Илиада. Одиссея - Гомер

Кончил. Ему отвечал Евримах, сын Полибиев: «Лучше,

Старый рассказчик, домой возвратись и своим малолетним

Детям пророчествуй там, чтоб беды им какой не случилось.

180 В нашем же деле вернее тебя я пророк; мы довольно

Видим летающих на небе в светлых лучах Гелиоса

Птиц, но не все роковые. А царь Одиссей в отдаленном

Крае погиб. И тебе бы погибнуть с ним вместе! Тогда бы

Здесь ты не стал предсказаний таких вымышлять, возбуждая

185 Гнев в Телемахе, уже раздраженном, и, верно, надеясь

Что-нибудь в дар от него получить для себя и домашних.

Слушай, однако, – и то, что услышишь, исполнится верно, —

Если ты этого юношу с старым своим многознаньем

Будешь пустыми словами на гнев возбуждать, то, конечно,

190 Это в сугубое горе ему самому обратится;

Против нас всех он один ничего совершить не успеет.

Ты ж, безрассудный старик, навлечешь на себя наказанье,

Тяжкое сердцу: мы горько заставим тебя сокрушаться.

Ныне я боле полезный совет предложу Телемаху:

195 Матери пусть повелит он к Икарию в дом возвратиться,

Где, приготовив все нужное к браку, богатым приданым

Милую дочь, как прилично то сану ее, наделит он.

Иначе, думаю, мы, сыновья благородных ахеян,

Мучить ее не престанем своим сватовством. Никого здесь

200 Мы не боимся, ни полного звучных речей Телемаха,

Ниже пророчеств, которыми ты, говорун поседелый,

Всем докучаешь, – ты нам оттого ненавистней; а дом их

Весь разорим мы на наши пиры, и от нас воздаянья

Им не иметь никакого, пока на желаемый нами

205 Брак не решится она; ожидая вседневно, кто будет

Ею из нас наконец предпочтен, мы к другим обратиться

Медлим невестам, чтоб выбрать, как следует, жен между ними».

Кротко ему отвечал рассудительный сын Одиссеев:

«О Евримах и вы все, женихи знаменитые, боле

210 Вас убеждать не хочу и вперед не скажу вам ни слова;

Боги все ведают, все благородным ахейцам известно.

Вы же мне прочный корабль с двадцатью приобыкшими быстро

По морю плавать гребцами теперь снарядите: хочу я

Спарту и Пилос песчаный сперва посетить, чтоб проведать,

215 Есть ли там слухи какие о милом отце и какая

В людях молва про него, иль услышать о нем прорицанье

Оссы, всегда повторяющей людям Зевесово слово.

Если узнаю, что жив он, что он возвратится, то буду

Ждать его год, терпеливо снося притесненья; когда же

220 Скажет молва, что погиб он, что нет уж его меж живыми,

То, незамедленно в милую землю отцов возвратяся,

В честь ему холм гробовой здесь насыплю и должную пышно

Тризну по нем совершу; Пенелопу ж склоню на замужство».

Кончив, он сел и умолкнул. Тогда поднялся неизменный

225 Спутник и друг Одиссея, царя беспорочного, Ментор.

Вверил ему Одиссей при отплытии дом, быть покорным

Старцу Лаэрту и все сберегать повелевши. И полный

Мыслей благих, обратяся к согражданам, так им сказал он:

«Выслушать слово мое приглашаю вас, люди Итаки;

230 Кротким, благим и приветливым быть уж вперед ни единый

Царь скиптроносный не должен, но, правду из сердца изгнавши,

Каждый пускай притесняет людей, беззаконствуя смело,

Если могли вы забыть Одиссея, который был нашим

Добрым царем и народ свой любил, как отец благодушный.

235 Нужды мне нет обвинять женихов необузданно-дерзких

В том, что они, самовластвуя здесь, замышляют худое.

Сами своею играют они головой, разоряя

Дом Одиссея, которого, мыслят, уж мы не увидим.

Вас же, граждане Итаки, хочу пристыдить: здесь собравшись,

240 Вы равнодушно сидите и слова не скажете против

Малой толпы женихов, хоть самих вас число и большое».

Сын Евеноров тогда, Леокрит, негодуя, воскликнул:

«Что ты сказал, безрассудный, зломышленный Ментор? Смирить нас

Гражданам ты предлагаешь; но сладить им с нами, которых

245 Также немало, на пиршестве трудно. Хотя бы внезапно

Сам Одиссей твой, Итаки властитель, явился и силой

Нас, женихов благородных, в его веселящихся доме,

Выгнать оттуда замыслил, его возвращенье в отчизну

Было б жене, тосковавшей так долго по нем, не на радость:

250 Злая погибель его бы постигла, когда бы нас многих

Вздумал один одолеть он; неумное слово сказал ты.

