Вот мы и встретились - Кристофер Голден

Долгие секунды Уилл оцепенело сидел за рулем, а затем наконец вздохнул и повалился вперед, кладя лоб на руль, дожидаясь, пока его пульс замедлится, отчаянно борясь с туманом дезориентации, который его окутал. Что за дьявольщина с ним происходила? Он заснул за рулем? Уилл даже не мог вспомнить, куда он направлялся, где находился или какой сегодня был день.

Голова Уилла страшно кружилась. Лишенный всякого присутствия духа, он, даже не выключая мотора, выбрался из машины и попытался сориентироваться. Поле, где Уилл остановился, составляло часть большого земельного участка с красным амбаром и небольшой силосной башней. В отдалении он разглядел просторное, огражденное пастбище, но там, похоже, никто не пасся. За фермой был холм, обрамленный аккуратными рядами яблонь. Только теперь Уилл заметил, что поле, на которое он въехал, на самом деле тыквенное.

Октябрь. Уже почти Хэллоуин. Хотя солнце ярко сияло, ветер был прохладным, и Уилл задрожал, оглядывая немногие оставшиеся на поле тыквы, в основном треснувшие или бесформенные. Такие не годились даже для того, чтобы в ожидании Хэллоуина класть их на крылечки. Уилл узнал это место. Он тысячу раз мимо него проезжал. Узкая, обрамленная деревьями улица называлась Олд-Баффало-Фарм-роуд. Уилл был по пути в Истборо. По дороге домой.

— Что за черт? — пробурчал он, недоуменно озираясь.

И тут, словно бы в качестве ответа, все разом к нему вернулось. Колода карт начала тасоваться в голове у Уилла, одни образы стали сменяться другими, и все они конфликтовали друг с другом. Уилл аж вскрикнул от внезапной нагрузки на голову и заковылял назад, чтобы привалиться к тойоте. Схватившись руками за череп, он плотно зажмурил глаза. Всего этого было попросту слишком много. Чересчур много.

Теперь Уилл понял. Он все вспомнил. Все вариации, все извивы судьбы.

— О боже, — прошептал Уилл себе под нос, сгибаясь пополам и чувствуя, как слезятся его глаза. — О боже.

И тут, так же внезапно, как началось, все улеглось. Поток воспоминаний начал устаканиваться, оседать в слои ментальных отложений. Дышал Уилл по-прежнему коротко и неровно, однако теперь и дыхание стало выравниваться. Уилл несколько раз на славу перевел дух, замедляя пульс и ритм дыхания, восстанавливая самообладание.

Воспоминания смещались, сливались и пропадали. В конце концов совершенно свежий их набор начал занимать свое место. Уилл по-прежнему мог припомнить все остальные версии, включая жуткие события той недели, которую он провел в другом времени, в другой эпохе.

События, которые на самом деле никогда не происходили.

Тут Уилл задрожал от внезапного холодка. Тойота негромко гудела у него за спиной. Стоило только Уиллу взглянуть на часы, как он тут же вспомнил, куда направлялся.

Сегодня было воскресное утро. Уикенд встречи выпускников почти завершился, однако немалое число его друзей и одноклассников должно было собраться в «Кэр-ридж-хаусе» на поздний завтрак. Окинув последним взглядом фермерские угодья, Уилл забрался обратно в тойоту и прямо на поле ее развернул. Позднее ему придется здесь остановиться и предложить плату за сломанную ограду, однако прямо сейчас предвкушение было слишком велико. Руки Уилла дрожали на руле, пока он выезжал на тойоте через пролом в ограде и между деревьев, возвращаясь на Олд-Баффало-Фарм-роуд. Он едва обратил внимание на снесенное боковое зеркало. Это была сущая ерунда.

Как Уиллу ни хотелось разогнаться на полную, весь участок дороги, оставшийся до «Керридж-хауса», он проехал с великой осторожностью.

Это был волшебно-сельский постоялый двор начала девятнадцатого столетия, по участку вокруг которого бежала речушка. По приезде туда Уилл обнаружил, что автостоянка забита до отказа, а потому припарковался прямо на улице, после чего потопал вдоль боковой части здания, направляясь к входу.

Глаза Стейси вспыхнули, стоило ей только его увидеть. На ней был темно-зеленый свитер с горлом и коричневые брюки. Ветер постоянно сдувал черные волосы Стейси ей на лицо, так что она то и дело заправляла их за уши. Уилл почувствовал, как его пульс сразу же стал биться быстрее. Несмотря на всю тяжесть на сердце, он даже при всем желании не смог бы удержаться от широкой улыбки, которая теперь расплылась по его лицу.

Наконец Уилл вышел на дорожку перед зданием, и Стейси пошла ему навстречу. Они взялись за руки, и Уилл нагнулся, чтобы поцеловать россыпь веснушек, что украшали переносицу Стейси. Уголки ее глаз радостно сморщились, и Стейси одарила Уилла той едва заметной улыбкой, всегда доверху полной лукавства.

И все это были самые естественные вещи на белом свете.

— Ты опоздал, — сказала Стейси.

В новом наборе воспоминаний, который уже успел одолеть все остальные, они со Стейси очень славно провели уикенд встречи выпускников. Нет, гораздо лучше. В пятницу, «У Лайама», Уилла заворожило ее представление, ее голос и глаза. Друзья вдоволь подразнили его в той манере, в какой это всегда случалось. Майк Лейбо прибыл поздно. Впрочем, лучше поздно, чем никогда. Они славно отпраздновали знаменательное событие, после чего поклялись друг другу в том, что будут прикладывать больше усилий, чтобы поддерживать постоянный контакт. В субботу Стейси ждала Уилла у ворот стадиона «Пум», где они устроились вместе с Эшли и Эриком, Ником, Дэнни и Кейшей.

И в тот вечер Стейси приберегла для Уилла все танцы. Это определенно стало началом чего-то нового. И, как всегда бывает в начале, Уилл чувствовал необычайную легкость, бодрость и радость.

— Я задержался по уважительной причине, — сказал Уилл. — Но теперь я здесь.

Та лукавая улыбка снова заиграла у нее на лице.

— Этого вполне достаточно.

Рука об руку они со Стейси вошли в «Кэрридж-хаус», миновали главное фойе, а затем направились по коридору, который вел в большое частное помещение, которое их класс зарезервировал для этой оказии. Через считанные секунды после того, как они вошли в зал с тыквами и кукурузными початками, украшающими древние столики, с осенним солнечным светом, струящимся через высокие окна, Уилл вдруг остановился и резко втянул в себя воздух.

Майк Лейбо стоял у буфета для позднего завтрака, накладывая себе тарелку. Рядом с ним стоял Дэнни Пламер, который тихонько бормотал что-то такое, от чего Майк во весь голос смеялся, поглядывая на Дэнни со слегка шокированным удивлением в глазах. Сидящий за угловым столиком Ник Акоста как раз запихивал себе в рот ломтик ветчины, внимательно прислушиваясь к рассказу Эшли про последние, самые замечательные эскапады ее близняшек. Эрик, ее муж, держал Эшли за руку и просто за ней наблюдал, довольный одним своим присутствием рядом с женой.