'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

калачиком и подложив руку под голову. Его тело затекло и болело от лежания на грязных плитах, но ему было тепло. Он потер лицо и прищурился, глядя на раскинувшийся над ним шатер… и вдруг замер, окончательно проснувшись. Это был не шатер. Это было крыло. Крыло Утеса.

«Точно. Вчера твои друзья пытались тебя убить». Наручник все еще висел у него на запястье, натертом до крови.

Лун перевернулся на спину и уставился на крыло Утеса. Утренний свет проникал сквозь темную чешуйчатую мембрану, приобретая красноватый оттенок. Он не видел других крыльев, кроме своих, с тех пор как погибла его мать. Сейчас, вблизи, он мог разглядеть шрамы, старые зажившие рубцы в местах, где чешуя была разорвана. Передний край крыла все еще выглядел острым как бритва, но складки кожи у суставов сморщились и огрубели. Кожа Луна в этих местах была гладкой – по крайней мере, он на это надеялся. Как и на то, что все еще может перевоплотиться.

Они провели ночь на вершине башни, почти не разговаривая. Лун не знал, как ответить на предложение Утеса и было ли оно сделано всерьез. Утес заявил, что устал с ним спорить и что они поговорят об этом утром, когда Лун перестанет быть таким невменяемым – точнее, Утес надеялся, что перестанет. Немного поспав, Лун был готов признать, что вел себя немного дергано, но ведь у него выдался тяжелый день.

«Впрочем, все позади. Надеюсь». – Лун закусил губу и посмотрел на свои запястья. Рисунок чешуи был незаметен, по крайней мере, в таком освещении. Он надавил большим пальцем на предплечье, отгоняя кровь, но все равно ничего не увидел. «Хорошо. Это хорошо». Он знал, почему колебался. Если он попытается перевоплотиться и ничего не произойдет… Но, оттягивая этот момент, он ничего не менял. Глубоко вдохнув, Лун попытался измениться.

Он почувствовал, как изменения медленно собираются в его груди. Возможно, дело было в его сомнениях, или же он просто боялся. А затем Лун ощутил, как его кости стали легче, как чешуя заскрипела по плитам, почувствовал вес сложенных крыльев и своего хвоста. На несколько секунд он свернулся калачиком, и облегчение нахлынуло на него пьянящей волной.

Судя по глубоким, ровным вдохам, Утес все еще спал или хорошо притворялся. Лун пополз к краю его большого крыла, а затем вылез из-под него.

Освободившись, он встал и потянулся, встряхивая шипами и гребнями. Утренний свет ярко сверкал на снежных шапках гор, а морозный воздух бодрил. Пока они спали, никто не потревожил крышу башни, если не считать нескольких птиц-падальщиков, обгладывавших останки речного зверя.

Наручник все еще висел у Луна на запястье. Он подцепил когтями замок, поморщившись, когда металл врезался ему в чешую. Он осторожно давил, пока замок не сломался и наручник не спал.

Лун пересек крышу и запрыгнул на парапет, вонзая когти в крошащийся камень. С головокружительной высоты он посмотрел вниз, на камни. А затем расправил крылья и нырнул вниз.

Он пролетел вверх и вниз по ущелью, разминая крылья, борясь с порывистым ветром и чувствуя тепло солнечных лучей на своей чешуе. Полетав, Лун проголодался.

Ловя воздушные течения, он спустился к реке. Стремительный поток бурлил по обрушившимся камням и мелководью, но дальше, где русло становилось шире и глубже, река успокаивалась. Лун нырнул в воду, которая в земном обличье показалась бы ему ледяной, и поплыл вдоль дна. Он нашел медлительный косяк рыб – каждая длиной почти в три шага, жирные, тяжелые и со струящимися переливчатыми плавниками. Лун схватил одну и снова взмыл в воздух.

Пока он не знал, навсегда ли его покалечил яд или нет, думать о предложении Утеса не было смысла. Теперь же… Лун задумался. Он уже давным-давно перестал искать своих сородичей, предположив, что если где-то и были ему подобные, то они затерялись на просторах Трех Миров и найдет он их лишь по непредвиденной случайности. И вот такая непредвиденная случайность произошла.

Но чтобы пойти с Утесом, Лун должен был ему довериться. Он окажется в большой общине оборотней, о которых, даже будучи – наверное – одним из них, Лун ничего не знал. Если они окажутся такими же кровожадными и жестокими, как Скверны, Лун мог попасть в ситуацию, где ему придется бороться за свою жизнь.

Еще он мог отправиться на поиски очередного поселения земных обитателей и начать все заново – заново совершать ошибки и подвергаться опасности. В ту минуту Луну больше всего хотелось улететь прочь одному, охотиться и путешествовать, а не жить в постоянном напряжении, оглядываясь на других. Ему надоело всякий раз сближаться с земными созданиями вроде корданцев, доверять им и знать, что это не будет значить ровным счетом ничего, если они узнают, кто он такой.

Но и одиночество ему тоже надоело. Он уже много раз через это проходил: принимал решение жить один, а затем через несколько месяцев доходил до отчаяния, желая обрести хоть какую-нибудь компанию.

Он поймал уже пятую рыбу и, всплыв, заметил, что не один. Утес в земном обличье полулежал на большом плоском камне у берега. Откинувшись назад, на локти, он подставлял лицо солнцу. Нарочно двигаясь неторопливо, Лун ударил рыбой о камень, чтобы ее убить, закончил есть, а потом вернулся в воду, чтобы смыть со своей чешуи ее внутренности. Затем он снова всплыл на мели у камня, где сидел Утес, и почистил когти о песчаное дно.

Все еще загорая, Утес сказал:

– Знаешь, а ты ведь не должен это делать. Раксура таким не занимаются.

– Раксура не моются? – сухо сказал Лун, нарочно делая вид, что не понял его. Он стряхнул воду с крыльев, разбрызгивая ее по берегу. – Тогда нам не по пути.

Утес сел и иронично посмотрел на него:

– Конечно, моемся. Но мы не ловим рыбу. Не таким способом.

Лун забрался на камень и сел на краю, чтобы свесить расправленные крылья и дать им высохнуть. Солнце грело, но ветер все еще был холодным, и если бы Лун принял земной облик прямо сейчас, то оставшаяся на чешуе вода намочила бы его одежду.

– Почему вы не ловите рыбу?

– Не знаю. Наверное, рядом никогда не было рыбных мест. – Утес прищурился, глядя на него: – Вот что, перед тем как я отправлюсь домой, мне осталось посетить еще один двор. Ты полетишь со мной?

Лун посмотрел на противоположную сторону реки. Маленькие водоплавающие ящерки растянулись на камнях на берегу, дожидаясь, когда двое уйдут, чтобы полакомиться остатками рыбы Луна.

– Если ты искал других раксура, то