Вы ж разойдитеся, люди, и каждый займися домашним

Делом. А Ментор пускай и мудрец Алиферс, Одиссею

Верность свою сохранившие, в путь снарядят Телемаха;

255 Долго, однако, я думаю, здесь просидит он, сбирая

Вести; пути же ему своего совершить не удастся».

Так он сказав, распустил самовольно собранье народа.

Все, удалясь, по своим разошлися домам; женихи же

В дом Одиссея, царя благородного, вновь возвратились.

260 Но Телемах одиноко пошел на песчаное взморье.

Руки соленою влагой умыв, возгласил он к Афине:

«Ты, посетившая дом мой вчера и в туманное море

Плыть повелевшая мне, чтоб разведал я, странствуя, нет ли

Слухов о милом отце и его возвращенье, богиня,

265 Мне помоги благосклонно; ахейцы мой путь затрудняют;

Паче ж других женихи многосильные, полные злобы».

Так говорил он, молясь, и пред ним во мгновение ока,

Сходная с Ментором видом и речью, предстала Афина.

Голос возвысив, богиня крылатое бросила слово:

270 «Смел, Телемах, и разумен ты будешь, когда обладаешь

Тою великою силой, с какою и словом и делом

Всё твой отец, что хотел, совершал; и достигнешь желанной

Цели, свой путь беспрепятственно кончив; когда ж не прямой ты

Сын Одиссеев, не сын Пенелопин прямой, то надежды

275 Нет, чтоб успешно ты мог совершить предприятое дело.

Редко бывают подобны отцам сыновья; все большею

Частию хуже отцов и немногие лучше. Но будешь

Ты, Телемах, и разумен и смел, поелику не вовсе

Ты Одиссеевой силы великой лишен; и надежда

280 Есть для тебя, что успешно свершишь предприятое дело.

Пусть женихи, беззаконствуя, зло замышляют – оставь их;

Горе безумным! Они в слепоте, незнакомые с правдой,

Смерти своей не предвидят, ни черной судьбы, ежедневно

К ним подступающей ближе и ближе, чтоб вдруг, погубить их.

285 Ты же свое предпринять путешествие можешь немедля;

Будучи другом твоим по отцу твоему, снаряжу я

Быстрый корабль для тебя и последую сам за тобою.

Но возвратися теперь к женихам; а тебе на дорогу

Пусть приготовят съестное, пускай им наполнят сосуды;

290 Пусть и в амфоры вина нацедят и муки, мореходца

Снеди питательной, в кожаных, плотных мехах приготовят.

Тою порой я гребцов наберу; кораблей же в Итаке,

Морем объятой, немало и новых и старых; меж ними

Лучший я выберу сам; и немедленно будет он нами

295 В путь изготовлен, и спустим его на священное море».

Так говорила Афина, Зевесова дочь, Телемаху.

Голос богини услышав, он берег немедля покинул.

В дом возвратяся с печалию милого сердца, нашел он

Там женихов многосильных: одни обдирали в покоях

300 Коз, а другие, зарезав свиней, на дворе их палили.

С колкой усмешкой к нему подошел Антиной и, насильно

За руку взявши его и назвавши по имени, молвил:

«Юноша вспыльчивый, злой говорун, Телемах, не заботься

Боле о том, чтоб вредить нам иль словом, иль делом, а лучше

305 Дружески с нами без всяких забот веселись, как бывало.

Волю ж твою не замедлят ахейцы исполнить: получишь

Ты и корабль, и отборных гребцов, чтоб скорее достигнуть

В Пилос, любезный богам, и узнать об отце отдаленном».

Кротко ему отвечал рассудительный сын Одиссеев:

310 «Нет, Антиной, неприлично мне с вами, надменными, вместе

Против желанья сидеть за столом, веселясь беззаботно;

Будьте довольны и тем, что имущество лучшее наше

Вы, женихи, разорили, покуда я был малолетен.

Ныне ж, когда, возмужав и советников слушая умных,

315 Все я узнал и когда уж во мне пробудилася бодрость,

Я попытаюсь на шею вам Парк неизбежных накликать,

Так ли, иначе ли, съездив ли в Пилос иль здесь отыскавши

Средство. Я еду – и путь мой напрасен не будет, хотя я

Еду попутчиком, ибо (так было устроено вами)

320 Здесь мне иметь своего корабля и гребцов невозможно».

Так он сказал и свою из руки Антиноевой руку

Вырвал. Меж тем женихи, изобильный обед учреждая,

Многими колкими сердце его оскорбляли речами.

Так говорили одни из ругателей дерзко-надменных:

325 «Нас Телемах погубить не на шутку замыслил; быть может,

Многих он в помощь себе приведет из песчаного Пилоса, многих

Также из Спарты; о том он, мы видим, заботится сильно.