Курсанты Академии - Рэй Брэдбери

— Однако ты отказал мне, да еще и оскорбил своей лестью.

— Я не хотел обижать тебя, Лейел.

— Ты также не хотел написать правду. Но ты скажешь ее мне, Гэри, или я просто полечу на Терминус.

— Комиссия общественной безопасности передала Фонду право решать, кто летит на Терминус, а кто — нет.

— Гэри, ты прекрасно знаешь, что мне достаточно лишь намекнуть какому-нибудь мелкому клерку Комиссии, что я хочу лететь на Терминус. Через несколько минут об этом станет известно Чену, а еще через час он подпишет распоряжение, что условия подписанного с тобой договора не распространяются на меня. Если я это сделаю, а ты попытаешься возражать, то договор просто аннулируют. Ты это знаешь. Если ты хочешь, чтобы я не летел на Терминус, одного запрета мало. Ты должен убедить меня, что делать мне там нечего.

Гэри закрыл глаза, вздохнул.

— Вот уж не думал, что ты проявишь такую настойчивость, Лейел. Лети, если тебе того хочется.

Неужели Гэри так легко сдался, спросил себя Лейел. Нет, быть такого не может.

— Лететь для того, чтобы обнаружить, что на Терминусе никто не хочет иметь со мной никаких дел? Что мне там делать, если я не буду принимать самого активного участия в создании Энциклопедии?

— Занятие ты себе найдешь, но оно действительно не будет иметь никакого отношения к Энциклопедии.

Ты не можешь работать над Энциклопедией, потому что не состоишь в Фонде. Не состоишь и не будешь состоять. А если ты попытаешься воспользоваться своим богатством и влиянием, чтобы вступить в Фонд, дело кончится тем, что ты поставишь под угрозу само существование Фонда, но присоединиться к нему тебе не удастся. Ты меня понимаешь?

"Очень даже хорошо", — со стыдом подумал Лейел.

Уж он-то знал, что деньги и связи решают далеко не все. И полагал ниже своего достоинства ломиться в закрытую для него дверь.

— Извини, Гэри. Я не стал бы давить на тебя. Ты знаешь, я не из таких.

— Я знаю, что ты никогда этого не делал, когда мы ходили в друзьях. Но, боюсь, я узнаю о тебе что-то новое, — Гэри вздохнул. Отвернулся, долго сидел к нему спиной, потом вновь посмотрел на Лейела. Выражение его лица изменилось. Изменился и голос. Лейел узнал этот голос. И понял, что Гэри хочет сказать ему что-то очень личное, чего не говорил никому. — Лейел, ты должен понимать, что на Терминусе я создаю не просто Энциклопедию.

Лейел тут же насторожился. Ему пришлось употребить все свое влияние, чтобы государственные структуры не отправили Гэри Селдона в ссылку, когда тот начал рассылать свои научные труды, предсказывая неминуемое падение Империи. Власти полагали Селдона предателем, даже предали его суду, где Селдон сумел убедить всех, что ставил перед собой только одну цель создание "Энциклопедии Галактики", средоточение всей мудрости Империи. И даже теперь, стоило Селдону признать, что он руководствовался и другим, скрытым мотивом, власть могла стереть его в порошок.

Лейел не сомневался, что «кобы» (то есть сотрудники Комиссии общественной безопасности) фиксируют каждое слово. И даже Лейел ничего бы не смог поделать, получи они признание Гэри в противоправной деятельности.

— Да нет же, Лейел, не надо нервничать. Сейчас я все поясню. Для успешного завершения проекта "Энциклопедия Галактики" я должен создать на Терминусе город ученых. Колонию, состоящую из мужчин и женщин с легко ранимым эго и безмерным честолюбием.

Все они прошли школу подковерных интриг в самых опасных, не знающих жалости к слабым бюрократических гнездах Империи — университетах.

— Ты хочешь сказать, что не позволяешь мне присоединиться к Фонду, потому что я не учился в университете? Мое самообразование принесло мне куда больше пользы, чем практикуемая там долбежка!

— Не надо рассказывать мне о твоем отношении к университетам, Лейел. Я лишь говорю, что один из основных принципов, на основе которых я подбираю сотрудников, — их совместимость. Я могу отправить на Терминус человека только в том случае, если буду уверен, что он… или она… обретет там счастье.

Упор Гэри на слове она многое прояснил.

— Значит, дело не во мне, так? — спросил Лейел. — Причина в Дит.

Гэри не ответил.

— Ты знаешь, что она не хочет лететь со мной. Ты знаешь, что она предпочла бы остаться на Тренторе. И поэтому ты не берешь меня! Так?

С неохотой Гэри признал, что Лейел недалек от истины.

— Да, мое решение имеет отношение к Дит.

— Разве ты не знаешь, как много значит для меня работа в Фонде? — Вопросил Лейел. — Разве ты не знаешь, сколь многим я готов пожертвовать, чтобы принять участие в этом проекте?

Какое-то время Гэри молчал. А потом спросил шепотом:

— Даже Дит?

Ответ едва не сорвался с губ Лейела. Да, конечно, даже Дит, всем чем угодно ради участия в этом величайшем проекте.

Но взгляд Гэри остановил его. С их самой первой встречи на одном из семинаров в далеком прошлом Лейел знал, что Гэри не терпит самообмана. Они сидели бок о бок и слушали доклад известного в то время демографа. Лейел наблюдал, как Гэри несколькими точным вопросами не оставил камня на камне от тезиса бедолаги. Демограф был в ярости. Очевидно, ранее он не видел ошибок в своих выкладках, но теперь, когда его ткнули в них носом, отказывался признавать их за ошибки.

— Я оказал ему услугу, — сказал после семинара Гэри.

— Нашел человека, которого он может ненавидеть?

— Нет. До этого семинара он верил в свои ничем не подтвержденные выводы. Обманывал себя. Теперь он в них не верит.

— Но все равно от них не отказывается.

— И что… теперь в нем больше от лжеца и меньше от дурака. Я подкорректировал его внутреннюю структуру. А с вопросами морали пусть разбирается сам.

Лейел вспомнил все это и понял, что не стоит говорить Гэри о том, что есть что-то такое, пусть это будет и участие в работе Фонда, ради чего он готов отказаться от Дит. В этом он не просто бы солгал, но выставил бы себя дураком в глазах Гэри.

— Это запрещенный прием, — ответил он. — Ты знаешь, что Дит — моя неотъемлемая часть, как сердце или голова. Я не могу оставить ее с тем, чтобы присоединиться к твоему Фонду. И теперь до конца нашей совместной жизни я буду знать, что мог бы полететь на Терминус, если бы не она. Ты отравил мне мои последние годы, Гэри.

Гэри медленно кивнул.

— Я надеялся, ты поймешь, прочитав мое письмо, что я не хотел сказать тебе больше, чем сказал. Я не могу лгать тебе, Лейел. Солгал бы, но не могу. Вот я и написал тебе не всю правду. Чтобы не создавать нам обоим лишних проблем.

— Не получилось.

— Вины Дит в этом нет, Лейел. Она такая, какая она есть. И ее место на Тренторе, не на Терминусе. А ты должен быть с ней. Это факт, а не решение. И мы больше никогда не будем касаться этой темы.