Порок и добродетель (Звонок из преисподней) - Вера Кауи

– Сейчас меня сильно тревожит Брэд.

– Меня тоже. И у меня такое ощущение, что мы попали в самый центр урагана. Один Бог знает, что нас еще ждет.

Кэролайн проснулась в темноте. В голове стучало. Она не сразу сообразила, что это стучит оконная рама на ветру. С трудом поднявшись, она пошла закрыть окно. Фонарь над входной дверью освещал лужи на дорожке, капли воды на листьях – все кругом было мокрым и блестящим. Она прислонилась всклокоченой головой к оконному стеклу, но тут же снова ее отдернула, потому что заметила мужа и его первую жену, которые, основательно укутавшись, спустились по ступенькам и, держась за руки, ушли в ночь.

Ее охватила ярость. Она молнией перелетела через комнату, выскочила в дверь и перегнулась через перила. Тишина. Она в одних чулках тихо спустилась по лестнице, прошла через холл и вышла из дома. Она не замечала, как сразу промокли ноги, как впивается ей в ступни гравий на дорожке, по которой она шла к красному «мерседесу», припаркованному под деревьями. Она также не замечала жгучего холода, ее согревал гнев.

Когда она заводила мотор, она уже ничего не соображала. Включила первую передачу, но какой-то еще разумно действующий участок ее мозга подсказал ей, что не следует включать фары. Она медленно повела машину вперед, съехав на мокрую траву, чтобы гравий не скрипел под колесами. Где они? А, вот где. Прямо впереди ярдах в пятидесяти, вот-вот уйдут в тень с освещенной части дорожки. Оказавшись прямо за ними, Кэролайн одновременно включила фары и вдавила педаль газа в пол. Машина, дико взвыв, рванулась вперед. Она включила третью передачу и увидела, как две фигуры обернулись, прикрывая ладонями глаза от слепящего света и стараясь понять, в чем дело.

– Я вам покажу, ублюдки! – злорадно закричала она. – Я не дам вам снюхаться и избавиться от меня!

Машина с ревом мчалась на них. Кэролайн успела увидеть, как Брэд положил обе руки на плечи Джулии и сильно толкнул ее. Она отлетела в сторону. Сам же он не совсем успел отпрыгнуть, капот машины застал его в полете и отбросил в темноту. Кэролайн торжествующе рассмеялась и крутанула руль, чтобы добраться до Джулии. Но она убегала. Кэролайн снова нажала на газ, стараясь поймать убегающую женщину в свет фар. И внезапно прямо на ее пути возник огромный ствол старого вяза. Она в панике повернула руль, но трава после дождя была скользкой. Машину занесло. Джулия спряталась за дерево, потом бросилась на землю.

«Мерседес» врезался в ствол на полной скорости. Раздался скрежет покореженного металла, звон разбившегося стекла, и затем высоко взметнулся столб пламени, осветив Джулию, которая вжалась в землю, прикрыв голову руками.

23

Рождество ожидалось снежным. В Суссексе все было серым и голым, но низкие тучи обещали, что вот-вот пойдет снег. Дженни, которая большую часть пути от Лондона проспала, теперь проснулась, сладко зевнула и принялась задавать вопросы.

– Мы скоро приедем к тете Крис, мама?

– Еще пять минут, маленькая.

Джулия и сама испытывала нетерпение. Она ухватилась за приглашение Крис, как за спасательный канат. Уехать, побыть дома вместе со старой, близкой подругой, пожить в семейной теплоте и уюте – именно это ей требовалось после страшных событий последних недель. Ей хотелось поскорее приехать, но продвигались они медленно, потому что дороги Суссекса в этой глубинке оказались узкими и извилистыми, к тому же заросшими по бокам густым кустарником. Джулия почувствовала, что улыбается. Крис, до мозга костей городская жительница, наконец четыре года назад оказалась в глубокой деревне, выйдя замуж за фермера, и теперь большую часть дня ходила в резиновых сапогах. Но по ее письмам чувствовалось, что она счастлива. Счастлива так, что даже Джулия ей завидовала: никаких драм, никаких травм, никаких сложных отношений. Только обожающий ее и детей муж. Крис всегда бегала за мужчинами, заводила бесчисленные романы, особенно суетилась она в последнее время, пытаясь встать на якорь. Не было сомнений, что она этот якорь нашла. А Джулия, с ее разборчивостью и отвращением к подобным романам, попала из огня да в полымя, и еще до сих пор не зажили шрамы от ожогов.

Они свернули в последний раз и увидели вывеску: «Яблоневая ферма». Даже название – клише. Джулия свернула на недавно покрытую гравием дорожку и под скрип шин проехала последние сто ярдов между деревьями, которые дали ферме ее название. Тут они увидели старый, подлатанный дом, поднимающийся из трубы дым, свет в окнах, потому что уже спустились сумерки, и настало время чая. С одной стороны дома копались в пыли куры, где-то невдалеке ржала лошадь, а когда Джулия открыла дверцу машины, то сразу ощутила знакомый запах фермы и услышала вдалеке гудение трактора. Когда она вынимала Дженни из машины, дверь распахнулась и на пороге появилась маленькая круглая фигурка с протянутыми руками.

– Добро пожаловать, незнакомцы.

– Крис! Господи, Крис! – Джулия бросилась в объятия подруги, а Дженни последовала ее примеру, обхватив Крис за колени. Потом обе женщины разрыдались.

– Не смей на меня смотреть, – сразу же потребовала Крис, как только они отплакались друг у друга на плече. Ее мокрые глаза сияли счастьем. – Это все пироги да плюшки.

– Ты сама на плюшку похожа, – сказала Джулия сдавленным от эмоций голосом. У нее было такое чувство, что она вернулась домой.

– Очень тактично. – Крис снова обхватила Джулию руками, и они крепко обнялись. – Господи, до чего же хорошо опять тебя увидеть. Кажется, сто лет не виделись.

– Верно, хотя прошло всего несколько месяцев. Крис, милая, до чего же хорошо дома. Я жду не дождусь, когда смогу рассказать тебе…

– Надеюсь, ничего не утаишь. И Дженни тут! – Она наклонилась насколько могла из-за выпуклого живота, которого не было, когда Джулия уезжала в Америку, и поцеловала девочку. – Как ты выросла!

– Мне можно посмотреть близнецов, тетя Крис?

– Вне всякого сомнения. Я слышала какое-то шевеление как раз перед вашим приездом. Иди по лестнице, ты знаешь, где они.

Дженни побежала к деревянной лестнице.

Джулия оглядела теплую, уютную комнату и радостно вздохнула. Комната была украшена к Рождеству: бумажные гирлянды, остролист, большая елка в углу с блестящими шарами и звездами, свертки в цветастой упаковке. В кирпичном камине весело потрескивали поленья, и пахло свежевыпеченным тестом. На Крис был яркий фартук и пятна муки на розовых щеках. Женщины схватились за руки и улыбнулись друг другу.

– Я так рада, что ты смогла приехать к нам на Рождество, – сказала Крис.

– Провести Рождество в Калифорнии, где тридцать градусов жары? Да ни за что.