Он такой один - Алина Ланская

было уже неважно, куда идти, главное, что мы вдвоем и у нас самое настоящее свидание. И мы — пара.

На улице было морозно, но я не замечала особого холода — смотрела во все глаза на огромную длинную набережную, по которой гуляло много людей.

— Как же тут красиво! И столько огней, и гирлянды какие!

Наверное, мне не хватало только рот открыть от восторга. Я влюблялась в этот город с каждым взглядом, каждым вздохом. А может, я его заранее полюбила, еще когда Илья уезжал сюда на Новый год, а потом присылал мне чудесные фотки.

— Здесь не всегда так было. Когда мы переехали сюда с родителями, набережная не была такой красивой. Я еще помню ее другой.

Я прижалась к Илье и взглянув на любимого, спросила:

— А давно это было? Как ты вообще попал в Казань?

— Родители познакомились в Москве, я там родился, а в Казань ездил каждое лето в гости к Бакиевым, здесь мы бегали с ним в планетарий. Я тебе говорил, что мой отец был инженером, занимался проектированием ракетных двигателей?

— Ага.

Илья задрал голову вверх и смотрел в черное небо, на лицо его падали снежинки, но Архангельский их не замечал.

— Папа Дамира был изобретателем от бога, он со своим другом сделал настоящий прорыв в ракетостроении. Он мог стать вторым Маском, а может и первым.

Илья напрягся, я чувствовала, как мышцы его стали твердыми как сталь. Мне показалось, я статую обнимаю сейчас.

А мне так хотелось, чтобы он расслабился и был таким как в самолете и когда обнимал меня в номере.

— Звучит очень круто… Но кажется, эта история без счастливого финала, верно?

Я положила голову на грудь Ильи и еще крепче обняла его. Чувствовала, что ему больно, что что-то не отпускает его, как тогда, в планетарии, когда он про отца своего рассказывал, но я так хотела, чтобы ему было хорошо сейчас!

— Верно… история с несчастливым концом, но скоро все может измениться.

Я подняла голову и заинтересованно попросила.

— Расскажи, а?

Илья ответил не сразу — сначала молча смотрел на меня, аккуратно убирая под шапку мои выбившиеся волосы. От такой нежности, у меня даже дыхание замерло. Стояла и смотрела как загипнотизированная, не сразу сообразила, что он уже отвечает на мой вопрос.

— Мы с Дамиром просто хотим справедливости. Он — для себя и своего покойного отца, а я… просто хочу спать спокойно.

— Опять загадки, да?

— Мы все связаны NDA. Знаешь, что это такое?

— Никогда не слышала.

— Соглашение о неразглашении, через несколько месяцев все закончится, но пока… пока я могу тебе сказать лишь то, что сказал.

Я отвела взгляд в сторону — вокруг было так красиво — блестящий снег, черная ясная ночь и разноцветные искрящиеся фигуры на набережной. Откуда-то даже доносилась нежная мелодия. А у нас снова тайны…

— Ты на Новый год рванул к Деймосу из-за этой истории, да? Ты говорил, что какой-то человек натравил на твоего друга юристов и…

И ты сбежал к нему практически сразу после нашего свидания!

Вид у Архангельского был… виноватый! Я даже на носки встала, чтобы внимательнее лицо разглядеть. Не показалось ли? Где Илья, а где чувство вины?!

— Да. Но правда не могу больше ничего сказать. И давай я лучше покажу тебе баскетбольную площадку. Летом я на ней днями пропадал…

Илья расслабился и я вместе с ним, в конце концов, его дела с другом — это его дела, у меня тоже есть Пылинка и у нас с ней свои секреты.

Мы подходили к небольшому, но шумному ресторану с видом на реку, когда я наконец-то решилась. Просто поняла, что сейчас мы зайдем внутрь и уже не будет той интимности, которая мне нужна была для признания.

— Прости меня. За то, что не поверила тебе сразу, а поверила Ольге. Просто хочу, чтобы ты знал, как я сожалею. Мне нужно было сначала поговорить с тобой.

Илья махнул рукой.

— Проехали. Что прошло, то прошло. Но вообще эта здравая мысль — сначала спрашивать у меня. Мне нравится.

— Эй! Не зазнавайся!

Я шуточно толкнула его в бок и тут же потеряла возможность двигаться — Илья обхватил меня двумя руками, прижал к себе и жадно впился своими губами в мои.

Уличный шум тут же исчез, я могла лишь чувствовать его поцелуй, холодное дыхание опалило мой рот, но я только крепче обняла Илью за шею.

Как же я соскучилась!

Кто-то случайно толкнул меня и волшебство рассеялось. Вздрогнула и оторвавшись от губ Архангельского, заглянула в его глаза. В них застыло черное небо.

— Пойдем ужинать! Я проголодался!

Здесь и правда готовили вкусно, Илья не соврал, он вообще не врет, просто не все говорит, что знает. У меня от запахов еды в животе так урчало, я боялась, что все услышат. И еле дождалась плова, который нам обоим заказал Илья.

Наверное, самый вкусный плов в моей жизни.

— Не поверишь, всю начальную школу я учился с двойки на тройку, то есть вообще не учился.

От такого откровения я чуть было ложку мимо рта не пронесла.

— Ты?! Двойки?

— Ну да, просто было неинтересно и скучно. Я вообще считаю, что школьная система образования безнадежно устарела, тот же Универсум можно было бы распространить на среднюю школу, больше бы толку было. А ты как училась?

— Я? Очень старалась, мне хотелось, чтобы меня любили.

Илья отодвинул от себя почти нетронутую тарелку и спросил без улыбки.

— За пятерки?

— Маме было плевать, если честно, но папе… он другой, очень умный и… реализовал себя на все сто процентов. Он мой кумир. Да, тогда я думала ему это важно, я очень хотела походить на него, быть такой же умной, достойной его.

— А сейчас?

— И сейчас… прости, это непросто все для меня.