Песец подкрался незамеченным - Михаил Михеев

   Дайяна лишь рассмеялась в ответ и ответила, что с ней лишь один спутник - ее телохранитель и пилот. Или что же, уважаемый (хе-хе, насчет уважения - это мы еще посмотрим, усмехнулся про себя адмирал) канцлер хочет сказать, что ей свита не положена? Или что она сама будет корабль два дня пилотировать? А не много ли он о себе вообразил? Она и так ему честь сделала, что прибыла на переговоры лично, а не прислала какую-нибудь шестерку или, того пуще, не ограничилась этого самого канцлера допросом после того, как имперские корабли повиснут над его столицей. Впрочем, все ведь еще можно исправить, не так ли?

   В любых переговорах возможность говорить с позиции силы - серьезный аргумент. Канцлер робко заикнулся было о том, что хоть оружие-то телохранитель пусть оставит на своем корабле, но ему был дан развернутый ответ (Ковалев аж заслушался - начавшая раздражаться Дайяна стала выражаться исключительно образно) о том, куда это оружие ему, канцлеру, засунут и сколько раз провернут. После этого канцлер заткнулся и лишь периодически косил на Дайяну обиженно-злым, а на Ковалева почему-то испуганным взглядом. Впрочем, после того как Ковалев ответил ему своей очаровательной улыбочкой, канцлер сглотнул и вообще перестал смотреть в его сторону.

   Корабль был, конечно, весьма велик, но если для того, чтобы быстро перемещаться по имперскому линкору часто требовался транспорт, да и на крейсере пользоваться им иногда приходилось, то здесь приходилось идти пешочком. Все-таки это был примитивный корабль - узкие переходы, множество переборок, порогов, небольших дверей... Словом, с каждой минутой корабль нравился адмиралу все меньше и меньше. Первое впечатление - оно ведь часто самое верное. Ну да приходилось пользоваться тем, что есть, хотя Дайяна и морщилась все более недовольно. К счастью, идти было недалеко, всего-то минут через десять они уже были на месте. Правда, за это время им успели до смерти надоесть их спутники - уж больно они оказались болтливы. Хорошо хоть солдаты поотстали и топали где-то сзади.

   В небольшой приемной перед входом в комнату, предназначенную для переговоров, Ковалева попытались остановить. Какой-то суетливый человечек в мышино-сером мундире с непонятными знаками различия (Ковалев не утруждал себя запоминанием погон кукольных армий карликовых государств, но, судя по обилию звезд и нашивок, чин был немаленький) сдуру вздумал что-то вякнуть по поводу того, что телохранителю входить не положено и пусть он здесь, на стульчике посидит. Ковалев, продолжая играть роль тупого, но исполнительного служаки, основным достоинством которого являются могучие мускулы и который ни на шаг не намерен отходить от приказа сопровождать и защищать, просто взял шустрика левой рукой за горло, поднял его, подержал на весу и, когда тот уже начал хрипеть, разжал пальцы. Тот медузой растекся по полу, но все же сумел восстановить дыхание и очень ловко уполз куда-то под стол - очевидно, понял, что стоило телохранителю сжать пальцы чуть сильнее - и лежал бы он с раздавленным горлом и раздробленными шейными позвонками. Не дурак, надо признать, как раз такие и становятся опасными противниками. Ведь врагов стоит по возможности убивать, а такую мелочь хрен пришибешь - спрячется, как таракан, и будет пакостить исподтишка. Хотя данный конкретный индивидуум вряд ли опасен - и сам по себе невеликая величина, и напуган изрядно.

   Больше никто не пытался им помешать, на Ковалева смотрели с откровенным страхом и в зале, точнее, в довольно большой комнате, предназначенной для переговоров, Ковалев без проблем встал там, где хотел. Ничего примечательного в помещении, кстати, не было - низкий потолок (адмирал едва не касался его макушкой), стены белого цвета, огромный круглый стол, а вокруг него десять стульев с высокими, удобными спинками.

   - Я ожидала восемь собеседников, - небрежно сказала Дайяна канцлеру, усаживаясь на первый попавшийся стул.

   - О, не волнуйтесь, миледи, просто к нашим переговорам присоединится еще одна сторона.

   - И кто же это? - спросила девушка, с интересом рассматривая занимающих свои места представителей сопредельных территорий. - Вроде, остальные пока не представляют для нас интереса.

   - Я.

   И в комнату, блистая хищной, похожей на крокодилью, улыбкой, чуть переваливаясь вошел адер.

