Сказание о Небесной Искре. Том 1 (СИ) - Лисовецкий Богдан

Лучезар тяжело вздохнул. Было видно, как он думает о чем-то очень сложном, но никак не может найти решения.

— Мне жаль. Но пора положить этому конец.

Губы княжеского сына двинулись, и он медленно сложил пальцы в знаки Крада и Перта. Вся плазма на поле боя в одно мгновение сконцентрировалась перед ним в одной точке.

Ивор хотел было ринуться в атаку, но резко остановился. Огромный водоворот из плазмы становился все больше и внезапно превратился в гигантского красно-фиолетового ястреба.

Ястреб повернулся к небесам и испустил громкий крик. Расправив свои крылья, он направлял в сторону Ивора волны обжигающей энергии, которые могли испепелить его за мгновение. А после и сам спикировал вниз.

«Что еще я должен отдать тебе, чтобы получить больше силы?» Вопрос прозвучал в голове Ивора сам собой, но ответа не последовало. Сфера молчала, не отзываясь на просьбу хозяина.

Ведь он и не был ее хозяином. Морозная сфера Абсолютного льда так и не признала его.

Ивор отпрыгнул на несколько шагов. Внезапно его глаза сверкнули вспышкой безумия. Он наполнил своей духовной силой окружающее пространство и, сомкнув его в одну точку ударил целой рукой по земле.

Огромные стебли хрустальной травы взвинтились в воздух и столкнулись с плазменным ястребом, порождая взрыв колоссальных размеров.

Глава 55. Я проиграл

Плазменный ястреб и Хрустальная трава яростно столкнулись в небе и началась суровая борьба двух стихий.

Небо полностью охватило лазурно-алым цветом. Воздушный барьер треснул и рассыпался на сотни осколков, что заставило зрителей забеспокоиться. Люди на восточной части трибун будто смотрели в ледяную бездну, а их тела дрожали от непереносимого холода. В западной же части наблюдатели чувствовали, будто горели заживо, настолько невыносимым был этот жар. Судья тут же спохватился и возвел более сильный барьер вокруг арены, после чего зрители облегченно выдохнули.

Даже остаточная сила этих двоих уже шокирует, так что нельзя было и вообразить, какой поистине ужасающей мощью обладают финалисты Турнира Четырех.

Лед и Пламя, к которому принадлежала плазма были природными врагами. Огонь мог растопить лед, а лед потушить огонь. Не было никаких преимуществ со стороны законов Мирового Древа. Поэтому все решал только уровень силы практика.

Вскоре плазменная энергия ястреба полностью поглотила Хрустальную Траву, но и сама птица уменьшилась в размерах на две трети. Красно-фиолетовое сияние хлынуло вперед, словно вода в пробитую плотину. За несколько мгновений ястреб развернулся и яростно устремился на Ивора.

Юноша отскочил назад, поворачиваясь правым боком. Нова, которая временно заменяла правую руку бросилась вперед и сцепилась лапами с ястребом. Тяжелые удары когтистых лап разорвали остатки хищной птицы.

— Нова, подними мне руку.

С тяжелым усилием он сложил знак Истока на безжизненной руке, которую поддерживала самка барса и, сконцентрировав энергию ударил левой ладонью по знаку.

Уже чуть медленнее, но вторая рука покрылась толстым слоем льда, накапливая все больше и больше ледяной энергии. Она пульсировала лазурным светом.

Ивор, словно молния вылетел из сияния, оставшегося после плазменного ястреба. Его тело окружала аура льда, а от руки исходила смертельная опасность.

Для поддержания Искусства Семи Ступеней Лучезар тратил много сил. Чтобы победить быстрее и не убить Ивора он потратил еще больше и призвал образ ястреба. Как бы то ни было, он не ожидал, что Ивор выйдет после такой убийственной атаки в сознании.

Еще более невозможно вообразить, что именно этого шанса терпеливо ждал Ивор все это время.

Оглушительный крик ледяного практика пронзил небеса. Его тень настигла Лучезара. Как он и обещал, клинок крепко сжимали зубы юноши, правда это уже был не тот полуторный меч, а обычный укороченный. А свободная рука…

Ивор повернул головой изо всех сил, ударив клинком по плазменному барьеру. Появившейся трещины было достаточно, чтобы пробиться внутрь.

