Антология Сатиры и Юмора России ХХ века - Феликс Кривин

В делах любви любители всегда предпочтительнее профессионалов.

* * *

В любовном треугольнике по меньшей мере один угол тупой.

* * *

Любовь — это такое явление, которое, укорачивая жизнь каждому человеку в отдельности, удлиняет ее человечеству в целом.

* * *

А ревность — это цемент, соединяющий крупицы любви в сплошную стену, отделяющую человека от общества. Чем меньше крупиц, тем больше требуется цемента.

* * *

И любовь к себе бывает плодотворной. У одноклеточных.

* * *

Доступным женщинам многое недоступно.

* * *

Заслуживает внимания пример жуков-богомолов. Жена богомола в пылу страсти буквально поедом его ест, но, даже съеденный до половины, он продолжает выполнять свои супружеские обязанности. Богомол понимает: супружеские обязанности не ограничиваются любовью. Настоящий супруг должен не только любить, но и кормить свою супругу.

* * *

Мужья, не спорьте с женами! Не может быть хорошим мужем тот, кто любит истину больше, чем женщину.

* * *

Для иной современной свадьбы нужны не свидетели, а понятые.

* * *

«То, что муж этой женщины алкоголик, распутник, хулиган и дурак, что он истязает жену и живет на ее иждивении, что он тупое, невежественное, ленивое и грязное существо, — все это еще не самое страшное. Самое страшное — что он однолюб».

* * *

Любовь примиряет врагов. Такие враждебные, непримиримые слова, как «слабый» и «прекрасный» (прекрасные стихи — слабые стихи), примирились, подружились и стали синонимами в слабом и одновременно прекрасном поле.

* * *

Женщина говорит о своем знакомом: «Он такой молчаливый!»

И о другом своем знакомом: «Он такой молчаливый!»

У нее все молчаливые: она же никому не дает слова сказать.

* * *

Подходите к ветреным женщинам с подветренной стороны!

* * *

В санаторий, где лечат женщин, желающих иметь детей, охотно ездят мужчины, желающие иметь женщин.

* * *

Они бегают от инфаркта — и всё за женщинами!

* * *

Женишься на красоте, а живешь с характером.

* * *

Оживив себе жену, Пигмалион пожалел, что не создал ее из более мягкого материала.

* * *

Очнувшись от своей игры, Орфей застал жену в объятиях Морфея.

* * *

Египетская куртизанка Родопис продавала свою любовь царю за деньги, а Эзопу — за остроумие. Одни платят остроумием за любовь, другие — любовью за остроумие, и только те, кому нечем платить, расплачиваются деньгами.

* * *

Робеспьер любил женщин, но только как товарищей по оружию. Вместо цветов он дарил женщинам тексты своих речей и очень возмущался, что коллега Дантон может требовать от женщины что-то другое.

* * *

То, что не проникает в сердце, ложится камнем за пазухой.

* * *

В какой-то степени ревность — это плод любви добра и зла.

* * *

Зло любит ревностью.

* * *

От судьбы не уйдешь, а если уйдешь, то тебя будут разбирать на общем собрании.

* * *

В лирике, в отличие от физики, чем больше расстояние, тем сильнее притягиваются тела.

* * *

За столько веков Амур испробовал все виды оружия: стрелы, ружья, пушки, бомбы разных систем…

И все это для того, чтоб люди полюбили друг друга.

Граждане

* * *

Между голландской и японской живописью больше общего, чем между голландской живописью и голландским сыром. Но не все голландские граждане способны это понять.

* * *

На суде, который над нами идет, родители наши — свидетели защиты, а дети наши — свидетели обвинения.

* * *

Человек уходит из жизни, как выходят из трамвая: на его уход обращают внимание те, кого он толкнул или кому уступил место.

* * *

Если всех преступников выпустить на свободу, честного человека сможет защитить только тюрьма.

* * *

Мы такие люди: если мы сидим в тюрьме и нам говорят: сидите осторожно, а то тюрьма развалится, — мы будем сидеть очень осторожно, не шелохнувшись, чтоб чего доброго не развалилась наша тюрьма.

* * *

Только в тюрьме чувствуешь себя как за каменной стеной.

* * *

После того как у нас ввели сухой закон, наши граждане стали меньше уважать друг друга.

* * *

Голове легко быть умной, она наверху.

