Папа волшебницы - Александр Данковсеий

   "Нас ищут", мелькнула совершенно невозможная мысль.

   А Дрик рядом со мной вдруг сложил руки рупором, поднял лицо к небу и ... заквакал. Не могу подобрать другого слова, хотя и нормальная лягушка такой звук вряд ли себе позволит. Что-то похожее обычно издает отдираемый от рулона кусок скотча. Только у пацана получилось куда громче. И ведь ответ пришел - с неба ему прямо в руки спикировала уменьшенная до размеров скворца копия драконов, бороздящих здешнее небо. Нет, не дракон. Просто крокодильчик с крыльями и в перьях.

   -- Наш прищеренок! Нашел нас, вот умница, -- завизжала Юлька.

   И следом за зверьком вниз прянул "самолет". Завис метрах в десяти над землей - и к нашим ногам упала веревка.

   Руки вывязали двойной беседочный узел еще до того, как я сообразил, что делаю. А когда сообразил -- тут же пихнул в получившиеся петли Юльку, как она не отбивалась.

   -- А если это ловушка? -- за плечо меня ухватил Сайни. Причем ухватил правой рукой, которую ему три (или уже четыре?) дня назад основательно покарябал Князь.

   -- Эй! Чьерт, быстро-быстро! Вилсипед! Юлька рисовала!

   Это нам проорали сверху. Причем по-русски. Таких ловушек просто не бывает. Да и второй такой бородатой физиономии, как та, что свесилась через борт невозможного летательного аппарата, в этом мире быть не могло.

   Из дневника Юли

   Меня выдернули в гондолу этого летающего чуда, как рыбку из воды. Аж веревка врезалась в подмышки, и балахон задрался едва ли не до них же. О том, какой вид при этом открылся снизу, я старалась не думать.

   Сильные руки подхватили меня под бока, перенесли через борт и достаточно неаккуратно швырнули на дно. Зубы клацнули, а потом челюсть стукнула по грудине. Хотя кого ж еще я могла тут увидеть? Обычно пышная борода Бержи теперь торчала воинственным веником, словно наэлектризованная. А глаза у него горели как у дикого кота. Да на кота он сейчас и походил - весь вздыбленный, ощерившийся, только что искры из глаз не летят. В два рывка выпутал меня из папиного вязания (я б сама минут бы пять разбиралась) и снова бросил веревку через борт. Причем без единого слова. А вот как бросил и глянул вниз, так сразу это слово и произнес. Только я его тут воспроизводить не буду.

   Я тоже глянула - и тоже выдала кое-что из того, чего хорошая девочка произносить не должна ни при каких обстоятельствах. Впрочем, дайте мне эту хорошую девочку и поместите ее на мое место, и я посмотрю еще, как она заговорит.

   Потому что внизу заметили нашу попытку побега. Папа, Дрик и Сайни вскочили на крышу капонира и отбивались от наседавших на них солдат местного гарнизона. Причем я бы в жизни не поверила, что папик способен такое выделывать. Он, конечно, в юности занимался каратэ, но с тех пор лет двадцать прошло, и в спаррингах ни со мной, ни с Сайни он особо не блистал. А тут - ну просто Чак Норрис какой-то. То одного лягнет, то другого в зубы съездит. А те валятся, как кегли. Только, боюсь, надолго его не хватит, а эти все лезут и лезут...Повезло еще, что из оружия у них только дубинки с электрошокерами. Папик одну такую отобрал и бойко ею отмахивался.

   Дриков папа, понятное дело, специально таким вещам учен. Но, видать, досталось ему крепко. Отмахивается, но с трудом.

   Ну и Дрик при таком отце не хочет в грязь лицом ударить. Сверху не слышно, но сто против одного, что дядя Сайни ему велит лезть вверх, а тот не слушается. Еще бы. Я бы тоже не послушалась. Но не вниз же теперь лезть?

