Долг, окрашенный любовью (СИ) - Касс Селена

— Нет, — спокойно сказал Габриэль, — О вас.

Кейтлин задрожала от обиды. Конечно, он ведь знал, кем она была на самом деле и никогда не пожелает, чтобы его друг женился на ней.

— Не беспокойтесь, — прошептала она, — Александр не совершит такую ошибку и не женится на меня. Я сама ему этого не позволю.

Габриэль хмуро посмотрел на нее.

— Кейтлин, вы неверно поняли меня. Вы не станете отвергать предложение Александра и выйдете за него замуж.

Кейтлин смотрела на него, не скрывая своего изумления. Неужели он был готов принять ее?

— Почему? Вы ведь знаете, кто я. Все будут знать это. Отец Катрионы не станет умалчивать этого. Я тот позор, от которого лучше сбежать, чем показывать, — сдержанно ответила она, — Но, я люблю Александра и не могу отказаться от него.

Именно это и хотел услышать Габриэль. Хоть он не верил в любовь, но эта женщина смогла затронуть в Александре что-то живое. И пока он будет чувствовать это, Кейтлин должна быть рядом с ним.

— Вы выйдите за Александра, Кейтлин. Потому что, если он сделал вам это предложение, значит, тоже любит вас. Все остальное предоставьте мне, — усмехнувшись, сказал Габриэль.

***

Александр недовольно хмурился, разглядывая теперь уже слегка примятую подушку на соседней стороне кровати. Проклятье. Сегодня впервые в его жизни, женщина ушла до того как он проснулся. И если прежде он не имел ничего против, то сейчас ему это совсем не понравилось. Кейтлин должна была остаться в его кровати, чтобы утром они могли продолжить то, что начали прошлой ночью.

Чертыхнувшись, Александр откинул одеяло и встал на ноги. На кровать он больше не взглянул. Не утруждая себя одеждой, он вышел из комнаты, собираясь найти свою женщину. Он знал, что никого не шокирует своим видом, ведь в доме кроме него и Кейтлин никогда нет. Он не терпел, когда кто-либо нарушал его уединение. Проведя детство в приюте, а потом в работном доме, Александр умел ценить уединение. И старался поддерживать это чувство даже в центре Лондона.

Дом был пуст. Александр понял это в тот момент, когда увидел, что на кухне Кейтлин тоже не оказалось, как и в ее собственной спальне, где она в последнее время совсем не ночевала. Остальные комнаты проверять просто не было смысла.

— Что же это такое, — проскрежетал Александр, в беспокойстве проведя руками по волосам. Куда же она могла уйти из его дома? Как решилась на это?

Предпочитая действовать, чем размышлять, Александр вернулся в свою комнату. Как только он оденется, сразу отправится на поиски Кейтлин. У него был своеобразный дар находить то, что ему нужно. И это умение его еще никогда не подводило.

Ему не понадобилось много времени на то, чтобы одеться и уже через несколько минут он вновь спускался по лестнице. Первое место, куда он собирался отправиться, это дом Габриэля. Кейтлин никогда бы не ушла, не рассказав об этом Катрионе.

Александр уже подошел к двери, когда услышал громкий стук. Нахмурившись, он быстро открыл дверь.

— Александр, — усмехнулся Габриэль, кивнув другу и входя в дом. Его насмешливый взгляд скользнул по лицу Александра, — Кажется, ты что-то потерял и теперь собираешься отправиться на поиски. Не так ли?

— Она у тебя? — сухо спросил Александр, шагая вслед за Габриэлем, когда тот направился в гостиную.

Габриэль кивнул. Подойдя к столику с графинами спиртного, он выбрал один из них. Налив себе в стакан немного бренди, он сделал небольшой глоток.

— Она сейчас с Катрионой. Думаю, им есть о чем поговорить. Ну а я решил встретиться с тобой.

— Для чего? — поинтересовался Александр. Он взял еще один стакан, который Габриэль предварительно наполнил бренди. Сейчас, когда он знал, куда отправилась Кейтлин, сбежав из его дома, мог себе позволить немного расслабиться. Выдохнув, он уселся на диван и закрыл глаза. Он и не думал, что его предложение о замужестве окажется для женщины настолько отвратительным, что она предпочтет сбежать. — Надеюсь, с ней все в порядке, — проворчал он, взглянув на Габриэля.