* * *

Чужие радости бывают ближе, чем свои. Чужая молодость рядом, а своя так далеко, что до нее и за сто лет не доберешься.

* * *

Некоторые наши граждане, как палки, вытащенные из колес, любят повспоминать, как они способствовали нашему движению.

* * *

Мы так быстро бегаем от инфаркта, что прибегаем к нему с другой стороны.

* * *

Всю жизнь мечтал обрести почву под собой, а обрел почву над собой.

* * *

Говорят, в состоянии клинической смерти некоторые чувствуют себя очень хорошо. Но разве это не естественно после нашей клинической жизни?

* * *

Самоопределение — вплоть до отделения милиции.

* * *

Жизнь безжалостно сдирала с него рубашку, в которой он родился.

* * *

Если больной и протянет до утра, то только ноги.

* * *

После удаления слепой кишки больной стал значительно лучше видеть.

* * *

Евреи так глубоко пустили корни в России, что они теперь выходят в Америке.

* * *

Если хочешь жить по большому счету, придется по этому счёту платить.

* * *

Мы такой народ: мы способны только на подвиги и преступления. На другие, менее значительные дела мы не способны.

* * *

Ему многое было на роду написано, только он, к сожалению, так и не научился читать.

* * *

Здоровье, граждане, — это единственное, что невозможно накопить к концу жизни.

* * *

В будущем мы живем хорошо. Нам бы еще научиться жить в настоящем.

* * *

В имени ИВАН — вся жизнь Ивана: НИВА — для работы, ВИНА — для удовольствия, детский НАИВ — в неумении отличить одно от другого и вечная ВИНА по этому поводу.

* * *

Еврейский вопрос есть всюду, где есть евреи, потому что надо же кому-то нести ответ. А кому хочется нести ответ?

Поэтому евреи на вопрос отвечают вопросом.

* * *

Не зря врачи советуют ограничивать себя и в том, и в другом. Все ограниченные обладают завидным здоровьем.

* * *

Жизнь — как единственное дитя: ее любишь тем больше, чем меньше она того заслуживает.

* * *

Если перед тобой возникнет стена, вбей в нее гвоздь, повесь на него шляпу и чувствуй себя как дома: одна стена у тебя уже есть.

* * *

Одни надежды оправдались, другие — не оправдались. Почему-то наши надежды — как преступники перед судом: им постоянно нужно оправдываться.

* * *

Граждане! Употребляйте с пользой все, что направлено против вас! На Диогена тоже катили бочку.

Маленькое эссе о «Фигизме» и его ярчайшем представителе Феликсе Кривине

Феликс Кривин несколько лет назад уехал из России, вернее, с «Украины», так как жил он в городе Ужгороде, который находится не просто на Украине, а еще и в Западной Украине. Как говорится, куда уж ближе к Европе по сравнению с провинциальной Москвой. Но в Западной Украине особый климат, там даже жители Полтавщины считаются чуть ли не «москалями». Так что, думается, Феликсу Давидовичу жилось в Ужгороде не очень уютно, если он променял солнечную Украину на хмурый, холодный Израиль, где днем с огнем не найдешь настоящего сала. Центр всегда высокомерно относится к периферии, периферия же не отвечает центру взаимностью, — она просто ненавидит надменный центр.

Однако мудрые люди в эти игры «центр — периферия» не играют, они просто хорошо делают свое дело, и тогда, к примеру, перед витебским Шагалом снимает шляпу блистательный Париж.

Феликс Кривин относится именно к таким мудрецам. Мне кажется, что для него Ужгород был тем же, что и бочка для Диогена.

Феликса приглашали на работу в Москву, на радио, но что-то все срывалось. Возможно, смущала «мелочь» — то, что из-за одной его книги разогнали чуть ли не пол-издательства «Политиздата».

Что же такого творил Феликс Давидович, если из-за его произведений редакторы, пропускающие их в печать, рисковали рабочим местом? Все очень просто — время было такое, — как говаривала Анна Ахматова, — «не очень вегетарианское». Впрочем, когда в нашей истории было другое время? Так, изредка, кратковременные «посты».

Так называемые «шестидесятники», к которым, безусловно, относится Феликс Кривин, жили далеко не со всеми удобствами. И поэтому зачастую их «фирменное блюдо» (за что их и сейчас нет-нет, да пинают) было — «Фига в кармане». Я умышленно пишу «Фига» с большой буквы.