Вторая Пуническая война - Михаил Борисович Елисеев

но теперь, слыша ваши совещания и решения, которые обращают в ничто славу римлян, я жалею, что только слеп, а не глух» (Plut. Pyrr, 19). Аппию Клавдию удалось изменить мнение сенаторов и убедить их продолжить войну до победного конца. Именно с этого времени римляне никогда не вели переговоров с врагом, если он находился на территории Италии, с чем впоследствии и столкнулся Ганнибал.

О ранних годах жизни и начале военной карьеры Нерона нам ничего неизвестно. Согласно косвенным данным, он принимал участие во Второй Иллирийской войне (219 г. до н. э.) под командованием консула Марка Ливия, в дальнейшем получившем прозвище Салинатора. Информация о том, отличился Нерон в это время на военном поприще или нет, в источниках отсутствует, зато точно известно, что он стяжал лавры несколько иного рода. Причем сведения об этих событиях приходится собирать буквально по крупицам. Успешно завершив войну с иллирийцами, Марк Ливий и его коллега по должности Луций Эмилий Павел вернулись в Рим, где отпраздновали заслуженный триумф. Но затем грянул гром. Вот что сообщает нам Аврелий Виктор: «Ливий Салинатор в первое свое консульство отпраздновал свой триумф над иллирийцами, потом из зависти был обвинен в расхищении казны и осужден всеми трибами, кроме Мециевой» (L). Досталось и Эмилию Павлу, «который в свое время был консулом вместе с Марком Ливием и к черни относился враждебно, – когда коллега был осужден, он и сам едва уцелел» (Liv. XXII, 35). По информации Плутарха, осуждению подвергся и Павел, недаром биограф о нем напишет как о человеке, «расположением народа не пользовавшемся и запуганном обвинительным приговором, который был ему вынесен по какому-то делу» (Fab. Max. 14). И едва ли не главная роль в этом позорном судебном разбирательстве досталась Нерону.

Марк Ливий открыто обвинял Гая Клавдия в том, что «тот лжесвидетельствовал против него» (Liv. XXIX, 37). Валерий Максим, рассказывая о злоключениях Марка Ливия, напишет, что «он удалился в изгнание, пылая гневом по отношению к Нерону, свидетельством которого и был осужден» (IV, 2. 2.). Мы не знаем, насколько достоверна информация о том, что Гай Клавдий Нерон «лжесвидетельствовал» против Марка Ливия, и если это действительно было так, то по какой причине. Ясно одно – два военачальника люто ненавидели друг друга.

От дел судебных перейдем к делам ратным. Большую часть своей военной карьеры Гай Клавдий Нерон провел на полях сражений в Италии. Там же произойдет и главная битва его жизни. Но как это ни покажется парадоксальным, судьба римского полководца оказалась самым тесным образом связана с событиями, происходившими в далекой Испании и Гасдрубалом Баркидом. Впрочем, обо всем по порядку.

Во время войны с Ганнибалом Нерон служил под командованием Марцелла. В 214 г. до н. э., во время третьего сражения под Нолой, командующий дал Гаю Клавдию ответственное задание – с отрядом отборной конницы незаметно покинуть город и, когда римские легионы вступят в бой с армией Ганнибала, ударить противнику в тыл. Нерон ночью вывел кавалерию за городские ворота и стал обходить Нолу, но когда началось сражение, на поле боя так и не появился: «Неизвестно, почему Нерон не исполнил приказа: заблудился ли, не рассчитал ли времени. Сражение началось без него; превосходство римлян было несомненно, но, так как конница своевременно не прибыла, план сражения нарушился… К заходу солнца вернулся Нерон, напрасно истомив за сутки людей и лошадей и не увидев даже врага» (XXIV, 17). Военачальника ожидал жесточайший разнос от командующего, но, судя по всему, Гай Клавдий отделался только этим словесным выговором.

В 213 г. до н. э. Нерон избирается претором (Liv. XXV, 2), а в 212 г. до н. э. командует легионами в так называемом «Клавдиевом лагере» под Свессулой (Liv. XXV, 3). Эта была важнейшая военная база римлян в Кампании, и назначение Нерона на этот ответственный пост показывает, что он пользовался полным доверием сената. Гай Клавдий отправился в Пицен, где принял под своё командование легион Гая Терренция Варрона (антигероя битвы при Каннах) и перевел воинов в лагерь под Свессулой.

В следующий раз Нерон упоминается в источниках в связи с осадой Капуи, куда его с двумя легионами отозвали из «Клавдиева лагеря» (Liv. XXV, 22). Взятие этого города имело огромное стратегическое и политическое значение. Три римские армии окружили Капую со всех сторон и обвели город двойной системой укреплений. На выручку осажденным союзникам прибыл Ганнибал и во время решающего сражения за город Нерон, будучи пропретором, командовал объединенной кавалерий шести легионов, прикрывая дорогу на Свессулу (XXVI, 5). Судя по всему, с боевой задачей Нерон справился успешно, и не случайно о нём вспомнили сенаторы при назначении новых командующих в Испанию. Марцелл с Нероном прибыли в Путеолы, погрузили армию на корабли и благополучно доплыли до Таррагоны. Но Марцелл вернулся в Италию, и на плечи Гая Клавдия легла вся ответственность за исход боевых действий на Иберийском полуострове.

* * *

Оказавшись в Испании и подсчитав свои силы, Нерон пришел к выводу, что их недостаточно для успешной борьбы с карфагенянами. Поэтому командующий приказал морякам сойти на берег, вооружиться и пополнить ряды армии. Гай Клавдий полагал, что судьба Испании решится на суше, и всячески усиливал сухопутные части. Посчитав, что его люди готовы к предстоящим боям, Нерон повел легионы на юг. По пути к нему присоединились войска Луция Марция и Тиберия Фонтея, значительно увеличив численность римской армии. От лазутчиков Гай Клавдий уже знал, что Гасдрубал, сын Гамилькара, находится в земле авзетанов, у места под названием Черные камни. Карфагенский лагерь располагался между городами Илитургисом и Ментиссой, а добраться до него можно было только через одно-единственное ущелье. Воспользовавшись оплошностью Гасдрубала, армия Нерона перекрыла выход из прохода, и пунийцы оказались в ловушке. Продовольствие у карфагенян быстро подходило к концу, вот-вот мог начаться голод.

Но Гасдрубал не растерялся. Опросив местных жителей, он узнал, что на противоположном конце ущелья есть несколько тропинок, по которым можно вывести не только людей и коней, но и боевых слонов. Беда только в том, что эти тропинки слишком узкие и одновременно провести по ним большое количество войск невозможно. Гасдрубала это не смутило, поскольку он уже знал, что надо делать дальше. В один прекрасный день перед воротами римского лагеря появился посланец пунийцев и объявил, что у командующего карфагенской армией Гасдрубала, сына Гамилькара, есть предложение для полководца Гая Клавдия. Доверенного человека Гасдрубала провели в палатку Нерона, где он и передал римлянину слова своего господина. А сын Гамилькара предлагал ни много ни мало, как в обмен на беспрепятственный выход из ущелья вывести карфагенские гарнизоны из всех испанских городов и