Кузница души - Маргарет Уэйс

Хотя немногие знали, насколько велика власть Пар–Салиана, его окружала почти видимая аура мудрости и силы, чей свет был так ярок, что даже два эльфа из Сильванести, которые относились к людям примерно так же, как люди относились к кендерам, низко поклонились ему, а затем, подумав, поклонились снова.

— Приветствую вас, испытуемые, — повторил Пар–Салиан, — и гость.

Его взгляд остановился на Карамоне и, казалось, пронзил самое сердце молодого великана, заставив его дрожать от страха.

— Каждый из вас пришел в назначенное время по приглашению испытать ваши знания и таланты, ваши умения и смекалку, и что самое важное, вас самих. Каковы пределы ваших сил? Насколько далеко вы можете выйти из них? Каковы ваши слабости? Как они могут повлиять на ваши способности? Неприятные вопросы, но это вопросы, на которые каждый из нас должен дать ответ, ибо мы обретаем власть над всеми своими силами, только когда мы познаем себя — как сильные, так и слабые стороны себя.

Новички стояли молча, нервничая и желая поскорее начать.

Пар–Салиан улыбнулся:

— Не волнуйтесь. Я знаю, как вам не терпится приступить, и поэтому не буду произносить длинные речи. Я еще раз приветствую вас и благословляю. Да пребудет Солинари с вами сегодня, в этот день.

Он воздел руки к своду. Испытуемые склонили головы. Пар–Салиан вернулся на свое место.

Глава Ордена Алых Одежд поднялся и без околичностей начал давать инструкции:

— Когда услышите свое имя, выходите вперед и следуйте за одним из судей, который проводит вас туда, где начнется испытание. Я не сомневаюсь, что все вы знакомы с условиями испытаний, но по закону конклава я должен зачитать их вам, так, чтобы никто впоследствии не мог заявить, что принимал участие в этом лишь по незнанию. Я напоминаю вам, что все условия приблизительны. Каждое Испытание создается специально для каждого испытуемого и может включать в себя все или только часть того, о чем сказано в условиях.

— «Будут проведены по меньшей мере три теста знания магии и ее использования. Испытание требует, чтобы испытуемый показал в действии все заклинания, известные ему или ей. Затем проводятся по меньшей мере три испытания, которые невозможно пройти, используя одну лишь магию, и по меньшей мере одно сражение с противником по рангу выше испытуемого». У вас есть какие–то вопросы?

Ни у кого из испытуемых вопросов не возникло; все вопросы были наглухо заперты в их сердцах. У Карамона вопросов было целая куча, но он был слишком напуган, чтобы задать хоть один.

— Тогда, — сказал мужчина в алых одеждах, — я прошу Лунитари пребыть с вами сегодня.

Он сел на место.

Глава Черных Одежд поднялась.

— Да будет с вами Нуитари.

Развернув свиток, она принялась зачитывать имена.

По мере того как звучали имена, испытуемые выступали вперед навстречу одному из членов конклава. В торжественном безмолвии их вели в сумрак зала, пока они не растворялись в тенях.

Один за другим, испытуемые разошлись, пока не остался последний — Рейстлин Мажере.

Рейстлин стоял, стоически сохраняя внешнее спокойствие, пока его товарищи по испытанию исчезали друг вслед за другом. Но под широкими рукавами его руки были сжаты в кулаки. На него напал дикий страх того, что произошла какая–то ошибка, что он не должен был оказаться здесь. Возможно, они передумали и собираются отослать его прочь. А может быть, его неотесанный брат сделал что–то, оскорбившее их, и теперь Рейстлина изгонят с позором.

Черная волшебница закончила чтение списка, с хлопком свернула свиток, а Рейстлин все стоял в Зале Магов. Теперь он стоял один. Он выпрямился, готовясь услышать свой приговор.

Пар–Салиан поднялся и подошел к юноше.

— Рейстлин Мажере, мы оставили тебя напоследок в связи с необычными обстоятельствами. Ты пришел сюда в сопровождении.

— Меня попросили сделать так, почтенный, — сиплым шепотом сказал Рейстлин, у которого пересохло в горле. Откашлявшись, он сказал громче: — Это мой брат–близнец Карамон.

— Добро пожаловать, Карамон Мажере, — сказал Пар–Салиан. Его голубые глаза в паутине морщинок взглянули на Карамона, достав до самого дна его души.

Карамон пробормотал что–то, чего никто не расслышал, и замолчал.

— Я хотел бы объяснить, почему мы настояли на присутствии твоего брата, — продолжил Пар–Салиан, переведя взгляд на Рейстлина. — Мы уверяем тебя, что никоим образом не выделяем тебя из числа испытуемых, и что ты совершенно нормален. Мы поступаем так со всеми близнецами, проходящими Испытание. Мы обнаружили, что между близнецами существует необычно близкие узы, ближе и теснее, чем просто у братьев и сестер, как если бы на самом деле двое были одним существом, разделенным на две половины. Разумеется, обычно оба близнеца обладают талантом к магии и начинают обучение. В этом отношении, Рейстлин, твой случай необычен, ибо склонность к магии выказываешь ты один. А ты когда–нибудь интересовался магией, Карамон?

Карамон открыл рот, готовясь ответить на такой неожиданный, пугающий вопрос, который он даже в мыслях не задавал себе, но за него ответил Рейстлин:

— Нет, никогда.

Пар–Салиан оглядел их.

— Понимаю. Хорошо же. Благодарю за то, что ты пришел, Карамон. А теперь, Рейстлин Мажере, будь так добр пройти вместе с Юстариусом. Он отведет тебя туда, где начнется твое Испытание.

Облегчение Рейстлина было так велико, что у него закружилась голова, и ему пришлось зажмуриться, чтобы устоять на ногах. Он почти не обратил внимания на человека в алых одеждах, который подошел к нему, запомнив только, что это был немолодой человек, подчеркнуто припадавший на одну ногу.

Рейстлин поклонился Пар–Салиану. Сжав в руке свою колдовскую книгу, он повернулся, чтобы пойти за алым магом.

Карамон шагнул вслед за братом.

Пар–Салиан тут же вмешался:

— Прошу прощения, Карамон, но ты не можешь идти со своим братом.

— Но вы попросили меня прийти, — запротестовал Карамон, у которого от внезапного испуга прорезался голос.

— Да, и мы с удовольствием составим тебе компанию в отсутствие твоего брата, — сказал Пар–Салиан, и хотя его голос был мягким, в нем чувствовались железные нотки, с которыми не хотелось спорить.

— Уд–д… Удачи, Рейст, — нерешительно произнес Карамон.

Рейстлин был так ошарашен, что сделал вид, будто не слышал брата. Юстариус повел его в сумрак зала.

Рейстлин ушел туда, куда его брат впервые за всю жизнь не мог за ним последовать.

— У меня есть вопрос! — выкрикнул Карамон. — Правда ли, что иногда те, кого испытывают, умира…

Он обращался к двери. Он находился в комнате, очень уютной комнате, которая могла бы принадлежать одной из лучших гостиниц Ансалона. В камине пылал огонь. Стол ломился от еды, состоявшей исключительно из любимых блюд Карамона, и от прекрасного эля.