Сказание второе: Плач Волка (СИ) - Алина Белова

Он уже собирался овладеть ею, как в шатёр неожиданно ворвался запыхавшийся гонец. Совсем молодой мальчишка, который, судя по всему, не успел заучить, что сначала нужно просить разрешения, и уж потом только заходить. Ньёр едва сдержал желание бросить в его сторону что-нибудь тяжёлое. Воин вспыхнул от смущения, когда понял, что появился в самый неподходящий момент, а потом тут же побледнел, ощутив на себе убийственный взгляд короля. Оторвавшись от поцелуя, Пеплохват накинул на Ламию полотенце и оскалился:

- Какого чёрта? Тебе надоело жить, несчастный?

Он потянулся за лежавшим рядом мечом, и на лице воина отразился безумный страх.

- П... прошу прощения, мой господин, - гонец рухнул на колени, стараясь не смотреть на обнажённое тело королевы пиромантов. Ламия, казалось, вовсе не стеснялась. Напротив, она широко улыбалась и посмеивалась над тем, как Ньёр пытался укрыть её коротким полотенцем от глаз этого несчастного воина, чтоб он провалился на этом самом месте.

- Да я выколю тебе глаза, мерзавец! - прошипел Пеплохват, хватаясь за меч, но Ламия коснулась его запястья и покачала головой.

- Не стоит. Всё хорошо. Пусть говорит, зачем он здесь.

Воин посмотрел на неё с невероятной благодарностью и обожанием. Почувствовав на себе испепеляющий взгляд Ньёра, он снова уткнулся лбом в песок и прокричал:

- Только что прилетели птицы из Класт-порта, Тириса и Бухты Келестии, мой господин!

Ньёр удивлённо посмотрел на гонца. Чтож, если вести хорошие, он остается жив. Если же тёмные, то лучше бы несчастному уносить ноги прямо сейчас, пока у Пеплохвата ещё было хорошее настроение.

- Говори или проваливай, - прошипел Ньёр, не сводя с воина пристального взгляда. Гонец нервно сглотнул, склонил голову и едва ли не прокричал:

- Йавал Касас, старший князь Класт-порта, из рода Аспидов, и Фебар Хапарт, Машгар Свейр, правитель Тириса, и старший князь Бухты Келестии, Фебар Хапарт из рода Крокодилов, признают Его Величество Ньёра Пеплохвата из рода Питонов, первого и истинного Дракона, королём Вэлна и просят позволения явиться на вашу коронацию.

Гонец протянул Ньёру письма, и юноша, выхватив их, изумлённо осмотрел печати. Это действительно были Касас, Свейр и Хапарт. Аспида, обвивающего корабельный руль, белую рыбу и крокодила с цветком лилии в зубах трудно было спутать с другими гербами. И если всё, что было написано в письмах, было чистейшей правдой...

- Я король Вэлна, - изумлённо выдавил Ньёр.

***

Свет факела освещал длинный коридор, и Селека с замиранием сердца осматривала выраставшие рядом стены. В какой-то момент потолок неожиданно ушёл далеко вверх, и девушка не могла его увидеть, даже взобравшись на одну из поваленных колонн. Только где-то там совсем высоко мерцали старинные фрески и мозаики, очертания которых не были видны в укутывавшем их полумраке.

Хорс уверенно вёл путников дальше. Сколько дней прошло с момента их встречи? Судя по Рекхару и Арраге, а точнее по их самочувствию, не больше четырёх. Селека пыталась вести у себя в потрёпанной книжке календарь, но сбилась со счёта ещё в самом начале пути, потому не знала, действительно ли был уже декабрь, или всё ещё ноябрь. Как бы то ни было, сейчас воительницу куда больше волновало другое - они продолжали приближаться к великой обители Света и, возможно, живых грифонов. В воздухе стоял характерный приторный аромат. Кажется, кто-то говорил, что от этих величественных животных пахло тысячами прекрасных цветов. Селека не знала, было ли это правдой, но от запаха у неё кружило голову. Что же ощущали волколаки? Ведь их нюх был в сотню раз лучше человеческого.

Под ногами хлюпала вода. Она капала с потолка и образовывала многочисленные лужи. И чем дальше путники продвигались по туннелю, тем больше становилось воды. Через какое-то время она поднялась выше щиколоток.

- Мы опускаемся ниже? - нахмурилась Селека, с трудом пытаясь отыскать сухие островки. Хорс покачал головой.

- Посмотри внимательней. Здесь течение.

Гвайр и сама заметила его. Вода стремительно уходила вниз, а это значило, что путники наоборот, поднимались всё выше и выше. Должно быть, впереди был какой-то водопад. Такого Селека ещё никогда не встречала. Оставалось только надеяться, что воды не станет слишком много, и дальнейший путь не составить большого труда. Не хотелось бы пробираться в обитель Света вплавь.

