками, лучше потратить на улучшение чар посоха или покупку более сильных амулетов. В своё время хромой маг так и не сумел переубедить своего великовозрастного ученика в ошибочности, по его мнению, такого убеждения.

«Опять продолжает надеяться только на артефакты. Уверен, если отобрать у него эльфийский шар, он проиграет сразу же», — подумал про себя мужчина, а вслух только хмыкнул. Говорить о слабостях врага, когда рядом стоит его приспешница, было бы очень глупо.

Их разговор был на недолгое время прерван. За тем, как мужчина направился к своему плащу, чтобы, видимо, присесть и отдохнуть, Кальперния наблюдала молча, но не без интереса. Теперь она увидела лично, насколько сильно он хромал. Это выглядело как-то странно даже. Изначально по описанию агентов она приняла его за дряхлого старика, у которого проблемы с ногами начались в силу возраста. Но сейчас, имея возможность взглянуть на него без капюшона, со странной долей радости девушка поняла, что очень сильно ошиблась. Какой хоть старик? Да ему и полвека-то ещё нет! Он слишком молод для такой ужасной хромоты. А значит, она сделала вывод, это последствия каких-то серьёзных травм, которые и поныне не дают ему ходить без боли. Потому что Кальпернией не осталось незамеченным секундное появление гримасы измученности на его лице, когда из-за нетвёрдой поверхности — песка — один из его шагов получился слишком неаккуратным.

После подобных выводов не проникнуться обычной человеческой жалостью было невозможно. Но вместе с тем Кальперния отметила, что этого мага есть и за что уважать. Ведь порой люди и с более лёгкими травмами теряют смысл жизни. А он даже руки не опустил. Сумел выжить в этом мире, не прощающем слабость. Это же объясняет, почему его не сломила даже метка. Однозначно, он привык жить с постоянной болью и научился её перебарывать.

И уже здесь всплывают вопросы, а что движет этим человеком? Не одолела ли в своё время его отчаявшийся разум какая-то безумная идея?

Но всё же Кальперния отмахнулась от этих вопросов. Чтобы ими задаваться, нужно для начала лучше узнать этого удивительного человека. Поэтому она решила пока остановиться на том, что его выдержкой всё-таки можно даже восхищаться. Ну, кто бы мог подумать, что такой слабый, больной на вид человек, который из-за своей белой кожи больше похож на восставшего мертвеца или вурдалака (неизвестно, что ещё хуже), будет настолько силён духом…

И теперь магичка как-то даже опечалилась подобными выводами, желая ошибиться в такой поспешной оценке собеседника. Ведь у неё задание заинтересовать его, привлечь на их сторону. Но как этого добиться, как подобраться к такому магистру? Она не знала.

Неужели Самсон оказался прав, и существует лишь одно, чем она бы смогла заинтересовать древнего мага?..

— Нападите на меня.

Из мыслей, которые, очевидно, ушли в ненужную для нынешнего момента сторону, девушку вытянули слова Безумца. Но сами его слова были столь неожиданными, что Кальперния лишь удивлённо уставилась на мужчину, который теперь сидел на траве, но это не мешало его белым глазам серьёзно изучать её.

— Я признаю, что повёл себя не по правилам честного боя. Но теперь вы при посохе, а я открыт для удара. Так что нападайте. Хочу посмотреть на то, как вы распорядились временем вместо изучения «ненужных» знаний.

Кальперния вновь замялась. Конечно, магесса могла поддаться собственной гордости и убедить себя в том, что медлила она, потому что не хотела зазря ранить этого самоуверенного мага. Но на самом деле девушка боялась предоставленной возможности. И хотя у неё не было даже домыслов, но нутром она чувствовала, что не может быть всё так просто. На то он и магистр.

Но противиться магистр не стала, а уж тем более озвучивать свои сомнения в слух. Сейчас она даже поддалась былой злости и желанию впечатать чем-нибудь да посильнее в эту самодовольную белую физиономию. И с этими мыслями Кальперния обхватила посох и начала призывать одно желаемое заклинание из школы стихии.

Ощущение чего-то странного неестественного пришло к женщине тогда, когда она подогнала свою энергию к посоху. Её руку стало странно покалывать. Обычно такого не бывает, поэтому она не стала пренебрегать мерами безопасности, и прежде, чем продолжить, глянула на собеседника. Однако он продолжал ждать от неё действий как ни в чём не бывало. Даже бровью не повёл, когда она остановилась. Девушка нахмурилась, бросила на него подозрительный взгляд, но всё же решила продолжить. Магистры не отступают.

В дальнейшем новых казусов не возникло вплоть до последнего этапа. Когда энергия из-за Завесы была собрана, преобразована, осталось лишь перенаправить её на посох и придать ей образ желаемого заклинания. Однако за считанные мгновения до атаки, когда в посох наконец-то проникла магия, неожиданно между рукой девушки и орудием образовалась яркая вспышка электричества, раздался характерный для этой стихии треск. И Кальперния вскрикнула от боли.

Она выронила посох из рук. Но ей было не до него. Магичка оскалилась, плохо сдерживая скулёж боли, и схватилась за пострадавшую руку. Она ощущала сильнейший жар от произошедшего удара, но при этом и ужасный холод, её пальцы даже покрылись инеем. Так действует смешанная магия двух стихий. Терпеть пришлось бы долго. Поэтому девчонка постаралась облегчить своё положение, тут же воздействуя магией лечения. С помощью неё заживление руки происходило быстрее.

Нужно было закончить начатое. Но прикоснуться сейчас к посоху, с