Порок и добродетель (Звонок из преисподней) - Вера Кауи

– Конечно, она выпила, но действовала вполне умышленно. Хотела нас убить. Я на мгновение увидела ее лицо, прежде чем Брэд оттолкнул меня, – такое можно увидеть только в аду. Машина превратилась в факел, ее нельзя было узнать, когда ее оттуда вытащили.

Крис поежилась.

– Хорошо еще, что Брэд все это время находился в больнице. Мать Кэролайн устроила жуткую сцену. Кричала и требовала возмездия. Она обвинила меня в том, что я увела Брэда, обзывала его мать по-всячески, чернила Брэда, камня на камне ни от чего не оставила. А потом поехала в Калифорнию и выложила все телевизионщикам. Мы жили, как в тюрьме. Кругом журналисты, телекамеры. Очень достойная бостонская семья – и вдруг столько мусора из дома вынесено. Затем было расследование, когда Брэд вышел из больницы, потом похороны Кэролайн, на которые миссис Нортон запретила Брэду приходить. Она даже вернула его цветы. Когда он раскрыл коробку – от них остались одни клочки.

– Господи! – выдохнула Крис.

– Я же говорила, Армагеддон.

– Бедняга.

– Он страдал, Крис, если бы ты только знала…

Как она теперь это знала. В конце концов она узнала правду.

Пока Брэд был в больнице, она не навещала его, хотя ей очень хотелось. Вместо этого она вернулась в Калифорнию, чтобы уладить дела со своими клиентами, объяснить им ситуацию, включая то, что ей придется вернуться в Бостон в связи с расследованием по делу Кэролайн. Как ни странно, самое большое впечатление на них произвело то, что она когда-то была замужем за Брэдфордом. Выяснилось, что все они слышали о леди Эстер и испытывали перед ней благоговение и страх как перед женщиной, возглавлявшей такую огромную финансовую империю. Они уверили Джулию, что она может отсутствовать столько, сколько понадобится.

Когда она вернулась, Брэд уже выписался из больницы, ходил хромая, рука в гипсе, но был вполне в состоянии давать показания.

Расследование проводилось в конференц-зале в деревне Брэдфордов, и прессы было куда больше, чем простых зрителей, – хотя люди ехали издалека, чтобы поприсутствовать на разбирательстве. Элайн Нортон наняла известного адвоката, который подверг Брэда суровому допросу, пытаясь выудить из него сенсационные сведения насчет его брака, отношений с первой женой, пьянства второй, роли, которую его мать сыграла в его жизни, и страшной ссоре, в результате которой, по словам Элайн Нортон, ее дочь выгнали с фермы в ужасном состоянии.

Он из кожи вон лез, пытаясь заставить Брэда признаться, что роман с его первой женой довел его вторую жену до таких отчаянных поступков, что ее алкоголизм был результатом того, что она чувствовала себя глубоко несчастной. Последнее Брэд признал, но от первого обвинения решительно отказался. Адвокат попытался сыграть и на Дженни, но адвокат Брэда запротестовал, и судья, к великому облегчению Джулии, поддержал его протест.

Она постоянно слышала шепот за спиной, ловила на себе неодобрительные взгляды, видела, как на нее показывали пальцем. Когда ее вызвали в свидетели, адвокат Нортонов постарался сделать из нее роковую женщину. Но она, следуя примеру Брэда, отвечала прямо и честно, подняв голову, ясным и четким голосом, отказывалась ловиться на каверзные вопросы и все время чувствовала на себе взгляд Брэда, хотя сама ни разу не посмотрела в его сторону.

Окончательный приговор был – смерть от несчастного случая в результате сильного опьянения.

Когда они выходили из здания, Элайн Нортон набросилась на Брэда с оскорблениями, пытаясь расцарапать ему лицо.

– Убийца! – визжала она. – Ты со своей дорогой мамочкой убил мою несчастную дочь! Тебе это так не пройдет, вот увидишь! Тебе и вашей холоднокровной семейке с вашими предками, которыми вы так гордитесь! Ты – убийца, слышишь! Ты и твоя шлюха! – И она плюнула Джулии в лицо.

Поспешно уводя Джулию, Брэд повернулся к ней и заговорил впервые за несколько дней.

– Я был жизнь отдал, чтобы избавить тебя от этого. – Джулия не посмела прикоснуться к нему, только ответила ему благодарным взглядом.

Они уехали в разных машинах. Он – с Эбби и Битси, она – с Сетом, который все это время служил ей надежной опорой. Он взял ее за руку и крепко сжал.

– Спасибо тебе, Джулия. От всех нас. – Больше он ничего не сказал, но Джулии и этого было более чем достаточно.

Днем, перед отъездом всей семьи в Англию на похороны леди Эстер, Брэд нерешительно предложил Джулии прокатиться.

Она с радостью согласилась.

«Наконец-то!» – благодарно подумала она. Она уж решила, что им никогда не удастся вернуться к той стадии их отношений, на которой они находились, когда Кэролайн попыталась убить их. После выхода из больницы Брэд был в очень тяжелом состоянии. Он говорил только в случае, когда к нему обращались. Он мало ел и совсем не спал. Эбби докладывали, что у него ночи напролет горит свет. Он выглядел ужасно, и все в нем говорило о том, что единственное желание Брэда – чтобы его оставили в покое. Так что никто и не решался к нему приблизиться.

Джулия, боясь совершить ошибку, тоже держалась на расстоянии, хотя и изводилась, пытаясь понять, что же именно привело его на грань полного срыва.

«Да тут богатый выбор, – горько думала она. – Просто фантастический. Смерть матери? Ее жизнь – что еще хуже? Ее роль в его жизни? Смерть его жены? Ее попытка убить его?» Закрой глаза, бери наугад, и все равно можешь вытянуть не ту карту. Если учесть, через что ему пришлось пройти, да и еще приходится проходить, удивительно, что он хоть как-то функционирует. Джулия посчитала хорошим знаком, что он предложил ей с ним поехать. Ее стало казаться, что та духовная близость, которая, как она считала, возникла было между ними, а потом разрушилась под воздействием его апатии и отрешенности, тоже ему небезразлична.

Всю дорогу до Бостона он молчал. Не сделал он и привычного поворота на Маунт Вернон-стрит. Вместо этого Брэд поехал к центральному офису. Внезапно она догадалась. Маркус! Те компрометирующие бумаги, которые он собирался использовать при необходимости. Что-то вышло наружу? Доказательства таких хитрых и незаконных сделок, что Брэда, как нового председателя компании, могут посадить в тюрьму? Джулия постаралась сдержать дрожь и последовала за Брэдом в здание. Но он не вошел в скоростной лифт, который бы поднял их на этаж, где находился кабинет леди Эстер. Лифт остановился на восемнадцатом этаже, где он подвел ее к двери, на которой висела табличка с фамилией: Д.Х.Лумис, доктор медицины.

Джулия в ужасе посмотрела на него. Так вот почему он так плохо выглядит? Может, его травмы привели к другой, смертельной болезни? Паника набегала волнами. «О Господи, – подумала она. – Только не это. Не позволяй ему умереть».