Возвращение, или Свободу попугаям! - Юлия Фирсанова

Вот и сейчас, видя наши приятельские отношения с Фалем, Иесса доверяла магеве больше, чем я ожидала. Вопрос о сильфом круге предполагал ее готовность дать нам информацию о его местонахождении. А это уже приравнивалось почти к раскрытию государственной тайны. Конечно, как сболтнул мне Фаль, напороться на сильфов круг человек, даже самый чудесный расчудесный маг, мог лишь совершенно случайно. А потом хоть убейся, не нашел бы его второй раз, но все же, все же, готовность сильфиды поведать о таком важном секрете говорила о многом. Не только о ее стремлении поскорее перестать чувствовать себя обязанной магеве, но и о некотором лимите доверия. Хотя, знай Иесса о нашем секретном оружии — всемогущим коне Дэлькоре, способном не хуже любого сильфа к розыску кругов и перемещению через них, вряд ли была бы столь откровенна. Почему я назвала Дэлькора всемогущим? Ну а как иначе? Мой замечательный конь умел абсолютно все, о чем бы я не попросила и чего бы сам не пожелал. А что не говорил до сих пор, так просто ему, как истинному мудрецу, не хотелось бросаться словами. И к чему слова, если одним выражением морды он был способен передать куда больше, чем самым пестрым набором слов.

— Да! Мы уже разок случайно воспользовались сильфовыми кругами для быстрого перемещения. Фаль объяснил нам их удивительные свойства! Несколько мгновений вместо суток пути — очень удобно! — заинтересовались мы с Лаксом.

Кейр же, сохранивший о первом путешествии не самые приятные воспоминания поежился и неодобрительно нахмурился и буркнул:

— Удобно!? А мои седые волосы не в счет?!

Одновременно с нами задал рассудительный вопрос и Гиз, то ли из сочувствия к страданиям собрата телохранителя, то ли их собственных не всегда понятных мне побуждений:

— Мы настолько торопимся в Карниалесс?

Рыжий чуть смущенно моргнул и виновато пожал плечами, умеряя любопытство, вспыхнувшее в душе ярким пламенем, после мистического визита Аглаэля. Еще бы! Жил был вор, никого не трогал, с эльфами даже особенно не дружил, корнями не интересовался, скорее всего из-за опаски нарваться на откровенное неприятие дивным народом, и тут нате — приглашение в самое сердце эльфийского княжества, да не от кого-нибудь, от самой его сути — Леса (именно с большой буквы), оказывается обладающего персональным интеллектом. Аглаэль говорил так, что даже мне несведущей было понятно — это не метафора, а очевидный факт. Да еще вскользь об отце нашего полукровки упомянули. Короче, Лакса подцепили на сочную наживку. А поскольку мне самой было не менее любопытно, я даже не собиралась вора снимать.

— Мы в принципе торопимся, в предгорья, если кто вдруг страдает провалами в памяти, — напомнила я своей компании прописную истину.

Конечно, я старалась не думать о том, что в любую секунду могут рухнуть все мои радужные надежды на яркую, интересную жизнь, стоит только высшим созданиям, именуемым Силами, обнаружить мое отсутствие в клетке. А как иначе именовать пусть безопасный, но ставший таким тесным мир? Все недели разлуки с друзьями я чувствовала себя не лучше Иессы. Не хочу! А потому, уж лучше глотнуть из проклятого озера, чем каждый день ожидать удара в спину. Нет, конечно, Силы не желали мне зла, я явственно ощущала это. Скорей уж эти создания вели себя как заботливые родственники, готовые замучить своей опекой, буквально задушить ребенка, но не дать ему увидеть мир из-за нелепых страхов за него.

Гиз кивнул, давая понять, что принял мои слова к сведению, спорить не собирается, и обратил взор на Иессу. Гордая столь пристальным вниманием, сильфида поднялась повыше, крылышки трепетали живой радугой, и промолвила с достоинством:

— В глубине лесов есть несколько полян с кругами. Я могу отвести вас туда, только, — юркое создание скроило пренебрежительную гримаску, окидывая взглядом полным плохо скрываемого превосходства наши громадные фигуры, — тропинок людских там нет, вам тяжело придется.

— Как-нибудь проберемся, непроходимых лесов не бывает, если очень нужно пройти, тем более, если очень нужно пройти мне, — упрямо ответила я, подумав: "В конце концов, магева я или нет, могу чего-то наколдовать, для облегчения пути, если совсем невпротык станет". — Мы будем тебе очень признательны, Иесса, если покажешь дорогу и станешь нашим проводником. Перемещение через круги здорово сэкономит наше время. Обещаю, мы никому не расскажем о том, где находятся сильфовы круги.

— Я верю, — мордашка сильфиды лучилась самодовольством привилегированной обладательницы тайны, она считала, что магева и ее спутники, даже захоти кому разболтать про круги, хоть убейся, второй раз не отыщут туда дороги без ее персонального участия. — И отведу вас к старому кругу.

Заполучив проводницу, мы собирались недолго, буквально в считанные минуты отряд покинул полянку с древними камнями, великие творцы которых все-таки не учли всех возможных казусов при просмотре вещих снов или мы, перед тем как в сновидения погружаться, не отыскали инструкцию для детального ознакомления с оной.

Даже оставленные не вчера, а пусть и сотни лет назад сильфовы круги сохраняли в себе частицу магии, достаточную для того, чтобы использовать ее по нашему меркантильно-косвенному назначению. Может, всему виной было изобилие волшебной пыльцы, оставленной веселившимися сильфами, проникшей в землю и напитавшей ее силой, не знаю, главное, что круги могли перекинуть нас в желаемое место, сколь далеко бы оно ни отстояло, лишь бы там находился парный первому сильфов круг. А уж насчет того, что в эльфийском лесу такого добра будет вдосталь, мы все были почти уверены.

Именно эта уверенность и твердое знание прописной истины — несколько часов даже самого тяжелого пути по непролазной чащобе стоят многих дней в дороге — поддерживало мое мужество и терпение, когда наш маленький отряд продирался через непроходимые дебри намертво переплетшейся меж собой травы, кустов и нижних веток деревьев. Зеленую полумглу прогоняло лишь волшебное мерцание сильфов и маленького шарика вызванного руной света. Кейр и Гиз временами прорубали дорогу мечами, сменяя друг друга. Изредка попадались идущие в нужном нам направлении звериные тропы, и я радовалась им почти как бетонному шоссе. Но даже тогда ехать на лошадях было совершенно невозможно.

Нахальная фауна, почти непуганая людьми и нелюдьми (найди дурака лезть в такую чащу!) шуршала, хрюкала, топотала, щебетала, пыхтела и возилась, как ей заблагорассудится. Дэлькор временами всхрапывал и косился на меня совершенно умоляющими глазами. Приходилось утешать коня-охотника, ласково убеждая его, что для охоты сейчас не время, но как-нибудь в другой раз мы непременно погоняем дичь на славу.