Связующая Нить. Книга 3 - Анатолий Хохлов

— Двести пятьдесят лет, значит? Оружие исправно?

— Вполне, — Томео кивнул. — Одно «Жало» мы подняли на поверхность, поменяли некоторые элементы, приспособили промышленный аккумулятор и произвели испытание. Пуля пробила две железобетонные плиты! Солдаты ополчения живо смекнули, что за железяку притащили на полигон, и не сводили с малышки влюбленных взглядов. Знали бы они, что здесь еще и тяжелые пулеметы припасены! По легендам, «Цепной пес» против плотных рядов бронированной пехоты — безжалостное чудовище. Хотя и энергии ему надо уйму. Придется провода к стенам тянуть и электростанцию своими силами запускать. Не все еще техники эвакуировались, купим.

— Оружие Чистой Крови… — Кано обвел взглядом зал, уставленный до самого потолка ящиками и бочками. — Сколько же его здесь?

— Тысяч десять ружей и десяток пулеметов. Целые горы пуль в коробках и лентах. Не всех, но половину наших ополченцев вооружим до зубов. Для второй половины работа и без ружей найдется. Одно «но»…

— Что не так?

— Это оружие запрещено мировым договором. Все, что связано с Чистой Кровью, объявлено вне закона.

— Сегодня будем думать о защите Инакавы, а завтра о переговорах с теми, кто может испугаться теней кровавого прошлого. Начинайте вооружение и инструктаж наших солдат, Томео-сама! Успеете обучить людей?

— Не беспокойтесь, господин, обучим! Здесь в ящиках подробные инструкции для новобранцев, — Томео сиял. — Вот подарок так подарок! Обычные крестьяне и горожане с такими трубками в руках элитных мечников правящих домов сотнями били! С шиноби у них только проблемы возникали, но против шиноби у нас достаточно самураев. Ох, не ожидает дайме Камней, какой сюрприз его солдатам мы преподнесем! Шквал бронебойных пуль со стен — это достойное приветствие для славных завоевателей мира!

Кано, торжествующе улыбаясь, кивнул. В одно мгновение боевая мощь Инакавы была увеличена в два, если не в три, раза.

Земля задрожала, когда броневые листы начали подниматься из земли, смыкаясь на центральной башне и превращая замок Единства Культуры в четырехгранную пирамиду из камня и металла. Надстройки убирались, окна закрывали стальные заслонки. Излучение от волн Ци, исполняющих титаническую работу, заставляло холодный воздух трепетать, словно при сильной жаре.

Коидэ Гин стояла у главного входа в замок и смотрела, как прорывшие ниже по склону тоннель прямиком к древнему складу самураи и ополчение Инакавы вытаскивают на свет солнца ящики со знаками «Чистой Крови». Транспортировка оружия в заводские цехи для спешного ремонта шла полным ходом.

— Судя по всему, твоя миссия завершилась успехом, Кагеру? — осведомилась она у куноичи, что отделилась от группки праздных зевак из Единства Культуры и подошла к своей госпоже.

— Да, Гин-сама. Оружие, боеприпасы и напалм в хорошем состоянии. Не могу ничего сказать насчет пластида, химики Водопадов должны сами принять решение, возможно ли его применение в бою. Даже если признают взрывчатку негодной, это ни на что не повлияет. Пластида у Инакавы достаточно и без найденных сейчас запасов. Серебряный воин-дракон, получив отчет от боевой группы дзенина Бенджиро, тайно прислал наместнику Томео четыре вагона «Гремучей глины» и просьбу не жалеть ее для самураев Северной Империи.

— Соури Бенджиро?

— Да, госпожа. Воин-дракон селения Ветра стал серьезнее относиться к восстанию в стране Водопадов после его доклада. Слова воина-дракона слушают генералы и дайме. Наши люди в окружении правителя Песков сообщают, что глава страны открыто называл появление Кицунэ знаком гнева богов против Северной Империи, погубившей многие миллионы жизней в захваченных странах. Полагаю, Пески, призвав свои последние резервы, готовят атаку на южные области империи.

— Но когда они вступят в бой? И много ли у них сил?

— Боюсь, моя госпожа, что ничего утешительного сказать вам не могу. Аналитики уверены, что гарнизонам крепостей страны Камней на границах пустыни будет по силам отбросить армию Песков. Надежды пустынников тщетны. Как и Инакава, они могут надеяться только на волшебство и помощь богов.

— Которые в это мир не заглядывали столь долго, что отчаявшиеся люди готовы уже называть богиней маленького демона.

— Демона? Вы о леди Кицунэ, госпожа?

— Да, — хранительница подняла руку и посмотрела на свои тонкие пальцы, вздрагивающие от мелкой нервной дрожи. — Принимая на хранение или покупая вещи у населения, я проверяю ауру предмета. Отпечатки человеческих чувств, следы Ци, могут быть целебны или разрушительны. Картина, которую художник и сотни зрителей из века в век наполняли любовью и восхищением, и ожерелье с драгоценными камнями, ради обладания которым люди травили, душили и резали друг друга… они столь же различны по своей энергетике, как различны в пользе для организма сахар и мышьяк. Я чувствую это… и, коснувшись сегодня леди Кицунэ, я почувствовала… очень сильный отрицательный заряд. Она родилась во тьме, среди страшнейших монстров нашего мира, и воспитанием ее занимался демон, надеявшийся превратить это дитя в себе подобное чудовище. Он потерял свою воспитанницу, но, даже оказавшись в нашем мире, Кицунэ не избавилась от темных эмоций. Не знаю, кого я надеялась увидеть, коснувшись ее энергии Ци. Бездумную глупыху-оптимистку… добродетельную и самоотверженную идеалистку… но Кицунэ не такая. Это обычный ребенок. Маленький ребенок, который хочет быть любимым и весело играть на радость окружающим ее людям, но вокруг всегда есть те, кто мешает. Бьет, мучает, льет кровь, ранит, убивает. Кицунэ злится. Очень сильно злится и поддается терзающему ее страху. Мир людей вовсе не так светел и гостеприимен, как ей показалось изначально. Старания ее хозяина не пропали даром. Клубок тьмы в душе Кицунэ, пульсируя, растет. — Гин закрыла глаза и печально вздохнула. — После ухода из особняка Акизуки я хотела встретиться с принцем Кано и просить его… не позволять Кицунэ сражаться. Если она вступит в бой сейчас, то не справится со скрытой в ее душе демонической сущностью и начнет убивать. Убивающий ребенок, которому по психологическому развитию нет еще даже семи лет… обезумевший и покрытый кровью маленький демон. Скажи мне, Кагеру, что может быть ужаснее и печальнее? В кого превратится она, наша маленькая богиня? В вершителя правосудия, рвущего и режущего всех, кто мешает становлению ее идеального мира? В забившегося в дальний угол сумасшедшего, дрожащего от любого шороха? Богиня бы выдержала бой, что предстоит Инакаве. Исцеляя раненых, поддерживая их улыбкой и любовью, она подарила бы победу своим союзникам, не запятнав себя. Но у Кицунэ нет божественных сил. У нее есть только клыки и когти демонов. То, что она получила при рождении.