В этот момент сердце Лучезара дрогнуло. Он думал, что после нападения плазменного ястреба под гнетом Искусства Семи Ступеней его противник будет в состоянии атаковать. К тому же эта атака оказалась намного сильнее, чем все предыдущие.

В мгновение ока плазменные лучи обернули его тело, пытаясь защитить от надвигающейся угрозы. Его энергия взорвалась со всей подвластной ему мощью и за долю маха до того, как был нанесен удар, он использовал свою сильнейшую технику.

— Ступень вторая! Рождение Сверхновой!

— Поцелуй Морены!

ВЗРЫВ!!!

Две энергии столкнулись с оглушительным грохотом, порождая в центре арены огромный котлован и окончательно разрушая ее остатки. Вся энергия куда-то улетучилась, исчезла полностью, оставляя в середине арены лишь двоих людей.

Пыль заполнила воздух, и никто не мог разглядеть, что именно происходит.

Вскоре Арена Танцующего Пламени перестала сотрясаться и пыль медленно стала оседать. Толпа мотала головами, в попытках разглядеть хоть что-то.

Когда пыль осела, их взорам предстал огромный кратер, размером со всю площадь арены. Ни один участок не уцелел.

В центре громадной ямы было два силуэта. Глядя на них все затаили дыхание. Их лица замерли, и они не могли издать ни малейшего звука.

Лучезар смотрел на Ивора сложным взглядом.

Кулак практика льда упирался в грудь княжеского сына, а вся его одежда изорвана в клочья. На Иворе практически не было живого места. Обе его руки, казалось, безвозвратно отмерзли. Из уголков рта, лба, ног и рук текла кровь, но он по-прежнему оставался в сознании. Из последних сил, держась лишь на одной жажде победы, он смог зайти так далеко.

Практик плазмы в свою очередь держал Ивора за плечо, крепко сжимая ладонь. На коже под кулаком ледяного практика был большой иссиня-черный отмерзший участок.

— Все кончено. — Прошептал Лучезар и тут же почувствовал тяжелый укол совести.

Он смотрел на израненного оппонента, а в голове его металось множество мыслей. Поначалу он думал, что его спасение и защита Засушливого Марта были ради того, чтобы он, Лучезар, намеренно проиграл в финале. Но когда они бились, он не видел этой надежды в глазах Ивора. Лучезар чувствовал, как всецело этот поединок поглотил их обоих. Поэтому мысль о выгоде улетучилась сама собой. Тогда совесть еще больше ударила его, заставляя скривиться. Ведь получается, что Ивор спас его, а он не отплатил ему за это, более того, ответил на его добро таким жестоким боем.

Нет. Он делал это ради сестры. Вот только совесть такой расклад не принимала.

Внутри Лучезара столкнулись два сложнейших чувства. Одно из них пылало к сестре Лилии, ради которой он был готов на все. Другое же основано на его моральных принципах и справедливости. У него был свой особый кодекс, которому он неизменно следовал.

Они стояли всего несколько мгновений.

Ивор медленно разлепил обсохшие губы. Его взгляд все также был направлен в пол.

— Я… проиграл. — досадно прохрипел он.

Лучезар сжал губы, принимая одно из сложнейших решений в своей жизни. Он наклонился к Ивору.

— Прости. Я не могу отдать тебе эту победу. Но все же, послушай вот что. Моя сестра, Лилия, заинтересовалась тобой. А те, кем она интересуется обычно остаются калеками на всю жизнь. Но не только она. Отец также хочет с тобой поговорить. Так что, после посещения руин старого города беги из Маяты. Я… я помогу тебе сбежать.

Эти слова дались Лучезару очень тяжело. Первый раз в жизни он отступил от указания сестры. Он был готов отказаться от своего обещания. Потому что впервые выбор пал на моральный кодекс. На чувство справедливости, которое он взращивал в себе с малых лет.

Ивора хватило на легкий кивок. Последнее, что сорвалось с его губ, было извинение перед некой Звездочкой, о которой Лучезар даже не подозревал.

Его кулак соскользнул. Потеряв опору в виде практика плазмы, Ивор рухнул лицом в землю и потерял сознание, а Лучезар все десять вдохов стоял не двигаясь, глядя в бескрайнее небо.