Чем дальше шли путники, тем светлее становилось вокруг. Селека пыталась найти источник света, но его не было видно. Как будто сами стены испускали лёгкое мерцание. Через какое-то время толку от факела стало мало, и Хорс потушил его, окунув горящую головёшку в воду. После этого юноша усмехнулся и кивком головы указал Селеке на стены. Воительница не сразу различила огромные статуи, стоявшие в углублениях. Они были скрыты в полумраке, словно укутанные в одеяло, поэтому увидеть их было трудно. Но Хорс, судя по всему, не раз бывал в этих пещерах. Или его зрение в темноте было тоже лучше, чем у простого человека. В конце концов, он был Иным, и глаза его имели такой странный вид не просто так.

- О Свет... - прошептала Селека, останавливаясь напротив одной из статуй. - Это же... это древние мастера, основатели Ордена! Они создали первые священные книги, прописали ритуалы и молитвы! Но что они делают здесь, в Сат-шибале, в горах Солнца и Луны?

Хорс приглушённо хмыкнул. Остановившись возле одной из статуй, он коснулся закрытых каменных век. Послышался приглушённый скрежет, и скульптура медленно открыла глаза. Селека увидела яркий, как у Хорса, свет, исходивший из их пустых глазниц. От этого зрелища по спине девушки пробежали мурашки. Словно она своими собственными глазами увидела настоящее божество.

- Быть может, они стоят здесь, потому что были Иными? - усмехнулся Хорс. От его слов всё внутри Гвайр перевернулось. Вспыхнув от ярости, она воскликнула:

- Не смей говорить такое! Наши достопочтенные мастера никогда не были... не были... - она запнулась. Хорс был Иным, и девушка не хотела обижать его.

- Не людьми? - хмыкнул маг. - О, не волнуйся, я уже давно привык. Мы сами не считаем друг друга людьми, так что можешь не беспокоиться на этот счёт, - он обернулся к лицу статуи. - Но с чего ты решила, что ваши мастера были людьми?

Этот вопрос поставил Селеку в тупик, и она непонимающе посмотрела на Хорса. А почему её мастера должны были быть Иными? Спор мог продолжаться до бесконечности. Но Гвайр не нравилось, что какой-то мальчишка говорил ей, что есть правда, а что есть ложь. Каждый из них имел право на собственное мнение.

- Ну а как ты объяснишь, как вы, простые люди, научились мастерству управления Светом, хотя раньше на это были способны лишь мои сородичи? - усмехнулся Хорс, неотрывно следя за ней. - Истинные паладины никогда не были людьми. Они были одними из потомков Первых богов.

- Замолчи, Хорс, - предупредила его Селека, потянувшись за молотом. Их Свет не был личным божеством никаких Иных. Мастера были первыми, кто услышал его голос. И именно они основали Орден. Они, а не какие-то Иные.

- Мои предки просто пришли в вашу страну, - не унимался Хорс, - и распространили свою веру среди тех, кто последовал за ними. Так появился ваш Орден. Так что мы с тобой верим в одно и то же, подруга. Мы оба верим в Первых богов. Или ты предпочитаешь этих жалких Четверых? До сих пор не понимаю, кому могло прийти в голову придумать таких жалких богов. Добро, добро, одно добро! И никакого равновесия.

- Замолчи! - прорычала Селека и приставила острие кинжала к его горлу. - Я тебе не подруга.

Со злостью сплюнув на землю, она выпустила его и зашагала дальше по коридорам. Хорс удивлённо посмотрел на неё, но больше не стал донимать расспросами о Свете. Инстинкт самосохранения подсказывал ему, что эта девушка не желает ничего слышать об Иных. Она верила в легенды своего Ордена. В конце концов, Хорс понял её - ему тоже было бы неприятно, если бы кто-то начал уверять его, что его боги неправильные, искусственно созданные кем-то. Просто маг не умел сдерживать поток мыслей, вырывавшийся наружу, и всегда говорил то, что приходило ему в голову. За это его многие недолюбливали. Особенно Рекхар. Рыжий пёс смотрел на него голодным взглядом и скалился каждый раз, когда Хорс открывал рот и начинал нести какую-нибудь очередную чепуху.

До конца туннеля они шли в полной тишине. С каждым шагом становилось всё светлее и светлее. Наконец, Селека могла уже без труда рассмотреть всё, что происходило вокруг. Помимо огромных каменных статуй, изображавших первых мастеров Ордена, на стенах было целое множество прекрасных фресок и изумительных картин, изображавших сражение Добра со Злом, Тьмы со Светом. Первые боги были повсюду. Отвратительные морды Тёмных смотрели на путников своими голодными рубиновыми глазами, Светлые провожали сверканием благородных сапфиров и лазуритов. Рекхар едва сдерживался, чтобы не прихватить с собой какую-нибудь драгоценность, но Аррага одёргивала его всякий раз, когда волколак засматривался на очередной сверкающий камень.