Глава 16

   Дайяна еще только удивленно хлопала глазами, а Ковалев уже рывком сдернул слабо пискнувшую девушку со стула и одним по-звериному быстрым и точным движением забросил себе за спину. Из горла супера вырвалось хриплое рычание, и он по-медвежьи навис над собравшимися, одновременно закрывая собой девушку. Вот так, какие-то доли секунды - и он уже держал ситуацию под контролем. Во всяком случае, так ему казалось - никто из сидящих не успел поднять оружия, хотя все пытались сделать это. Но руки людей застыли на полпути - супер, сжимающий в каждой руке по лучемету, в два счета положил бы их всех. Однако (о проклятый этикет, который оставил адмирала без шлема, а ведь в нем были полезные причиндалы, в том числе и мощный сканер) позади него бесшумно открылась ниша в стене и из нее, беря послов империи в кольцо, вывалилось еще четверо, без тяжелой брони, которая лишь мешала бы им здесь, зато с мощными лучеметами наизготовку. Увидел их адмирал слишком поздно.

   - Брось оружие, придурок, - голос канцлера был жёсток, весь его испуг исчез без следа. - Дайяна, скажите своему здоровяку, чтобы сдавался. Я знаю, на что способны имперские солдаты, но у него нет шансов - мои люди будут стрелять в вас.

   "Хрен ты знаешь, на что я способен, козел", - подумал Ковалев, однако он и сам понимал, что шансов нет. Вернее, у него-то шансы как раз были, и неплохие, в конце концов, что такое дюжина вооруженных противников для супера в боевом режиме? Порвет и не заметит, однако Дайяну спасти не сможет - слишком много врагов держат ее под прицелом, хоть один да попадет. Адмирал с горечью подумал, что будь на его месте Олаф, или хотя бы Синицын, они бы справились. Ребята и моложе, и сильнее, и имеют куда больший опыт таких боев. Да и рукопашной учены они намного лучше, что уж греха таить. Словом, или придется жертвовать девушкой, или пытаться разыграть еще несколько козырей, которые оставались пока в рукаве.

   Глухо ворча, что сделало его еще больше похожим на медведя, Ковалев медленно опустил оружие и положил его на стол. Тут же чьи-то проворные руки ловко и профессионально обшманали его, мгновенно разоружив и выложив на стол кучку самых разнообразных предметов. По мере роста этой кучки взгляд канцлера, неотрывно следившего за процедурой, становился все удивленнее, и было от чего.

   На столе лежали два лучемета, которые положил туда сам адмирал (хорошие, кстати, машинки, аналог земного АПС[77]), две силовые рапиры, один легкий лучемет, который Ковалев носил в подмышечной кобуре, три ножа, из них один силовой и два обычных, еще один лучемет, совсем маленький, одноразовый, который адмирал таскал в рукаве, пряжка-генератор, несколько стальных звездочек, тонкая стальная спица, которую адмирал прятал в шве рубашки (незаменимая штука, если кого-то хочешь тихонечко пришить), две плазменные гранаты, две гранаты обычные, сухпаек, аптечка и еще куча мелочевки. По сравнению с этим богатством изъятые у Дайяны стандартный офицерский лучемет и силовая рапира смотрелись бледно. Словом выпотрошили их капитально, после чего на Ковалева одели наручники с очень тонкой, но чрезвычайно прочной цепью.

   - Ну-с, - канцлер прямо-таки излучал довольство. - А теперь приступим.

   Повинуясь его жесту, остальные присутствующие, включая сидевших за столом, сместились к стене, хотя из комнаты и не вышли. Просто, что называется, перестали мозолить глаза. Ковалев, глядя на это, пришел к простому выводу - и не пахло здесь переговорами, а так называемые дипломаты - всего лишь группа захвата, разменный материал. Попались, как сопляки...

   - Что это значит, канцлер? - Дайяна, кажется, пришла в себя.

   - Это значит, милая моя, что я решил не заключать с вами соглашений. Я послал тебе письмо от имени всех, и ты купилась. Всегда считал, что малолетним шлюхам вроде тебя нечего делать во власти. То, что предложил мне уважаемый Зегар, - канцлер величественно (ха, это он так считал, а по мнению Ковалева это выглядело смешно) повел рукой в сторону согласно наклонившего голову адера, - намного выгоднее, чем то, что я поимею от тебя. Наши друзья создали мультивидовое государство, и нам предложено стать полноправными партнерами с широкой автономией. Согласитесь, это лучше, чем быть провинцией империи и зависеть от прихоти имперского наместника.

   - Дурак, - Дайяна покраснела от гнева. - Я знаю, кто они. Ты будешь их рабом, в лучшем случае, а в худшем тебя пустят на мясо...

   - Не говори ерунды, девочка...