Первый контакт - Мюррей Лейнстер

— Я… я пойду поговорю с ним, — неожиданно сказала Люси Блейр. — Он… хорошо ко мне относился во время занятий. А сейчас… у него, наверное, очень болит рука. Он обжегся.

Девушка отошла от костра, но тут же перед ней возникла длинная тень и раздался резкий голос Минотта:

— Возвращайся! Здесь кто-то появился!

Почти сразу же Минотт начал стрелять. Послышался вопль. Потом еще несколько выстрелов. Наконец звук падения и топот бегущих ног.

Минотт вернулся к костру и презрительно бросил:

— Ты оказался не слишком хорошим командиром, Блейк. Забыл о часовом. А ведь ты сам недавно упоминал о каких-то голосах! Конечно, это были индейцы. Впрочем, они убежали.

— Профессор… — неуверенно начала Люси Блейр, — могу ли я что-нибудь сделать с вашей рукой? Она обожжена…

— А что ты можешь сделать? — сердито спросил он.

— У нас есть жир. Индейцы смазывают раны медвежьим жиром. Наверное, олений тоже подойдет.

Минотт позволил перевязать себе руку, хотя ожог оказался не таким уж серьезным. Люси попросила у других девушек платочки, чтобы повязка получилась понадежнее. Настроение вокруг костра изменилось. Теперь это был уже не отряд искателей приключений, готовых к любым осложнениям. Ведь все начиналось как загородная прогулка для выпускников колледжа.

Минотт хмурился, пока Люси Блейр перевязывала ему руку. Харрис выглядел ужасно смущенным, ведь именно его стараниями на профессорской руке появился ожог. Берта Кеттерлинг продолжала плакать, но уже не так страстно — никто не обращал на нее внимания. Блейк задумчиво смотрел в огонь. Мэйда Хайнс изо всех сил делала вид, будто не понимает, что стала причиной ссоры, — хотя никто ничего не сказал.

Лошади тревожно фыркали. Берта Кеттерлинг по-прежнему всхлипывала. Мэйда почувствовала, что у нее начинает щипать глаза. Она первой заметила, что пожар, который начался из-за вылившегося топлива, перекинулся на деревья. Ее тревожный крик разбудил остальных.

Самолет разбился в миле от лагеря. Взрыв был ярким, но потом пламя почти погасло. Крылья и обшивка сгорели довольно быстро, огонь едва теплился. Однако теперь он разгорелся с новой силой.

Все было спокойно, пока он не начал распространяться по густому подлеску. Потом по высохшей коре огонь дошел до сухих веток. К тому же дул легкий ветерок… Когда Мэйда подняла голову, чтобы найти источник дыма, разъедавшего глаза, одна сосна уже яростно пылала, по земле стлалось яркое пламя, а потом у нее на глазах загорелись еще два, три дерева — и вот уже дюжина мощных столбов огня и дыма поднималась к небу.

Лошади испуганно ржали.

— Харрис! Харрис! — скомандовал Минотт. — Приведи лошадей! Хантер, помоги девушкам сесть в седла!

Он демонстративно не отдавал приказов Блейку. Он продолжал внимательно изучать карту, а лесной пожар тем временем разгорался все сильнее. Наконец профессор сложил ее и засунул себе в карман. Блейк хладнокровно вытащил из огня кусок оленины, а когда Минотт вскочил в седло, тот уже занял место рядом с Мэйдой Хайнс.

— Мы поедем парами, — коротко бросил Минотт. — Мужчина рядом с женщиной. Парни, присматривайте за девушками. У меня есть фонарик, поэтому я поеду первым. Рано или поздно мы окажемся возле реки Раппаханнок, если, конечно, огонь нас не опередит.

Когда они взобрались на вершину небольшого холма, стало ясно, какая серьезная опасность им угрожает. Пожар продвинулся вперед примерно на полмили, охватив при этом приличную территорию. Справа он бушевал в густых зарослях. Огонь там перемещался особенно быстро, казалось, он летит на крыльях ветра. Слева пожар распространялся медленнее, но столб пламени был заметно выше.

И тут, словно в насмешку, поднялся сильный ветер. Во все стороны полетели искры, пепел и горящие угольки. Берта Кеттерлинг громко вскрикнула, когда один из них обжег ей щеку. Лошадь Харриса отчаянно заржала и едва не встала на дыбы. Через мгновение маленький отряд уже галопом мчался прочь. Вокруг теснились темные силуэты деревьев. Белый луч фонаря казался нелепым на фоне пылающего леса, но помогал им не сбиться с тропы.

Нечто большое и темное неуклюже заползло между статуей Грейди [15] и зданием почты. Фонари осветили его, и стало ясно, что такому существу не следовало бы разгуливать по улицам Атланты, штат Джорджия, в любое время дня и даже ночи. Шофер такси увидел его и едва не оторвал руль, разворачивая машину с намерением убраться прочь. Когда существо заметил полицейский, он сильно побледнел и тут же схватился за рацию, чтобы доложить о происшествии в участок. Однако в тот день случилось уже столько необычных событий, что он не усомнился в собственном рассудке; к тому же «Джорнал» напечатал множество невероятных историй — и у полицейского были все основания верить своим глазам.

Огромное отвратительное существо было похоже на рептилию, только восьмидесяти футов в длину, из которых по меньшей мере пятьдесят приходилось на голову и хвост и лишь остальное — на дряблое тело. Чудовище весило двадцать пять или тридцать тонн, но его голова была лишь немногим больше, чем у крупной лошади. Она тупо раскачивалась из стороны в сторону. Зверь явно был озадачен. Он опустил лапу на мостовую, и из раздавленной водопроводной магистрали мощной струей брызнула вода. Рептилия этого даже не заметила. Она медленно перемещалась вперед, испуская влажный запах плесени.

Воздух наполнился воем сирен полицейских и пожарных машин. Появилась «скорая помощь» — и на нее тут же обрушился удар мощного хвоста. Автомобиль накренился и перевернулся.

Диковинная тварь издала жалобный вопль, не обращая внимания на разрушения, причиненные ее хвостом. Вопль напоминал мычание, только усиленное в тысячи раз. Чудовище непрерывно вертело головой, вероятно решив, что попало в ловушку между высокими зданиями, но оно было слишком глупым, чтобы найти дорогу обратно.

Издалека донесся рев — как раз в тот момент, когда полицейские и пожарные машины подъехали к чудовищу. Появились еще два существа, уступающих первому в размерах, но с такими же огромными телами и крошечными головками. Одно из них наткнулось на пожарную машину, перевернув ее, но не удержало равновесия, упало и испустило жалобный вопль.

И тут какой-то глупец начал стрелять. К нему присоединились другие. Одна за другой пули входили в дряблую плоть рептилий. Застрочили полицейские пулеметы. За ними стояли очень отважные люди, которые не могли не отметить непроходимую тупость существ, выбравшихся из огромного болота, которое появилось на месте парка Инмэна.

Пули обжигали, вызывали боль. Рептилии мычали и пытались спастись. Самая крупная из них решила забраться на пятиэтажное здание — оно, естественно, рухнуло.