Дрессировщик драконов - Илья Одинец

Фархат знал, где нанести чувствительный удар — старший народ ценит свой лес и свою землю так, как люди ценят своих детей. Эльфийский правитель не потерпит подобного надругательства, старший народ ответит на вызов, даже если до сего дня воевать не собирался. Впрочем, истинно свободных это не касается. И луноликих тоже. Однако Янек почему-то очень расстроен.

Дракон потянулся к своему седоку, чтобы послушать, о чем тот думает.

"… а виноват во всем один человек, — вертелось в голове Янека. — Сартрский король. В его сердце столько злости и тщеславия, что хватит на целую армию. Не зря несколько лет назад он напал на Миловию, Фархат намеревался захватить Арканские рудники, а заодно и все королевство. Всемилостивейшая Айша не дала этому случиться, но теперь, когда на сартрской стороне О-шо и Ви-Элле… Он нацелился на землю эльфов, это очевидно. Неужели, думает, что этот орешек ему по зубам? Погибнут тысячи"…

"Ты слишком много думаешь о том, о чем слишком мало знаешь", — вмешался в мысли луноликого Эргхарг.

"Я пытаюсь отвлечься! У меня все болит!"

"Я знаю".

Эргхарг стиснул зубы. Каменный дракон на груди луноликого пульсировал, словно живой, и каждое его движение отдавалось болью в конечностях, ребрах и легких дракона и человека. Но еще большие страдания вызывало осознание луноликим того, что ни в чем не повинный дракон также чувствует боль. Эргхаргу было приятно чувствовать сопереживание Янека, но он не хотел усугублять мучения молодого человека, поэтому старался не сбиваться с ритма, махал крыльями и летел ровно, словно у него ничего не болело.

Однако Янек все понял без слов.

"Прости. Надо было выбросить эту безделушку, как только мы ушли от Дагара".

"Амулет лишь символ, — откликнулся истинно свободный. — От обязательства просто так не избавиться, ты все еще ученик дрессировщика".

"Что ему от меня надо?"

"Прилетим, узнаешь. Осталось совсем немного, мы уже над Ви-Элле и я вижу сартрскую тысячу".

"Покажи", — попросил луноликий.

Эргхарг выполнил эту просьбу и вновь прикоснулся к сознанию луноликого. Мир для Янека окрасился синим. Молодой человек повернул голову. Внизу убивали.

Местность, где шло сражение, с высоты походила на бутылочное горло. Создавало иллюзию то, что на территории Ви-Элле, прилегающей к землям старшего народа, тянулась равнина, поросшая невысоким кустарником, частым на западе и чрезвычайно редким там, где начиналась земля эльфов. Ил'лэрия же сплошь заросла густым лесом, в котором виднелась узкая длинная проплешина, постепенно сливающаяся с ви-эллийской равниной. Чуть дальше на север и юг Ил'лэрии, огибая "бутылочное горло", тянулась река, круто изгибающая русло. Ее вода блестела в лучах солнца странным магическим светом, отчего казалось, будто из "бутылочного горлышка" вырываются брызги игристого вина.

Сейчас идиллическая картина была сильно подпорчена. Тут и там из леса поднимался дым, бутылочное горлышко оказалось перекрыто темно-синей массой. Эргхарг напряг зрение, и понял, что эта масса — ви-эллийские солдаты. Король Эдель присоединил свое войско к сартрской тысяче, дракон видел их темно-синие флаги с большим ястребом-тетеревятником в центре, и теперь внизу шел настоящий бой. В руках людей были ружья, эльфийские луки против пуль все равно, что рогатка ребенка против тарана, однако на стороне эльфов была магия.

Фархат выбрал крайне неудачное место для нападения. Впрочем, насколько Эргхарг знал, это единственное место на границе Ви-Элле и Ил'лэрии, хоть немного свободное от леса. Здесь проходит торговый тракт, и если сартрский правитель хочет ступить на землю эльфов, делать это нужно именно здесь.

Сквозь дым пожаров истинно свободный видел вспышки молний, сквозь свист ветра слышал выстрелы и крики. Драконьи глаза вырывали из картины отдельные фрагменты. Эргхарг знал, что все, что видит сам, видит и Янек, но не мог остановить картинки, не мог закрыть кровь и тела убитых от луноликого, Эргхарг практически потерял над собой контроль от боли. Между тем луноликий корил себя за то, что не сумел остановить войну и спалить все катапульты.

О, мудрый Крхэнгрхтортх! Зачем эти мучения?!

Внизу стреляли солдаты, эльфы посылали в них стаи блестящих смертоносных искр и падали, получив в грудь пулю. Их кровь казалась черной. Люди тоже падали, превратившись в каменных истуканов, их кожа обугливалась, а может, покрывалась кровью. Живые шли по трупам, прятались за деревьями, но все равно падали, сраженные вражеским оружием. Повсюду слышались громкие стоны и проклятья на языке Ви-Элле и старшего народа.

Бой шел не только в "бутылочном горле", Эргхарг видел, что по всей длине границы между деревьями вспыхивают и гаснут искры эльфийских заклятий. Деревья Ил'лэрии стонали, но не могли остановить нашествие. Солдат было слишком много.

"Хватит", — Эргхарг оттолкнул Янека, и разорвал связь с луноликим.

"Я мог это остановить!" — с горечью воскликнул молодой человек.

"Не мог, и сам это знаешь. Держись крепче, кажется, я вижу Дагара".

"Где он?"

"На территории эльфов".

Луноликий отпустил усы дракона и обхватил его шею руками, всем телом прижавшись к жесткой чешуе. Эргхарг почувствовал, что боль человека отступила. Возможно, она слабела тем больше, чем ближе к мастеру они подлетали, а может, Янек просто к ней привык. Человек ко всему привыкает — и к хорошему, и к плохому.

Сияние луноликого исходило из леса. Королевская тысяча пробилась через границу и находилась на территории эльфов. Кажущаяся черной золотая карета Фархата прыгала по ухабам моста, переброшенного через реку, но мастер все еще находился в лесу там, где продолжался бой.

"Крепче!" — приказал дракон седоку и, сложил крылья.

Скорость — его единственное преимущество перед эльфийской магией.

О, мудрый Крхэнгрхтортх, только бы все получилось!

Эргхарг ринулся к границе. Он никогда не летал над Ил'лэрией, равно как и его братья и знакомые, они слишком хорошо знали, чем заканчиваются полеты над землей старшего народа. Ил'лэрия не похожа на остальные части света, это не просто земля, где живут эльфы, это волшебная земля, наделенная магией, она почти живая, если, конечно, можно применить это слово к лесам, полям, рекам, земле и деревьям. Ил'лэрия не только питает старший народ силой, но и защищает его, причем в буквальном смысле.

Никто не знал почему, но драконам опасно летать над странной эльфов. Остроухие смотрят в небо гораздо чаще людей и по непрошенным гостям открывают самый настоящий магический огонь. Но даже если дракона, нацелившегося на эльфийское стадо, не заметят сами остроухие, земля не даст ему приземлиться целым и невредимым.