Всё не просто - Тимофей Григорьев

— И кто же это его так? — Совершенно не обращая внимания на возникшую угрозу жизни, юный шаман продолжал анализировать возникшую ситуацию. — Слушай, вождь, уже сотни полторы годков мучаешься, да? А лечиться почему не стал?

От прямо поставленного в присутствии посторонних вопроса на весьма деликатную тему у орка отняло дар речи — он просто стоял и возмущенно пыхтел, так сжимая рукоять мачете, что побелели костяшки пальцев. Не давая ему опомниться, внук продолжил свой допрос.

— Я было подумал, что тебе маг Эль подгадил, но, оказывается это не так. — Эчеррин совершенно не стесняясь, допытывался у вождя интимных подробностей. — Ведь не помогли тебе маги, да? Ни наши, ни Эль, да и маги Че здесь бессильны.

Орк, наконец, справился с приступом бешенства от наглости мальчишки, и стал прислушиваться к его словам. Видимо, указанная проблема действительно существовала, раз вождь даже не стал скрывать свой интерес.

— Все сказали, что ничего нельзя сделать. — Сквозь зубы процедил пояснения орк. — Но ты как узнал?

— Вижу, проклятие на тебе, сильное, от кровных родственников. — Эчеррин удовлетворенно вздохнул, довольный решением загадки. — Кто заинтересован в том, чтобы у тебя никогда не было собственных детей? Разве в семье не общая собственность? Какой смысл во всей этой затее? Или, может быть, изнасиловал кого?

— Что? Да я! Да тебя!

Возмущение орка вполне можно было понять — при существующем дефиците в кланах женского населения, за попытку силой добиться желаемого, убивали прямо на месте. Торрин не сомневался, что внук правильно определил проблему вождя, хотя сам никак не мог увидеть узел, о котором он говорил. Если правда то, что маги не смогли определить причину болезни, это значит, что только комплексная сила позволяет Эчеррину видеть необычные плетения сил. И это совсем не радовало шамана — получается, что никто из узкоспециализированных магов не мог видеть значительное количество силовых линий, а это указывало на брешь в обороне. Видимо, такая же мысль пришла в голову и остальным его коллегам, присутствовавшим при разговоре, судя по их хмурым лицам. Между тем, вождя вопрос безопасности кланов пока не волновал.

— Ты сможешь что-нибудь сделать? — С надеждой посмотрел он на внука.

— Не здесь, это предмет отдельного разговора. Раз мы собираемся общаться в ближайшее время, я думаю, что пора и познакомиться. — Юный шаман протянул ладонь и представился. — Эчеррин, клан Небесной Змеи.

— Бычин, военный вождь клана Черных быков. — Орк с силой пожал протянутую руку и уточнил. — Не скажу, что обстоятельства знакомства приятны для меня.

Торрин с большим интересом следил за происходящим, потому что их семья была кровно заинтересована в налаживании личных дружеских отношений с этим орком — он был из того соседнего клана, на маленькую часть земель которого распространялась сила Храмовой долины. К тому же шаман достаточно хорошо знал вождя и его семью, они были уважаемы в своем клане и имели достаточно влияния (что подтверждало присутствие орка на Совете) для решения многих вопросов.

— Почему бы нам не отойти на некоторое время в помещение поменьше? — Торрин решил поддержать внука и создать условия для его взаимопонимания с новым знакомым. — Заодно охрана принесет нам что-нибудь перекусить.

Вождь с недоумением посмотрел на отдававшего распоряжения мальчишку, но промолчал — слишком заинтересован был в своем выздоровлении. Эчеррин, увлеченный возможностью применить свои способности на практике, мало обращал внимания на окружающих. Один из телохранителей согласно кивнул и отошел к старейшинам из Небесной Змеи — решить вопрос с комнатой и ужином. Шаманы, ставшие случайными свидетелями всего разговора отошли, переговариваясь, они явно обсуждали увиденное.

В чисто человеческой манере подхватив опешившего вождя под локоток, Эчеррин устремился из зала вслед за охраной. Торрин немного помедлил в дверях и внимательно осмотрел зал. Предчувствия его не обманули — слишком многие из оставшихся пристально смотрели им вослед. Ничего, пусть задумаются о будущем, хватит почивать на лаврах, доставшихся от предков — пришла пора многое изменить в кланах. Довольно улыбнувшись, он побежал догонять своих.

Я был заинтригован неимоверно — никогда не приходила в голову мысль, что магию можно использовать в таких своеобразных целях. Я поспешил за своими орками, так как мне не терпелось попробовать помочь вождю в его затруднениях. К тому же я чувствовал за всеми его приключениями чью-то злую волю — страдал он отнюдь не случайно, и в моих интересах было помочь страждущему, так как лишние знакомства в других кланах никому не повредят. Так что мы, степенно двигаясь по коридорам, подошли к неприметной двери, услужливо открытой для нас охраной. Двое телохранителей встали у входа, чтобы у любопытных не появилось возможности нас подслушать.

Небольшая комната как раз отвечала моим требованиям — ковры, несколько подушек и низкий столик в дальнем углу. Пока мы с вождем располагались на полу, вошел Торрин и сел около стола. К нашей компании присоединился Наррин (глава моих орков и сильнейший шаман среди них), остальная охрана осталась в коридоре. Дед завел с вождем разговор о погоде и здоровье скота, что бы дать тому время придти в себя, да и ужин должны принести в ближайшее время. По всеобщему молчаливому согласию решили основным вопросом заняться после приема пищи.

После того, как все условности были соблюдены, мы приступили к серьезному разговору.

— Так что ты можешь сказать мне, Эчеррин? — Вождь с сомнением и надеждой смотрел на меня. — Что-то можно сделать или мне пора уходить в небо.

Надо сказать, что орки избегали говорить о смерти, они предпочитали говорить «уйти в небо», что и понятно с их обычаем сжигать своих покойников. Так что Бычин был готов умереть, только бы не жить с репутацией бессильного мужчины. Человек постарался бы в такой ситуации переехать жить в другое место или смириться со своим недугом, а орки были максималисты во всем — порядочный воин должен был смыть свой позор кровью, обидчика или своей, в зависимости от обстоятельств. Похоже, вождь слабо надеялся на мое лечение — он просто хотел узнать имя автора проклятья и отомстить. Вполне понятное желание.

Итак, что у нас есть? Я стал внимательно всматриваться в орка, зрение уже привычно перестроилось на мои нужды — теперь я почти не видел тела, а все переплетения силовых линий вышли на первый план. Судя по всему, вождь отличался отменным здоровьем и большой удачей — в его возрасте сохранить тело без травм и ран практически невозможно. А Бычин имел только одну проблему, из-за которой мы здесь и собрались.