Жемчужный орден - Юрий Иванович

– Может, это те самые “милые” зверушки?

– Ага, решили отомстить за похищенную шапку…

– Может, слово “шурпан” обозначает множественное число?

– Вполне возможно. Значит, какой-то клан напал на этих несчастных и утыкал их тела ядовитыми иголками. Потом нападающие забрали свое оружие и завалили вход. И шлем оставили, и вещи не тронули. Так, что ли? Не вижу логики…

– И посмотрите, здесь говорится “С ним”. Значит, кто бы это ни был, он атаковал в одиночку. И оказался заведомо сильней даже Эль-Митолана, потому что человек с мелом заранее знал свою участь, утверждая: “сам с ним не справится”! А ведь наверняка в той команде были весьма ловкие и умелые воины.

– Сразу заметно, что они попытались рассредоточиться и держать оборону с помощью своих мечей.

– Да только ничего у них не получилось…

– Но как они были убиты?

– Если узнаем, кто такой шурпан, может, догадаемся и о причине их смерти. Никто не подскажет, что это за создание?

С минуту все напряженно размышляли, но в итоге отрицательно покачали головами и продолжили обсуждение:

– А что обозначает последнее предложение?

– Да что угодно, вплоть до того, что автор имел в виду своих потомков, то есть нас. Просто забыл поставить тире: “Эти уроды – вы!”

– Лестного ты о себе мнения! Ха-ха! Но скорее всего, имелось в виду другое. Например…

– Выглядывают?

– Выплыли?

– Высмотрели?

– Выследили!

– Точно! Судя по всему, именно выследили.

– Но тогда недостает местоимения “нас”.

– Отнюдь. Думаю, подразумевалось в дальнейшем написать обо всей этой команде. Ведь когда группа спаяна единой целью и одной опасностью, всегда говорится лишь о коллективе.

– Логично. Тогда фраза будет звучать: “Эти уроды выследили наш отряд!” Теперь осталось узнать, кого он имел в виду под словом “уроды”?

– Вряд ли это те самые милые зверюшки.

– Тогда это остальные шурпаны. Их целое стадо, диких и алчных, но убивать пришельцев пошел один.

– Если бы он был один, эта команда не стала бы жаться к засыпанному входу, да еще и откапывать тоннель. Они бросились бы на прорыв. А значит…

– А значит, пещера с той стороны уже была закрыта обвалом.

– Ага, и шурпан их утихомирил, а потом просто рассеялся в воздухе…

– Или просочился в грунт…

Вдруг спорящих оборвал напряженный женский вскрик:

– Тихо!

Все оглянулись на Мирту, которая стояла к ним спиной и с напряжением вглядывалась в темную часть пещеры:

– Там кто-то шевелится…

Тотчас все светляки, управляемые колдунами, устремились под нависающий козырек скалы, где действительно ворочилось нечто большое и громоздкое. Следующим действием было сканирование шевелящейся окаменелости магическим взором. Первым с этим справился Невменяемый:

– Всем, кроме колдунов, немедленно покинуть пещеру! Там просыпается от летар1 ического сна какое-то животное…

Стоявшая перед ним баронетта Шиловски, вместо того чтобы броситься исполнять приказание, выхватила из ножен меч. Молодой командир чуть не взбесился и так рявкнул на красавицу, что та, больше не посмев ослушаться, унеслась по тоннелю вслед за остальными, подгоняемая зловещими выкриками:

– Всем немедленно двигаться к месту нашей последней встречи! Ничего с собой не брать! Если мы через час не выйдем, поднимайте всеобщую тревогу.

После этого все пять Эль-Митоланов встали в проходе узкого тоннеля и поставили тройную защиту. На острие клина, естественно, стоял Невменяемый, продолжая магическим взором обследовать шевелящуюся груду камней. Сзади раздался немного запоздалый совет инженера:

– Надо было просто забросать проход с той стороны нашими силами. Могли успеть.

– А могли и не успеть, – шепотом отозвался командир. – Да и оставлять такое чудовище в своих тылах – непозволительная роскошь.

Эль-Митолан-егерь придерживался такого же мнения:

– Уничтожим этого шурпана, и все дела. Нас же пятеро!

Помощник герцога хоть и был молод, как Кремон, но рассуждал вполне осторожно:

– Вдруг это не шурпан, а вождь шурпанов? И ему пяток магов – на один зуб?

– О нас можно и челюсть сломать, не то что зуб, – пробормотал Кремон, продолжая наблюдение. – О, начал выползать! И явно устремился в нашу сторону.

Действительно, из кучи обломков и мелкого гравия выползло длинное, шестилапое животное с белым брюхом и коротким, словно обрубленным, хвостом. При длине около восьми метров его туловище достигало в поперечнике чуть меньше метра. Длинную зубастую пасть венчал огромный набалдашник в районе предполагаемого мозга Этот нарост резко открылся, словно огромное веко, и под ним оказался единственный глаз с расходящимися фасеточными линиями.

– Ох у него и глаз! – не сдержал восклицания опытный проводник. – Наверняка он им может даже сквозь камни видеть.

– Держите защиту, – скомандовал Невменяемый. – А я попробую перехватить над ним управление.

Но расстояние сокращалось, а монстр не торопясь продолжал ползти в их сторону. Головная боль навалилась на Кремона совершенно неожиданно, и ему показалось, что это его стараются взять под полный контроль. Отчаянно помотав головой, он признался своим товарищам:

– Не могу! Будем атаковать эту тварь синей молнией…

Но не успели колдуны вытянуть свои руки для синхронного действия, как из пасти животного вырвалась густая струя желтого пара и окутала пятерых человек плотным облаком. Сразу же стало понятно, как атакует эта бестия – ядовитым газом. От контакта с ядом человек наверняка оказывался парализованным и не мог оказать ни малейшего сопротивления. В следующее мгновение стало понятно, как монстр питается: из той же пасти выдвинулись два длинных языка с присосками и устремились в желтое облако. Судя по всему, зубы шурпану служили для чего-то другого, поскольку он мог высосать внутренности своей жертвы, не повреждая кожного покрова.

Однако пятерка колдунов оказалась готова ко всему. Достаточный запас воздуха обеспечил им свободное дыхание, а силовые щиты остановили чмокающие присоски на концах языка.

В следующее мгновение Кремон попросил своих коллег:

– Отдайте мне половину вашей силы.

Получив желаемое, он аккуратно поднес руку к краю магических шипов и буквально насквозь пронзил синей молнией приблизившееся на метр чудовище. От такого удара мозговая и прочая деятельность любого организма прекращалась навсегда. А поскольку это было сделано в две с половиной магические силы, то спасти неизвестное создание мог лишь Заливной Щит.

К счастью, шурпан им не обладал, сразу завалился на бок, несколько раз конвульсивно взмахнул своими лапищами и затих окончательно. Из разорвавшегося глаза на камень хлынула черная жидкость.