Амазония - Джеймс Роллинс

Али-не-Ягга. Кровь Ягги, добытая из ее корней.

Нат сконцентрировал взгляд на Дакии. Он вспомнил, как индеец, сияя, описывал участь его отца. «Отправился питать корни».

Ноги сами повели Ната к индейцу.

Коуве осекся на полуслове.

– Нат, что ты…

– Кое-что в этой истории не складывается. – Нат кивнул на Дакии. – И я, кажется, знаю, кто может мне помочь.

Он подошел к коленопреклоненному индейцу. Дакии поднял глаза. По его лицу текли слезы. Потеря вождя оказалась для него тяжелым ударом. При приближении Ната он поднялся на ноги.

– Вишва, – произнес он, склонив голову в знак повиновения преемнику шамана.

– Сожалею о твоей потере, – сказал Нат, – но нам надо поговорить.

Коуве вызвался помогать с переводом, однако Нат и сам уже неплохо перемежал слова яномамо английскими и вполне мог вести беседу.

Дакии указал на постель, утирая глаза.

– Его звал Даку. – Туземец прижался ладонью к груди умершего. – Он моя отец.

Нат закусил губу. Ему следовало догадаться. Теперь, когда Дакии рассказал об этом, он заметил черты сходства между ними. Нат положил руку на плечо сыну вождя, так как сам знал, каково это – потерять отца.

– Мне очень жаль, – повторил он, теперь уже с большим чувством.

– Спасибо, – кивнул Дакии.

– Твой отец был удивительным человеком. Мы все будем скорбеть по нему, но сейчас нам грозит смертельная опасность. Ты поможешь?

Дакии склонил голову.

– Твоя вишва. Твоя говорить – моя делай.

– Мне нужно, чтобы ты отвел меня к корням дерева, туда, где оно берет пищу.

Дакии вскинул голову. В его лице читались тревога пополам с недоверием.

– Тише, – шепотом предупредил Коуве. – Ты коснулся святыни.

Нат отмел его наставления и положил руку на грудь.

– Я теперь вишва. Я должен видеть корни.

Проводник закивал головой.

– Моя показать.

Он посмотрел на усопшего – напоследок – и повернул в сторону выхода.

Они начали долгий спуск книзу туннеля. Анна и Коуве шептались позади Ната, оставив его с мыслями наедине. Натан снова вспомнил о сходстве между спиральным ходом внутри Ягги и меткой бан-али. Что еще могла она представлять? Может, конфигурацию молекулы приона, как предположила Келли? Неужели растение и человек могли сообщаться между собой, делить воспоминания? После того что Нат пережил под воздействием снадобья, он уже не мог запросто отмахнуться от этой, последней возможности.

Кто знает, может, метка символизирует и то и другое – истинную сущность Ягги.

Нат со спутниками спускался все дальше.

– Кто-то идти, – произнес Дакии, останавливаясь.

Потом и Нат его услышал – топот ног, то глуше, то четче.

Из-за поворота появилась знакомая фигура.

– Рядовая Каррера, – сказал Коуве.

Девушка кивнула, задыхаясь от долгого бега по наклонному полу туннеля. Нат заметил, что оружие снова было при ней.

– Меня прислали за вами. Разузнать, нашли ли вы выход с плато. Сержанту Костосу не удалось обезвредить взрывчатку.

Нат только сейчас понял, что за всеми свалившимися на него откровениями он позабыл спросить о самом важном – запасном выходе из долины.

– Дакии, – обратился к проводнику Нат. – Нам нужно знать, нет ли здесь потайного пути в нижнюю долину. Ты что-нибудь знаешь об этом?

Для объяснения пришлось активно жестикулировать и просить помощи у Коуве.

Пока профессор переводил, Каррера недоуменно посмотрела на Ната.

– Вы что, до сих пор не переговорили? – прошипела она. – Чем же вы здесь занимались?

– Нюхали зелье, – ответил профессор невпопад и снова сосредоточился на диалоге с туземцем.

Дакии, кажется, наконец начал вникать.

– Уходить? Почему? Стоять здесь.

Он показал на ноги.

– Мы не можем, – выдохнул Нат.

– Ему не объяснишь про бомбы и про то, что долина вот-вот вспыхнет. Это выше его понимания, – произнесла Анна у его плеча.

– Значит, будем стараться, – ответил Нат. Затем он обратился к Каррере: – Пока передайте сержанту, что нам необходимо запасти как можно больше орехов с этого дерева.

– Орехов?

– Объясню позже. Просто сделайте, как я сказал. Очень прошу.

Она кивнула, отворачиваясь.

– Не забывайте, ребята: время уходит!

С этими словами она многозначительно взглянула на них и удалилась.

Нат посмотрел на Дакии. Как сказать человеку, что его родина вот-вот исчезнет с лица земли? Нелегкое это дело. Нат вздохнул.

– Давайте вернемся к корням.

Спускаясь, они с Коуве обступили индейца с боков и стали осторожно посвящать его в суть происходящего. По мере того как доходило сообщение, смущенное лицо Дакии все больше перекашивалось от ужаса. Он стал запинаться, словно новость давила на него тяжким грузом.

К тому времени они прошли весь спиральный туннель и очутились в галерее синих отпечатков. Свет, пробивавшийся через арку входа, приобрел медовый оттенок. Стало быть, закат уже близок и срок их подходит к концу.

– Нет ли другого выхода из долины? – повторил вопрос Нат.

Дакии указал на слегка вогнутую стену с декором из голубых отпечатков, в которую упирался спиральный туннель.

– Через корни. Мы идти через корни.

– Да, я хочу посмотреть корни, но как насчет выхода?

Дакии воззрился на него.

– Через корни, – повторил он.

Нат наконец догадался. Выходит, два задания свелись к одному.

– Веди нас.

Дакии подошел к стене, глядя поверх отпечатков, затем подобрался к самому крайнему, почти у угловой стены туннеля. Он приложил свою ладонь к отпечатку и с силой нажал. Стена вдруг целиком повернулась на центральной оси, открывая новый отрезок туннеля, уходящий под землю. Нат поднял глаза, вспоминая, как странно выглядели проводящие каналы в тупике коридора. Вот она – потайная дверь! Все это время разгадка была у него перед носом. Даже отпечатки на стенах будто бы представляли единственный отпечаток на знаке бан-али, охранявший двойную петлю – символ главного корня.

Анна вытащила из кармана фонарик. Нат похлопал по куртке, но фонаря не нашел. Видимо, потерял где-то. Анна передала ему свой, давая понять, кому идти первым. Нат подошел к двери. Мускусный запах дерева поднимался оттуда, как пар из могилы, стылый и насыщенный влагой. Нат собрался с силами и протиснулся в проем.

18

Последний час

19 часов 1 минута

Джунгли Амазонии

Пока шайка Фавре устраивалась на отдых, ее предводитель поглядывал на часы. Еще час – и в долине забушует огненный шторм. Луи поднял глаза на заболоченное озеро, отливающее в свете заходящего солнца тусклым серебром.

Времени было предостаточно. Свернув вдоль берега на юг, где и лес гуще, и больше протоков, они легко затеряются в зарослях. В этом Фавре не сомневался.