Заря империи - Сэм Барон

Гат взял тридцать человек и инструмент, которым можно копать, из стоявших в долине домов. Они пошли вдоль крутой восточной стены, чтобы не оставлять следов в центре. Тем временем Месилим выставил наблюдателей на окружающих долину возвышенностях, чтобы никто не появился неожиданно. Еще один трудовой отряд взял ослов и вышел через южный вход, чтобы собрать как можно больше дров.

Остаток этого дня и весь следующий люди Эсккара напряженно трудились и тренировались в стрельбе из лука и подаче сигналов. Лучники отмечали расстояния по всей долине, как горизонтально, так и вертикально, чтобы всегда знать, на какое расстояние предстоит стрелять. С такими склонами по бокам долины ветер мешать не будет. Наконец, все было готово.

Теперь все зависело от Субутая. Ему придется не только найти алур мерики, но и заманить их в долину. Чтобы план сработал, алур мерики должны следовать за ним на небольшом расстоянии, но не слишком близко, чтобы не обнаружили ловушку.

Столько всего могло пойти не так, что Эсккар отказывался об этом думать. Вместо этого он был недоволен всем, что делали солдаты, ругал их и одновременно подбадривал, чтобы работали быстрее. Все обливались потом, но постоянно смотрели на линию горизонта и вершины гор и держали оружие поблизости. Когда вся подготовка была закончена, они наконец отдохнули и проверили оружие.

Началось ожидание. Судя по виду, Месилим тоже пребывал в напряжении и кричал на воинов. Его, похоже, раздражала каждая мелочь. Вождь ур намму волновался за сына. Джален ходил взад и вперед. Он не сомневался, что если что-то пойдет не так, то его обвинят в неудачном выборе долины. Казалось, только Гат ни на что не реагировал. Он спокойно проверял работу солдат, следил, чтобы они все делали правильно, лично осмотрел их оружие, да еще и каждую свободную минуту пытался кого-то чему-то обучить.

В середине утра следующего дня один из часовых на возвышенности с северной стороны предупредительно вскрикнул. Вскоре показался всадник, который галопом скакал на явно усталом коне. Все глаза следили за приближением одинокого наездника. Ехал он строго по центру долины. Бока коня лоснились от пота. Наконец всадник добрался до хижин в южном конце, где ждали Эсккар и Месилим. Это оказался Фашод, которого Субутай прислал с сообщением.

Фашод спешился и заговорил так быстро, обращаясь к Месилиму, что Эсккар с трудом понимал значение слов. Наконец Месилим повернулся к другим командирам, с нетерпением ожидающим новостей.

— Вчера Субутай обнаружил небольшую группу алур мерики и устроил на них засаду. Он позволил нескольким сбежать. Затем он поехал на запад, притворяясь, будто старается замести следы, а потом повернул на юг. За ним следует основная группа алур мерики, а он едет медленно, словно у него устают лошади. Фашод считает, что в боевом отряде около семидесяти человек. Субутай будет здесь через час. Если все пойдет по плану, то алур мерики появятся сразу же вслед за ним.

Эсккар почувствовал, как у него вспотели руки, но не стал вытирать их об одежду. Этот жест увидели и поняли бы все. Все, что угодно, могло пойти не так. Варвары могли догнать Субутая раньше. Они могли остановиться по неизвестной причине или просто повернуть и направиться назад к реке. Но сейчас нельзя было показывать страх или сомнения.

— Значит, пора. Гат, бери на себя командование здесь. — Эсккар посмотрел на Месилима. — Пусть боги улыбнутся нам сегодня.

— Я буду рядом с тобой, когда начнется сражение, — ответил Месилим и повернулся к Фашоду. — Оставайся здесь с Гатом и проверь, чтобы Субутай сразу же понял, где мы, и знал, что мы делаем.

С этими словами Месилим отправился к своим воинам, и через несколько минут все двадцать два оставшихся представителя ур намму выехали из долины на юг, оставив только Фашода с Гатом и пятьюдесятью солдатами в южном конце. Месилиму предстоял часовой путь по горам: надо было объехать долину кругом и появиться у северного конца.

Эсккар повернулся к Джалену:

— Начинайте движение, и, боги, пусть солдаты ничего не забывают и помнят все, что им говорилось.

Эсккар, Джален и пятьдесят лучников направились на север, выстроившись друг другу в затылок. Они следовали вдоль восточной стены долины, ступая очень осторожно, чтобы по возможности не оставлять лишних следов. Последние два дня все старались не наступать на траву в центре долины. Когда алур мерики заедут сюда, они не должны увидеть никаких следов, оставленных людьми Эсккара.

Эсккар и каждый из солдат ненадолго останавливались у северного конца долины, где резко сжимались стены, чтобы оставить оружие в глубокой яме, которую они специально приготовили и хитро скрыли.

Затем они продолжили движение, все так же в затылок друг другу, покинули долину через северный вход и повернули на северо-восток. Последние два человека заметали следы, чтобы не осталось ничего, свидетельствующего об их пребывании в долине. В трехстах шагах от входа в долину Эсккар, Джален и пятьдесят солдат устроились в небольшом тупике, усевшись на землю плечом к плечу, и стали ждать.

Одного солдата с хорошим зрением и умеющего считать отрядили в дозорные. Он устроился среди скал в нескольких шагах от их укрытия. Эсккар сидел на корточках в пыли рядом с солдатами. Запах битвы, знакомая смесь пота, мочи и фекалий, вскоре наполнила тупик. Пятьдесят невооруженных мужчин собрались на небольшом участке, немного больше, чем комната Эсккара.

Из оружия у них имелось всего несколько ножей, и ребенок с мечом, вероятно, мог бы убить их всех. Эсккар знал, что это самая опасная часть операции. Он решил остаться с теми, кто больше всего рисковал, чтобы они не теряли мужества, видя, что он точно так же подвергает себя риску.

— Приближаются всадники! — негромко крикнул дозорный.

Эсккар представил, как воины Субутая въезжают в долину с севера. Они должны двигаться медленно, позволяя алур мерики догнать себя. Эсккар напряг слух, пытаясь их услышать, но его отделяло от них слишком много гор и камня, поэтому он даже не почувствовал вибрации почвы под ногами.

Солдаты явно нервничали, учащенно дышали и ждали, когда удастся выпустить энергию. Эсккар с трудом подавил желание присоединиться к дозорному, но прикрытия не хватало, и один человек увидит все не хуже десяти. От напряженного ожидания ему стали чудиться всякие звуки. То Эсккар думал, что не слышит ничего, то представлял треск пламени и боевые кличи Субутая.

— Вижу варваров. Они движутся… Остановились! Тихо! — прошипел дозорный.

Конечно, алур мерики будут прислушиваться ко всем звукам. Собравшиеся за спиной Эсккара солдаты прекратили все движение. Никто не произносил и не издавал ни звука, не сорвался ни один камень. Каждый смотрел на соседа, чтобы тот не кашлянул и не чихнул. Это могло все испортить.