Вторая попытка - Екатерина Тильман

— Что за черт? — воскликнул Евгений. — Неужели на это можно смотреть серьезно?

— На что — "на это"? — переспросила Юля, не уловив эманацию.

— Ну, есть гипотеза, что защита от нечистой силы — амулеты, травы, чеснок и прочее — связана как раз с аллергией. Но это же несерьезно!

— А нечистая сила? — улыбнулась Юля. — Это серьезно? Если верить в одно, то с чего бы отрицать другое? Все относительно…

Да, в этом Юля была права. Но что же заставило Тонечку так серьезно и систематично изучать «несуществующие» явления? Право же, для хобби это слишком!

Евгений взялся за лестницу, чтобы переставить ее к следующей полке, но в это время в проеме между стеллажами бесшумна возникла чья-то высокая фигура.

— Ой! — невольно вскрикнула Юля, но сразу вспомнила этого человека. Граф представлял его, как управляющего имением, а Евгений позже рассказал кое-какие подробности, вычитанные им в светской хронике. Юле этот человек показался очень неприятным — и внешне, и эманацией. Она не раз ловила на себе его взгляды — и ни разу они не были доброжелательными…

Управляющий исчез так же безмолвно, как и появился. Юля удивилась как он мог оказаться здесь?! Ведь он пришел не со стороны парадного зала, это бы они увидели… Впрочем, Евгений быстро отыскал еще одну неприметную дверь — через нее, минуя центральную часть библиотеки, можно было сразу попасть к нужным полкам.

— То есть, он вошел через эту дверь? — спросила Юля, испуганно глядя на Евгения. — Куда она ведет?!

— Ну, не знаю, — ответил он. — Судя по расположению комнат, куда-то в нежилое крыло. Только оно должно быть этажом ниже…

С этими словами Евгений осторожно приоткрыл дверь. За ней действительно обнаружился спуск, ведущий куда-то вниз, вероятно, сквозь чердак северного крыла на второй этаж.

— Интересно, что он делал в нежилом крыле? — в пространство произнес Евгений. — И почему появился так внезапно…

Юля представила себе, как среди заброшенных комнат пустующей части замка свил себе гнездо этот мрачный старый ворон. Это подходило ему гораздо больше, чем уют человеческого жилья!

— Он что, следил за нами?! — спросила она все еще дрожащим голосом.

— Да почему именно следил? — удивился Евгений. — Может быть, просто пришел за книгой… И смутился, увидев нас.

"Если кто здесь и смутился, — подумала она, — так только не этот гнусный тип!" Ее ничуть не успокоило объяснение Евгения: она была уверена, что встреча в библиотеке не случайна…

Ее уверенность подтвердилась тем же вечером: к Горвичу приехал какой-то его приятель, и на «полуторжественный» ужин Евгений и Юля были, естественно, приглашены. Поначалу вечер был очень милым — если бы в самый неподходящий момент не появился снова тот самый мрачный тип. Правда, на этот раз он, как обычный лакей, просто принес очередное блюдо, с каким-то даже изяществом поставил его на стол, и как ни в чем не бывало, принялся обслуживать гостей.

Но от этой услужливости смущены были все. Что-то было в его поведении… странное! Даже граф, проэманировав помимо недовольства еще и какую-то виноватость, сказал мягко:

— Антон! Ну, зачем вы… Это же не ваша обязанность!

"Тезка Тонечки, — подумала Юля. — Нет, совсем наоборот — анти-тезка!" Почему «анти», она сама не могла понять. Но всей душой чувствовала именно так и есть. Что мрачный нахал не ладил с ее подругой…

— Кто это? — неожиданно спросил Евгений, едва дверь за возмутителем спокойствия закрылась. В отличие от Юли, он не понял смысла странного демарша управляющего, но догадался, что произошло что-то необычное. Поэтому и задал вопрос — чтобы дать Юле возможность лучше разглядеть эманацию Горвича.

— Антон? — граф, казалось, слегка обиделся. — Я же представлял вам его! Это мой управляющий. Он служит здесь очень давно… И право же, для меня гораздо больше, чем просто слуга.

Этого он мог и не говорить! В его эманации, просто в его поведении чувствовалась благодарность… и не только она. Юле показалось вдруг, что Горвич гораздо больше зависит от своего слуги, чем это позволительно. Она хотела было сказать какую-то резкость, но удержалась. К чему? Граф не станет после этого относиться к Антону хуже, а ее может невзлюбить…

— Если бы в замках бывали домовые, — заявила она вместо этого, — то в вашем эту роль играл бы именно Антон!

Она явственно ощутила испуг не только Горвича, но и его друга. Да, сходство Антона с троллем или гоблином действительно имелось — и похоже, не только внешнее. "Чем же может околдовать этот странный человек? спрашивала себя Юля. — Не знает ли он о бегстве Тонечки больше, чем даже сам граф?"

Но как спросить Антона хоть о чем-нибудь? Этого Юля не могла себе представить… И только окончательно убедилась: в библиотеке он появился сегодня не случайно!

…Разговаривать с Горвичем о Тонечке было совершенно невозможно при малейшем намеке на эту тему в его эманации возникала просто непреодолимая стена! Юля изнывала: что же делать?! Поговорить с прислугой? Но это мгновенно дойдет до графа, и неизвестно, как он прореагирует. Однако события опередили ее намерения…

Как-то вечером, когда она нежилась — а точнее говоря, просто грелась — в ванне, прикидывая, как бы побыстрее выскочить из нее и одеться, не успев снова замерзнуть. За несколько дней в гостях у Горвича Юля поняла, что предпочла бы любому замку даже пещеру, только бы пещера была теплая!

Внезапно приоткрылась дверь…

— Жень, ты? — спросила Юля, но ответа не было.

Юля перепугалась. Инстинктивно она вскочила, ухватившись за какую-то трубу и прикрываясь халатом. "Черт возьми, — вдруг поняла она. — Здесь же бесполезно кричать: никто не услышит." Она не знала, кого ожидает увидеть: сладострастного наглеца или полусгнившего зомби. И то, и другое, казалось, было возможно…

Но вместо предполагаемых ужасов в ванной комнате появилась симпатичная женщина примерно одного возраста с Юлей.

— Не… бойтесь, — с жутким акцентом произнесла она, смущенно глядя на испуганную Юлю. — Я…

Словарный запас подвел неожиданную гостью, она беспомощно пошевелила губами, и перешла на родной язык. Поначалу Юля с трудом понимала ее, но вскоре они обе приспособились. Ирина — так звали визитершу — стала говорить медленнее, а Юля постепенно привыкала к ее манере.

— Я хотела поговорить с вами наедине, — третий раз повторила Ирина. Поэтому позволила себе ворваться без предупреждения. Простите!

Юля не сердилась на нее: когда инцидент исчерпался столь безобидно, ситуация казалась даже смешной. "Но неужели, — подумала она вдруг, — в таком большом замке негде поговорить наедине, кроме как в ванной?" Ей невольно вспомнился Антон… с его пронизывающим взглядом и способностью неожиданно появляться. "Гоблин противный", — сердито проворчала она, торопливо одеваясь. Потом повернулась к Ирине: