Эртан (дилогия) - Светлана Середа

Последнее, что я видела, – очень недовольное лицо незнакомого синеглазого эльфа.

Проснулась я от ощущения, что солнце светит прямо в глаза. Осторожно приоткрыла веки. Окно, под которым стояла моя кровать, было занавешено, но один дерзкий лучик пробрался сквозь щель в занавесках и нахально пощекотал мне сетчатку. Я рефлекторно чихнула. (Интересно, почему я всегда чихаю от яркого солнца? Может, во мне тоже вампирская кровь есть?)

Надо мной склонилось лицо со смутно знакомыми синими глазами. Где я его видела? Ах, да. Вчера. Тот самый эльф, который был страшно недоволен и что-то выговаривал вождю Фар-Зингаро.

– Как самочувствие? – неприветливо спросил эльф.

– И вам доброго утра, – безмятежно ответила я.

Эльф раздражённо махнул рукой, но ничего не сказал. Видимо, мой ответ убедил его в том, что самочувствие в норме. Я села. Голова не кружилась, но в теле ощущалась неприятная вялость, словно ещё чуть-чуть – и от слабости начнут дрожать руки.

– Если вам правда интересно, то я чувствую слабость, – призналась я немного смущённо.

– Это от голода. После завтрака пройдёт.

Он вышел из комнаты и через полминуты вернулся со стаканом красной прозрачной жидкости. На кровь жидкость не походила, но первый глоток я сделала с большой осторожностью. Вкус был на редкость отвратительный – кисло-солёный.

– Тьфу, гадость какая, что это?

– Минеральный раствор с витаминами. А ты что ожидала, что я тебе мёду принесу? – мрачно сказал эльф. – Пей давай.

Пересиливая отвращение, я мужественно выхлебала полстакана. Перед штурмом второй половины решила сделать передышку.

– Простите моё любопытство, но я не смогу спокойно жить, пока не узнаю ответ. Вы за что-то сердиты на меня лично или у вас просто… гхм, – я чуть было не ляпнула «мерзкий характер», – плохое настроение?

– Если бы ты видела, какой бардак тут творится со вчерашнего вечера, ты бы не задавала глупых вопросов, – с невыразимой тоской сказал эльф. – Но, раз уж ты сама об этом заговорила, лично к тебе у меня тоже есть претензии. Почему ты вчера не упомянула, что в течение последних двадцати четырёх часов употребляла алкоголь?

– Мне это даже в голову не пришло, – честно призналась я. – Магистр Астэри меня полечил, и я себя чувствовала вполне нормально.

– Магистр Эль-Аранель удалил из твоего организма токсины, но не восстанавливал объём жидкости. Это энергоёмкая процедура, и при лёгкой степени обезвоживания целесообразнее восстанавливать жидкость традиционными методами. Он предупреждал тебя, чтобы ты больше пила в течение дня?

– Предупреждал.

– А ты?

А я, припомнилось мне со стыдом, не то что не пила – даже и не обедала-то толком, поглощённая якобы сборами, а на самом деле – тягостными раздумьями о загадочном поведении господина, чёрт бы его побрал, белль Гьерра. Ничего удивительного, что я хлопнулась в обморок. Странно, что не сделала этого раньше. Мерзопакостный электролитный раствор неожиданно показался мне почти что вкусным.

Эльф, скрестив руки на груди, наблюдал, как я пью. Наблюдал не то чтобы с укоризной – скорее, с этаким лёгким снисходительным презрением: мол, ясно, что дура, ну да что взять со смертной, да ещё и женщины.

– Ну, а чтобы это изменило? – защищаясь, воскликнула я. – Неужели вы отказали бы мне в возможности помочь ребёнку?

– Не говори глупостей. Конечно, нет. Но мы, по крайней мере, знали бы, чего от тебя ожидать. Видишь ли, обморок от такой незначительной кровопотери выходит за границы нормы. Особенно убивался твой приятель shinnah'tar, когда узнал, в чём дело. Это, дескать, его вина, он мог бы об этом подумать. Я, конечно, не стал его разубеждать. Это действительно его вина. Должен же из вас троих хоть кто-то соображать, а он единственный не совсем безнадёжен.

Эльф отобрал у меня пустой стакан так сердито, словно я собиралась его заныкать в качестве сувенира. Отнёс в соседнюю комнату, вернулся, присел на край кровати. Дотронувшись до моих висков, прикрыл глаза и замер. Я ничего не чувствовала, но из общения с магистром Астэри знала, что это может быть как диагностикой, так и лечением. При вмешательстве на системном уровне пациент – по крайней мере, неискушённый в лечебной магии – не способен отличить одно от другого.

– Покажи руку.

Я машинально протянула ему правую руку, только сейчас обратив внимание на две бледно-розовые точки на предплечье. Выглядели они так, будто укус произошёл неделю назад. Эльф поочерёдно коснулся каждого шрама (я почувствовала лёгкое покалывание – а вот это точно лечение), удовлетворённо кивнул.

– Поработай кулаком.

Я несколько раз сжала и разжала кулак.

– Пошевели пальцами. Не больно? Подвижность не нарушена?

– Нет, нормально. А что, в клыках вампира содержится яд?

– Фар-Зингаро слегка задел сухожилие. Ничего страшного.

Эльф поднялся, и я поняла, что осмотр закончен.

– Можно мне встать и одеться?

– Нет.

– Но я себя превосходно чувствую!

– Ты мне сама недавно жаловалась на упадок сил, так что о превосходном самочувствии речи в любом случае нет. Сначала позавтракай, а потом я посмотрю на твоё поведение.

– Но…

Он наклонился, опираясь руками на кровать, – так, что его глаза оказались вровень с моими, и с бесконечным терпением в голосе произнёс:

– Послушай меня, девочка. Я врач. Я держу тебя здесь не по собственной прихоти, а потому что это необходимо для твоего здоровья. Мне нужно убедиться, что укус вампира и кровопотеря пройдут без осложнений. Как только я буду уверен, что моя помощь тебе уже не нужна, я первый отправлюсь к вождю и буду его умолять выставить вас отсюда как можно скорее.

– А что мы такого сделали? – оскорбилась я.

Эльф выпрямился.

– «Что мы такого сделали»! – зло передразнил он (видно было, что для него это наболевший вопрос). – Просто уму непостижимо. Каждый раз, когда белль Канто появляется здесь, Зингар встаёт на уши. Два года назад, когда его привёл Хилл Фар-Танаис, белль Канто обаял командира одного из отрядов, эти паршивцы самовольно покинули город и учинили разгром в замке какого-то лиркского министра. Нет, я понимаю, что держать в плену несовершеннолетнего вампира, да ещё и производить над ним эксперименты – это жестоко и негуманно, но такие вещи решаются через Эльфийский Совет, а не силами десятка сопляков, которые едва вышли из возраста ученичества. В прошлый раз белль Канто притащил с собой эту извращенку Аль-Канаро, которая, извини меня, затрахала тут всех в самом прямом смысле…

– Ой, а что, Нимроэль – дочь Архимагистра Аль-Канаро? – не удержалась я от любопытного возгласа.