Вечер потрясения - Андрей Завадский

Операторы вооружения коснулись приборных панелей, активирую системы наведения подвешенных под крыльями крылатых ракет JASSM. Инерциальные системы наведения тотчас очнулись, раскручивая гироскопы, и командиры экипажей, получив подтверждение от своих напарников, переходя на нужную частоту, сами один за другим доложили о готовности.

– "Альфа-лидер" вызывает командира группы. К атаке готовы, ждем приказа.

Мгновение – и над Балтикой должны были прозвучать первые выстрелы новой войны. Но вовсе не истребители нанесли этот, первый удар. Ждали, когда истекут минуты, когда армаду настигнет с германской земли кодовый сигнал, и на борту самолета специального назначения ЕС-130Н "Райвит Файр". Тяжеловесная турбовинтовая машина плыла вслед за ударной группой, под надежной охраной сразу двух звеньев истребителей "Раптор", готовых встретить любого противника залпами ракет "воздух-воздух".

– Пора, – произнес командир экипажа, услышав шифрованный сигнал, значение которого невозможно было забыть. – "Доблестный удар" начался. За работу, джентльмены!

Генераторы помех, скрытые в чреве ЕС-130Н исторгли поток электронных импульсов, мгновенно "забивших" все частоты радиосвязи. В несколько секунд восточная часть Балтики на сотни миль вокруг будто выпала из привычного измерения. Невозможно было ни принимать, ни отправлять сообщения, радио на множестве военных и гражданских судов, от танкеров до прогулочных яхт, на десятках находившихся в небе самолетов.

Завеса помех повисла над морем, отрезая находившиеся вдали от берега корабли от своих баз, нарушая работу навигационных систем – даже сигналы приводных маяков аэродромов не могли пробиться сквозь плотную пелену. И только тогда, получив подтверждение с борта самолета радиоэлектронной борьбы, командир ударной группы приказал, бросив на одном дыхании:

– Пуск!

Две дюжины управляемых ракет AGM-158, отделившись от носителей, болидами умчались на восток. Раскрывая крылья, они стремительно набирали скорость, ложась на боевой курс. Каждая шла к своей цели, координаты которой загрузили в бортовые компьютеры еще до вылета, прямо на летном поле авиабазы. И теперь инерциальные навигационные системы вели ракеты по сложным траекториям. Выпростанные над водами Балтийского моря лучи радаров, охранявших воздушные границы великой державы, простершейся до бескрайних вод Тихого океана, бессильно соскальзывали с граней, образовывавших хищно вытянутые корпуса самолетов-снарядов, приближавшихся к целям, прижимаясь к мерно вздымавшимся волнам.

Самолеты-снаряды, невидимые для радаров, расходились веером, двигаясь на восток. Узкие, сильно скошенные крылья лезвиями резали воздух, а вслед мчавшимся над морем ракетам из космической пустоты неслись сигналы навигационных спутников, направляя оружие точно на цель. Крылатые ракет JASSM впервые использовались в бою в эти минуты, и сейчас им предстояло оправдать громадные расходы на разработку, годы напряженных испытаний, колоссальные усилия своих создателей, нанеся первый удар стремительно и неотвратимо.

Ракеты умчались к суше, обгоняя шеренги истребителей, и операторы, сидевшие в задних кабинах F-15E, вновь погрузились в ожидание. "Умное" оружие могло творить чудеса, и все же высочайшую точность и максимальные эффект могло гарантировать лишь одно – острый глаз и твердая рука солдата, не ведающего сомнений. Триста километров остались позади, и когда море вздыбилось прибрежными холмами, включились тепловые головки наведения.

– Есть сигнал, – хором, хотя и не слыша друг друга, доложили операторы, когда экраны перед ними ожили. – Картинка пошла! Начинаю коррекцию курса.

Мир предстал перед летчиками совсем не таким, каким его привыкло видеть большинство людей. Но опытные операторы без труда различали мельчайшие детали рельефа. Несколько минут – и вот перед оптоэлектронными "глазами" первой ракеты появилась долгожданная цель. Летчикам оставалось сделать лишь немногое – совместит перекрестье прицельной метки на экране с изображением едва различимых целей, и ждать, пока те перестанут существовать.

– Вижу цель, – один за другим сообщали летчики, и впрямь видевшие отделенные от них сотнями километров мишени, видевшие их инфракрасными "глазами" ракет, скользивших над гребнями дюн. – Есть захват!

В последние секунды на экранах радаров, прикрывавших подступы к северной столице России, возникли взявшиеся буквально из ниоткуда отметки воздушных целей, но никто из следивших за обстановкой в небе офицеров ПВО не успел хоть как-то среагировать на это. Проникающие тысячефунтовые боеголовки J-1000 с ужасающей легкостью пронзали бетонные своды, прошивая стальные листы, круша жилы арматуры и взрываясь в помещениях контрольных постов. Десяток радаров перестал существовать в несколько секунд. Прекратившие вечный танец антенны застыли, превратившись в бесполезные сплетения металлических прутьев, отныне ничего не излучавших в пространство.