   А вот помочь точно надо. Местный пожарчик был не хуже лабораторного примуса, так что огненный горох вышел на загляденье. И первая порция подпаленных охранников сыпанула в стороны. В жизни бы не поверила, что смогу за раз контролировать два с лишним десятка "огоньков". А вот поди ж ты! Убить ни один из них не мог - не та мощность. Да и не хотелось мне, если честно, лишать жизни этих несчастных дядек, которых, может, какой-нибудь колдун сейчас на убой гнал. Поэтому пришлось бить так, чтоб ожоги крепко затрудняли дальнейшие агрессивные действия. Нет, подпаленная задница тут не годится, это штучка для кино. А вот подколенная ямка - самое то.

   Ага, осаждающим явилась помощь. Десяток каких-то невиданных мною раньше типов в черных, как смола на крыше, комбезах. Наверное, такой был у Чкаа, который куда-то сгинул в заварухе. Это были явно ребята серьезные, отбиваться от них нашим удавалось с большим трудом, и то потому, что на крыше места было мало, и всем скопом враги навалиться не могли, друг другу мешали. И огненные горохи их не брали - отскакивали от гибкой брони. Бержи еще раз выругался, рванул куда-то вглубь кабины - аппарат качнуло, как лодку на воде -- и вернулся с ружьем. Пристроился у борта и принялся методично отстреливать нападающих. Двух свалил, еще одного ранил в ногу. Ему ответили целым градом стрел, так что срочно пришлось спрятаться за борт. Ну ладно, ребята, держитесь! Светлячки и линии всяких там чакр и меридианов по-прежнему плясали у меня перед глазами, стоило только зажмуриться и сосредоточиться. Ну, я и вдарила по соответствующим сплетениям. Осторожно выглянула. Ага. Одного тошнит, другой в отключке, третьему, кажется, срочно понадобилось переодеть штаны (а в таком состоянии не навоюешь).

   На каменную крышу попыталось залезть совершенно кошмарное существо - эдакий гибрид медведя и броненосца. Уж не знаю, откуда оно выпрыгнуло, но появилось бесшумно, разметав нескольких черных, как поленья. Нашим повезло - взапрыгнуть к ним на крышу оно сразу не смогло, и, повиснув на передних лапах, царапало задними камень, ища опоры. Мне показалось, что я слышу скрежет. Бержи пальнул по бестии, попал, но, кажется, ее это не остановило.

   И тут к самой морде твари рванул Дрик. Прежде, чем взрослые успели ухватить его за шкирку, цапнул оброненную кем-то электродубинку и ткнул прямо в нос страшилищу. Визг перекрыл все остальные шумы, и оно рухнуло вниз.

   -- Ну, скоро они там?! - это прорычал откуда-то спереди пилот аппарата. Батюшки, так это дядя Дмиид. Причем явно не в лучшем виде - лицо напряженное, глаза горят и из орбит лезут. По-моему, он какое-то заклинание поддерживает, да еще, наверное, не одно. -- Я ж поле снял, сейчас ежели по нам как следует долбанут, угольков не останется.

   -- Вверх, вверх лезьте! -- проорал Бержи у меня над ухом. Не уверена, что его услышали внизу, а я теперь точно буду различать звуки вполовину хуже.

   Нет, таки услышали. Несмотря на сопротивление, папа впихнул в петлю Дрика. И мы с Бержи принялись выбирать его в четыре руки. Потом гном чертыхнулся и вновь схватил стрелялку: какой-то мерзавец внизу попытался то ли подстрелить парня, то ли веревку перебить. Гном вовремя заметил, но промазал. Еще раз чертыхнулся и принялся перезаряжать ружье. А я тянула непослушную, режущую руки веревку, цепляясь ногами за какие-то выступы на дне. Рассказал бы кто, в жизни не поверила бы, что вытащу пацана потяжелее меня, да на такую высоту. Он, правда, сам лез вверх по веревке, хотя делать это было ой как непросто. Она ведь толщиной была всего с большой палец. Чай, не школьный канат. Но Дрик влез, сноровисто выскользнул из петель и сбросил их вниз.