Стажировка богини. Дилогия (СИ) - Милисса Романец

все лады загудели ребята из злополучной компании, которая после инцидента стала сплоченнее и злее.

— На вашем месте я бы не была столь спокойна, — вмешалась Альфэй. — Человека очень просто довести до отчаяния, когда он будет способен на всё…

Она вспомнила свой второй мир и то, как на неё успешно напала и захватила для пыток собственноручно сотворённая смертная. Простой человек. А на что способен сердечный демон в гневе? Особенно если задеть его обожаемого бога? Представить страшно.

— Переживать нужно за этого придурка Дзе-Дзе, — самодовольно сказал Жонгмин, которого загримировали так, что синяк, оставленный Дзе-Дзе, с лица пропал. — Или захотела вылететь из шоу, как он? Так мы тебе это быстро устроим! Ты же тоже любительница помахать кулаками.

— О… Я много что люблю…

— Например? — от обволакивающего, чарующего голоса Ежана, прозвучавшего сзади, по спине побежали мурашки.

— Дай подумать… — Альфэй развернулась к Ежану, нарочито неприлично пристально его рассматривая. — Бить, бить и ещё раз бить. Хочешь проверить?

— Звучит заманчиво. Может… выйдем, и ты мне покажешь?

— Легко!

Альфэй вылетела из кресла, которое занимала, и поспешно направилась к выходу из гостиной, даже не проверяя, идёт ли за ней Ежан. Побежит как миленький. Или она за шкирку его потащит. Альфэй столько ждала этого момента!

— У неё что, совсем гордости нет? Или стыда? — донеслось до её чуткого слуха фраза кого-то из скандальной компании.

— На этот раз она конкретно опозорится.

— И что, никто не скажет ей?.. — послышался весёлый девичий голос.

— Ну точно не я. Пусть эта выскочка катится из проекта и из шоу-бизнеса! Как Дзе-Дзе. Туда этим «особенным» и дорога.

Очень хотелось вернуться в гостиную и хорошенько наподдать всем, развлекающимся за её счёт, но разговор наедине с Ежаном был куда важнее мелочных разборок.

Ворвавшись в свою комнату, первым делом Альфэй заклинанием нейтрализовала камеры и микрофоны. Обнявший её Ежан стал приятным сюрпризом, она и не подозревала, как истосковалась по их близости.

— Я соскучился, — хрипло выдал он. — Ты невероятная. Думал, это всё блажь… А теперь спать спокойно не могу, думая о том, какая ты горячая.

Эти слова, в которых Альфэй не услышала лжи, задели её за живое. Что-то подобное он уже говорил… Но обман и предательство в прошлом красивые слова не компенсируют.

— Оу… — протянула Альфэй. — Разве у нас что-то было?

— У нас… у меня есть. Чувства.

— Да, я их очень хорошо чувствую. Такие твёрдые и напористые.

— Ты такая сильная и прямолинейная. Голову теряю из-за тебя. Про наблюдение забываю. Так хочу…

— Я тоже кое-чего хочу, — Альфэй вывернулась из захвата и резко развернулась лицом к Ежану. — И ты мне это дашь.

— Всё что угодно!

— Вот и договорились, — она положила ладони на его виски и пустила собственную энергию.

От боли Ежан заорал и попытался отпрянуть. Но из хватки богини не так-то просто вырваться, особенно не помня, что сам являешься богом.

Он упал к её ногам, и только через три минуты в её комнату ворвалась Сяои.

— Что ты с ним сделала⁈ — заорала она вне себя от злости и тут же присела, чтобы помочь своему возлюбленному другу.

Влить свои силы и в Сяои Альфэй не успела, понабежала куча народа.

— Ты что, реально его избила? — голос Жонгмина звенел восторгом.

— Ещё чего. Ему стало плохо. Я ничего не успела сделать, — решила отпираться она.

— Лгунья! — взвизгнула Сяои. — Ты это специально. Вспомнила, что он тебя бросил, и…

— А вот с этого места поподробнее, — оборвала её крики Альфэй. — Мы с… участником Е только вчера познакомились.

— Это ты так думаешь, — смакуя новость, довольно протянул Жонгмин. — В прошлом сезоне вы с ним тоже участвовали в этом телешоу. Начали встречаться, но он тебя слил ради победы. И ты почти его ударила, но тогда тебя вовремя остановили.

— Так мы…

— Да! Вы встречались, и он тебя бросил перед камерой и миллионами телезрителей. Прикинь, как было весело⁈ Ты даже ревела…

— Как ты, Сяое? Что-то болит? Это Сяоа тебя ударила? — голос Сяои отвлёк Альфэй от соблазна без сожалений сдать Сибилла старшим богам и забыть обо всём раз и навсегда.

Во всём виноваты дурацкие иллюзии, каждая из которых сначала вытреплет и вымотает нервы, а потом разорвёт сердце и душу.

У ног Альфэй принял сидячее положение Ежан и состроил самую жалкую физиономию из всех, которые она когда-либо у него видела.

— Прости меня! — выпалил он.

— Нужно поговорить.

— Конечно, — Ежан как будто с облегчением воспринял её слова.

И Альфэй запоздало вспомнила, что соученики-преступники вновь предали её и даже почти убили в прошлой иллюзии. Она злилась на них в тот момент, но сейчас были дела важнее обид и мести.

Часть 3

Глава 3. Договаривающаяся богиня

За скандальное поведение Альфэй наверняка сняли бы с телешоу, как Дзе-Дзе, на радость Жонгмину. Но Ежан смог договориться, чтобы их обоих оставили на проекте. Всё же в божественном амплуа обаяние этого паршивца становилось непреодолимым для очень многих. Или же у него в общении и обольщении попросту больше опыта, чем у Альфэй.

Когда Ежан всех успокоил, разогнал и договорился об уединении в комнате для персонала, они наконец остались только вдвоём без свидетелей.

— Так о чём ты хотела со мной поговорить? — спросил он.

— Мне нужна твоя помощь. Мы забудем все обоюдные обиды, и я никогда не подниму тему твоего предательства, — Альфэй сразу вывалила все уступки, на которые согласна пойти.

— С чего вдруг такая щедрость? Я думал, что ты с радостью посмотришь на то, как тёмный бог нас всех убьёт. Ещё и плюнешь на могилы, если те появятся.

— Мне претят убийства, — поморщилась она.

Странно слышать от собственного любовника фантазии о её жестокости. Альфэй казалось, что она не давала повода считать себя настолько мстительной.

— Но ты же сама чуть было не лишила жизни, когда думала, что тёмный бог — сердечный демон, — нечестно напомнил ей Ежан о промахе.

— Тогда я была уверена, что он часть меня самой. Это же совершенно разные вещи: убить собственную часть-сущность или сделать это с другим человеком…

— Богом, ты хотела сказать?

— С кем угодно! Да, признаю, я предвзята к смертным и всем прочим, кто не похож на людей. Но это не значит, что мне приятно смотреть на чужую смерть, чьей бы она ни была.

— Я помогу тебе, и всё станет как раньше? Мы будем вместе… — предположение Ежана поразило в самое сердце.

— Нет! Вот об этом забудь. Я намерена не вспоминать прошлое и то, что мы встречались,