Вторая попытка - Екатерина Тильман

— Что это было?! — вернулся он в действительность.

— Ты что, — осторожно спросила Юля, — не помнишь, что говорил?

— Помню, но… Что-то странное… Какое-то… Какое-то вдохновение! Да, действительно, чудное место…

Евгений быстро успокаивался… все-таки сказывался сильный характер. Но чувствовалось, что он совершенно вымотан. Несмотря на это Юля не удержалась-таки от вопроса:

— И теперь тебе понятно, почему он ее не разыскивает?

— Да, конечно, — махнул рукой Евгений. — Все до смешного просто: он ее боится. Он настолько не понимает ее, что не представляет себе, что будет делать, если она не умерла, и он ее найдет. А поскольку признаться в этом стыдно, морочит самому себе голову насчет семейного позора. Легче всего было бы свалить любой позор на убежавшую жену, тем более, что у них даже детей не было. Развод почти без проблем, но Горвич боится!

— Ложись спать, — сказала Юля. — Ты выглядишь усталым.

— Да, конечно… — он досадливо мотнул головой, словно отгоняя что-то.

— Что такое?

— Понимаешь, что-то такое маячит… и не ухватить: ее не убивали, она не покончила с собой, а смерть все же не была естественной. Понимаешь, такое ощутимое противоречие, вот именно ощутимое, и никак не могу дать ему образ… понять, что же произошло. — Он взглянул на Юлю: — Я похож на ненормального?

— Ты похож на эспера, — улыбнулась Юля. — Дэн иногда так страдал, когда пытался понять, что же происходило на самом деле во время какой-нибудь исторической заморочки.

— И как?

— Не знаю. Я не ясновидящая, я даже предчувствую слабо, — она печально вздохнула, потом сказала не допускающим возражений тоном: — Давай спать наконец!

Юля уснула быстро, но Евгению не спалось. Он полежал некоторое время тихо, чтобы не разбудить ее, потом осторожно поднялся, достал перстень Тонечки и снова принялся вертеть его в руках.

Недоувиденное не давало покоя. Тот самый фактор-Х, который свяжет воедино все произошедшие чудеса. Противоречие в чистом виде, новая сущность… Потому что нельзя умереть просто по собственному желанию что-то явилось причиной смерти. Не убили, не покончила с собой, но смерть все же не была естественной… Что это может быть?

"Надо посмотреть на портрет!" — подумал Евгений. — "Может быть ее лицо что-нибудь подскажет мне сейчас…" По-прежнему сжимая в руке перстень, Евгений выскользнул из спальни. Юля беспокойно заворочалась, почувствовав его отсутствие, но, кажется, не проснулась.

К счастью, коридорах замка освещение никогда не выключалось, да и дорогу до сторожевой башни Евгений помнил хорошо — иначе не рискнул бы совершить такое путешествие среди ночи! На секунду он встревожился, подумав, что дверь в галерею может оказаться запертой… но тут же обругал себя психом. "Ну, если заперта, то просто вернусь — вот еще проблема! Но скорее всего, запираются только наружные двери…"

Так оно и было: Евгений свободно пересек площадку сторожевой башни и оказался в галерее. Здесь свет уже не горел, и тьма была просто кромешной. Неожиданно захотелось вернуться, не соваться в эту неизвестность, таящую бог весть какие призраки — но Евгений посмеялся над своим испугом. "Главное, вспомнить, где выключатель, — подумал он, — и не перепутать его со звонком для прислуги… а то будет весело!" Впрочем, в галерее, кажется, вообще не было звонка для прислуги…

…Ярко вспыхнули лампы, и Евгений подошел к портрету Тонечки. Он всматривался до боли в глазах, но ничего не понимал, только видел: красивая женщина с перстнем на руке, уже не выглядевшая юной, потому что слишком много успела узнать…

Устав стоять, он отошел в другой конец галереи, там были кресла. Портрет отсюда не был виден, но его присутствие ощущалось. Где-то часы пробили половину — Евгений взглянул на свои — второго.

…Он незаметно задремал в уютном кресле и проснулся от легкого прохладного прикосновения. Что такое? Евгений вздрогнул, быстро огляделся… но не увидел решительно ничего. Его снова окружала темнота: лампы в галерее были погашены!

Панический страх подступил к сердцу, Евгений с трудом удержался, чтобы не вскочить и не кинуться сломя голову неизвестно куда — но тут же буквально заставил себя успокоиться. "Может быть, — пришла очевидная мысль, — просто сработала какая-то автоматика и лампы выключились…" Евгений прикинул, где находится выход в башню — не тыкаться же, в самом деле, по стенкам! Сосредоточившись, он прикрыл глаза… и тут же ему показалось, что где-то совсем близко, позади и слева замерцал слабый свет и, кажется, мелькнул чей-то силуэт. Кто-то пришел? Этого еще не хватало! Теперь придется объясняться, что делал ночью в галерее!

Но нет, никого не было — как только Евгений повернулся, видение тут же исчезло. Он снова прикрыл глаза… и снова чей-то силуэт, только теперь уже с другой стороны.

С ума сойти можно! Евгений ожидал, что испугается — однако почувствовал только непреодолимое любопытство. Вообще, если явление повторилось хотя бы дважды — это уже не случайность! Тогда что же? Галлюцинации? Или все-таки нечто непонятное, чье присутствие в замке подтверждает светящийся перстень?

Евгений вспомнил, что эсперы, когда смотрят ауры, делают это нарочито рассеянно, боковым зрением. "От прямого взгляда призраки исчезают", вспомнилась известная цитата. Похоже, в этом была доля истины…

Евгений, уже не пытаясь поворачиваться, аккуратно скосил глаза в сторону. Он уже не удивился, снова увидев нечто вроде слабо светящегося облака и на его фоне — отчетливый женский силуэт. "Тонечка! — мысленно позвал Евгений. — Госпожа Горвич!.."

Ответа, как и следовало ожидать, не последовало — но силуэт слегка шевельнулся и словно приблизился. Нет, это не могло быть обманом зрения… но что теперь делать? Пристально смотреть нельзя, заговорить — тоже не получается!

Евгений попытался встать — он сам не знал, зачем, наверное, просто, чтобы что-то сделать! — но тут же что-то мягко, но сильно толкнуло его назад в кресло. Теряя равновесие, Евгений взмахнул руками и упустил призрак из вида…

Впрочем, ненадолго! Неожиданно прямо перед ним из темноты возникло лицо: Тонечка, как живая, наклонялась к нему, чуть насмешливо улыбаясь. Евгений потянулся было к ней, но руки встретили лишь пустоту, а призрак стремительно метнулся в сторону и исчез.

Евгений вскочил и бросился следом, инстинктивно ожидая разглядеть вспорхнувшую летучую мышь или вихрь блестящих в лунном свете пылинок… Но тут в галерее вспыхнули лампы, и зажмурившись, он услышал звонкий от испуга голос Юли:

— Осторожно, упадешь!

Евгений повернулся на ее крик, от души надеясь, что сейчас откроет глаза и увидит вокруг себя знакомую обстановку спальни. Но все оказалось не так-то просто… Он по-прежнему был в галерее — а Юля, полностью одетая и изрядно встревоженная, уже подбегала к нему…