— Ничего плохого с ней не произошло, — сказал Габриэль, — Не считая твоего предложения выйти замуж. Кажется, это ее немного напугало.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Александр хмыкнул и покачал головой. Его и самого это напугало. Но, кажется, в отличие от Кейтлин, он хотел этого, несмотря на все ужасы своего прошлого. Скрипнув зубами, он вскочил на ноги и быстро допил остатки бренди.

— Проклятье, — в бешенстве прорычал он, — Почему она ушла?

Габриэль задумчиво рассматривал друга, пока тот ходил по всей гостиной, натыкаясь на мебель, словно ничего не видел на своем пути. Он понимал, что должен все ему рассказать, но почему-то не торопился. Сначала он хотел понять, что именно толкнуло Александра на такой шаг.

— А почему ты сделал это? Ведь, она уже стала твоей любовницей, не так ли?

Александр резко остановился. Судя по его виду, вопрос друга ему точно не понравился.

— Я не хотел бы говорить об этом.

Габриэль согласно кивнул.

— Кейтлин опасается, что на тебя падет пятно ее позора, — сказал он. Потянувшись к графину, он налил себе еще немного бренди, готовясь услышать ответ.

— Черт побери!

Александр разразился ругательствами, с головой выдавшего в нем уличного мальчишку. Таким, каким он и был на самом деле, до возвращения Габриэля из Италии. Именно тогда, друг нашел его в месте, куда ни один благородный мужчина носа не сунет. А Кейтлин думала, что она может запачкать чем-то таким, как рождение незаконного ребенка. На совести Александра было столько ужасного и безобразного, что ничего не испачкает его еще больше.

— Я должен поговорить с ней.

Габриэль быстро встал у него на пути и покачал головой.

— Пусть Кейтлин сейчас побудет с Катрионой. Она немного успокоится, и завтра вы поговорите, — настойчиво сказал он, — Да и тебе в таком состоянии лучше не показываться ей на глаза.

— Наверное, ты прав, — кивнул Александр. Проведя рукой по волосам, он посмотрел на Габриэля, — Может быть, это я не заслуживаю быть рядом с такой женщиной как она. Ты ведь знаешь, кем я был. Кем мы с тобой были. Отщепенцы, которые жили на улице.

Габриэль хмуро посмотрел на него. Он и сам знал о том, какую жизнь они вели в своем детстве, об этом ему напоминать не нужно было.

— Все это осталось в прошлом, — оборвал он, — Это я и сказал Кейтлин, скажу и тебе. Мы не выбирали свое детство. Ни ты, ни, и тем более не Кейтлин. Именно поэтому, ты влюбился в нее. Она такая же как и мы с тобой.

Александр быстро отвел взгляд. Впервые кто-то при нем произнес это слово. Любовь. Что они знали о любви? Абсолютно ничего. Любовь матери, любовь женщины, все это были для них слишком далеким.

— Что я могу знать о любви? — проворчал он, отворачиваясь к окну. — Проклятье, мне надо выпить.

Габриэль усмехнулся. Если Александру это поможет, то он с радостью составит ему компанию.

— И я был бы не прочь.

***

Катриона вошла в библиотеку, плотно закрыв за собой дверь. Она больше не могла оставаться в гнетущей тишине комнаты, ожидая, пока придет Габриэль. Нет, для нее, никогда не отличающейся терпение, это было не по силам.

Поставив лампу на стол, она повернулась и едва не закричала от испуга. Кажется, не только она не могла уснуть. Кейтлин сидела на кресле, поджав под себя ноги. На плечи, укутанные шалью, которую ей отдала Катриона, падали распущенные волоса. Она касалась моложе своего возраста. Порой, Катриона думала, что им следовало поменяться местами.

— Что случилось, мама?

— Все в порядке, — прошептала Кейтлин, — Я просто не могу уснуть. Вот и все.

Катриона присела на соседнее кресло. Подперев подбородок кулаком, она посмотрела на мать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Почему?

Кейтлин пожала плечами и опустила взгляд на собственные колени.

— Я не могу уснуть без него. Без Александра. С тех пор, как он забрал меня из той таверны, я каждую ночь засыпала рядом с ним. Надо было вернуться домой.

Сказав это, она удивленно посмотрела на дочь. Сегодня, она впервые назвала дом Александра своим. Она ведь и правда это чувствовала. Мужчина стал ей родным и близким, настолько, что она не могла представить, как пережить эту ночь без него.