– Поражение, – радостно кричали операторы в тот миг, когда экраны пред их глазами подергивались "крупой" помех – это означало, что ракеты нашли свои цели, достигнув поверхности земли. – Есть контакт! Цель поражена!

– Вперед, – немедленно приказал командир группы. – Отряд "Браво", ваш черед. Сбросить бомбы!

Граница на протяжении нескольких сотен километров вдруг перестала существовать. На земле не знали, что творится в воздухе. Офицеры в штабах еще пытались докричаться до внезапно замолчавших локаторов, тщетно взывая по рациям к дежурным расчетам. Спустя еще несколько минут даже самые осторожные, самой жизнью приученные к тому, что всяка инициатива наказуема, командиры поняли, что творится нечто слишком настораживающее, чтобы просто сидеть и жать приказов свыше.

На принятие решения ушло не столь много времени… по меркам минувшего века, хоть и его трудно было назвать слишком размеренным и неспешным. По линиям связи умчалось в штаб округа срочное донесение, а гарнизоны вздрогнули от сигнала тревоги. Считанные минуты – и агрессора встретит готовая к бою армия. Этих минут у растерянной жертвы не было.

– Говорит "Браво-лидер", – командир второй эскадрильи "Ударных орлов" вызвал командующего группой. – Мы на исходном рубеже.

– Атака! Даю зеленый свет! Сделайте их, парни!

В распоряжении пилотов было лучшее оружие, способное воевать почти без участия людей. Операторы дюжины истребителей F-15E "Страйк Игл", находившихся все еще над нейтральными водами, за пределом зоны поражения русских ракет "земля-воздух", разом пробежались пальцами по консолям, и из-под крыльев градом посыпались к земле управляемые бомбы. Новейшие AGM-154A JSOW, наводимые по сигналам спутниковой системы GPS, полого пикировали к земле, расправив крылья. Поддерживаемые самим воздухом, они скользили в небесах, чтобы, преодолев шесть десятков километров, обрушиться на русские базы, гавани и аэродромы.

Планирующие бомбы, безошибочно держась на заданном курсе, проносились над целями, щедро рассыпая вокруг малокалиберные бомбы, огненным дождем заливавшие летные поля и причалы, возле которых теснились корабли. Разбросанные вдоль побережья аэродромы превратились в море огня, и за ними последовали военно-морские базы в Кронштадте и Санкт-Петербурге. Остатки Балтийского флота, запертые в ловушке Финского залива, оказались застигнуты ударом врасплох, так и не сумев исполнить то, ради чего годы назад народ великой страны был готов пожертвовать всем, что имел.

А вслед за бомбами, обгоняя их, мчались, оставляя за собой дымные полосы инверсионного следа, ракеты AGM-88A HARM. Первый удар лишь ошеломил противника, и еще слишком много оставалось вполне себе неповрежденных радаров, мгновенно, как только их расчеты получали первые известия о нападении, вступавших в дело. И с этих самых секунд судьба их уже была предопределена.

Невидимые лучи локаторов протянулись по небу, коснулись пластиковых обтекателей ракет, мчавшихся, опережая звук… и стремительные AGM-88A, раз обнаружив цель, меняли курс, со всех сторон захлестывая выдавшие себя источники излучения. Радары, передатчики, все, что возмущало электромагнитный фон, становилось целями, и включай, не выключай излучатели, системы наведения ракет, "помнившие" последние координаты, не оставляли шансов. Расчеты, до последнего не верившие, что случилось именно то, что они могли видеть на экранах, погибали, даже не подумав о том, чтобы покинуть приборные кабины, умирая под градом сыпавшихся с небес осколков.

Брешь, начавшаяся с малой слабины, распахивалась все шире, словно приглашая врага. И полсотни самолетов, половина из которых еще даже не вступила в бой, устремилась в пролом, спеша довершить начатое, пока противник пребывает в панике, лихорадочно пытаясь придумать спасительное решение.

Разделившись на группы, словно вонзавшиеся в тело жертвы острия, мощные "Страйк Иглы" и легкие, маневренные "Фалконы" кинулись к своим целям, замыкая их в кольцо. От пилотов требовалось не так уж много – всего-то выйти в точку пуска, отмеченную на карте, и сбросить гроздьями свисавшие из-под плоскостей бомбы. После этого можно было беззаботно ложиться на обратные курс – "умные" боеприпасы JDAM со спутниковым наведением сами отыщут цель, безошибочно и неотвратимо ударив туда, где этот удар принесет как можно больше разрушений.