История Консульства и Империи. Книга II. Империя. Том 2 - Луи Адольф Тьер

терпению и выносливости на марше. Пехоту он решил направить двумя горными дорогами, выводящими к Саламанке: дорогой из Коимбры в Альмейду и дорогой из Абрантеса в Алькантару, а артиллерию и кавалерию – по равнине, из Лиссабона в Элваш, из Элваша в Бадахос, из Бадахоса в Талаверу, из Талаверы в Вальядолид. Он льстил себя надеждой воссоединить пехоту с кавалерией в центре Старой Кастилии в течение октября. Корпус Дэвида Бэрда, обладавший более многочисленной кавалерией, должен был высадиться в Ла-Корунье, передвинуться в Асторгу и присоединиться к главной армии. Приняв такой план, Джон Мур в конце сентября пустился в путь, а Дэвид Бэрд, отплыв от берегов Англии, взял курс на Ла-Корунью.

Однако когда корпус Бэрда прибыл в Ла-Корунью, его не впустили в порт. Пришлось писать в Мадрид, чтобы получить на высадку войск разрешение, которое было в конце концов предоставлено по настоянию Стюарта и лорда Уильяма Бентинка.

Пока англичане добивались высадки войск, пока испанские генералы, интригуя с хунтой или против нее и соперничая друг с другом, мешали исполнению принятого плана, перехваченное письмо Главного штаба французов возвестило им, что в октябре-ноябре в Испанию прибудет стотысячное подкрепление и что, тратя время на смуты, они упускают случай настичь французскую армию такой, какой они себе ее представляли, – изнуренной, поредевшей и ослабевшей после Байлена.

Следовало не терять более времени, однако его потеряли уже достаточно и достигли готовности к серьезным действиям лишь к концу октября. Генерал Блейк, хоть и не объединил еще все свои силы, выступил первым. Пройдя у подножия гор Астурии, он пересек их в Эспиносе и произвел ряд отвлекающих маневров в направлении Бильбао. Кастильцы под водительством Пиньятелли держались берегов Эбро в окрестностях Логроньо. Мурсийцы и валенсийцы под командованием Льямаса и обе дивизии Андалусии растянулись вдоль реки, от Толосы до Калаорры и Альфаро. Арагонцы и валенсийцы Палафокса, выдвинувшиеся за Эбро и следовавшие вдоль реки Арагон, расположили свою штаб-квартиру в Капарросо.

По плану Кастаньосу и Палафоксу нужно было договориться о соединении сил на крайнем левом фланге французов, у Памплоны. Однако договориться им было непросто, ибо каждый хотел стянуть все силы в свою сторону. Кастаньос опасался оголять Эбро, Палафокс желал увеличить собственное войско, чтобы быть в состоянии вторгнуться в Наварру. Наконец, выдвинувшись вперед, они перешли Эбро и Арагон и заняли позиции у Логроньо с одной стороны и у Лерина с другой.

Но было уже слишком поздно. Хотя Наполеон и запретил всякие операции до его прибытия, Жозеф, не выдержав, решил дать испанцам отпор. Маршалы Ней и Монсей получили приказ отбить линию Эбро и Арагона. Ней выдвинулся на Логроньо 25 октября и, захватив городок штыковой атакой, прогнал кастильцев Пиньятелли. Он даже перешел Эбро и вынудил повстанцев отступить к Нальде, к подножию гор. Маршал Монсей послал на Лерин генералов Ватье и Матье с 44-м линейным и Вислинским полками. Они поначалу оттеснили испанцев в город, а затем, изолировав их от всякой помощи, взяли в плен количестве тысячи человек.

В это самое время прибывали 1-й корпус Виктора, 4-й корпус Лефевра и 6-й корпус, назначавшийся Нею и включавший дивизии Биссона и Маршана, с которыми он так отличился во всех странах.

Едва успев провести смотр прекрасной дивизии Себастиани из корпуса Лефевра, Жозеф позабыл предписания брата и направил ее на свой правый фланг в долину Бискайи, дабы, встревожившись донесениями о появлении генерала Блейка в Бильбао, сдержать его. Для лучшего охранения своих тылов он послал на Дуранго дивизию Виллата, одну из дивизий маршала Виктора. Наконец, когда в Байонне показалась голова 6-го корпуса, Жозеф поспешил направить на Памплону дивизию Биссона, дабы обезопасить свой левый фланг.

Эти несвоевременные диспозиции привели к новому непредвиденному столкновению справа, между генералом Блейком и маршалом Лефевром. Блейк, перейдя горы Астурии в Эспиносе и заняв Бильбао, выдвинулся на высоты напротив Дуранго. Не присоединив еще дивизии Ла Романы, он находился там с 20–22 тысячами человек линейных войск вперемешку с крестьянами и студентами. Позади себя на правом фланге он оставил в прилегающих долинах около 15 тысяч человек для охраны выходов на равнины Витории, через которые могли проникнуть французские колонны.

Выйдя на корпус маршала Лефевра неподалеку от Дуранго и оказавшись, таким образом, перед целью, которую он должен был поразить, чтобы обойти французскую армию, Блейк вдруг заколебался, как колеблются в решающую минуту, когда берутся за непосильное дело.

Его более дерзкие, в силу невежества, солдаты выказывали уверенность, которой не имел он сам, и с высоты позиции испускали крики, оскорбляли французские войска, угрожали им жестами. Доведенное до предела нетерпение французов, не привыкших сносить оскорбления неприятеля, возбудило нетерпение старого Лефевра, который был не прочь хорошенько ударить по испанской армии до приезда Наполеона. С маршалом была дивизия Себастиани в составе шести тысяч человек; дивизия Леваля в семь тысяч гессенцев, баденцев и голландцев и, наконец, дивизия Виллата из четырех старых полков численностью около восьми тысяч человек, лучших во французской армии. Этого было более чем достаточно, чтобы сокрушить испанскую армию, хотя часть людей, вследствие долгого перехода, еще не подошла.

Испанцы стояли перед Дуранго на линии высот, правый фланг которых, имевший меньшую опору, мог быть обойден. Лефевр поместил в центр своей линии дивизию Себастиани, а на крыльях – германцев вперемешку с дивизией Виллата, чтобы показать им пример. Он приказал начинать атаку на левом фланге, дабы обойти более слабый правый фланг испанцев. Утром 31 октября, в густом тумане, генерал Виллат с 94-м и 95-м линейными полками и частью германцев с такой мощью атаковал позицию, что захваченные врасплох испанцы едва устояли. Хотя французам приходилось преодолевать на участке множество препятствий, они теснили испанцев от позиции к позиции, вглубь долины. Огонь, зажженный генералом Виллатом, послужил сигналом центру и правому флангу, которые атаковали с не меньшей силой. Град снарядов, пущенных через туман, уже весьма сильно поколебал испанцев. Последовавшая затем атака столь стремительно потеснила их на обратную сторону занимаемых высот, что французские солдаты едва за ними поспевали. Манера испанцев сражаться состояла в том, чтобы, обстреляв двигавшиеся колонны французов, броситься затем врассыпную вглубь долин. На равнине кавалерия порубила бы их тысячами, но пехота в обрывистых горах могла только стрелять в беглецов, целясь при этом куда более метко, чем целились сами беглецы. Испанцы потеряли убитыми и ранеными 1500–1800 человек, потери французов составили около 200 человек.

Закрепляя победу, маршал Лефевр вступил на следующий день в Бильбао, где испанцы и не пытались удержаться, и захватил там некоторое количество раненых испанских солдат и множество снаряжения, присланного англичанами. Продвинувшись затем до Вальмаседы, Лефевр не решился