Хроника - Саксон Анналист

Итак, обсудив множество волнующих отечество проблем, король вторично прибыл в западные земли и укротил уздой мудрости непостоянные души их жителей.c

bВ этом году 30 июля, в понедельник, в 26-ю луну выпал огромный и страшный град. Сильный ветер внезапным порывом опрокинул очень многие здания и принес множество других бед.

Умер Эзико, священник и отшельник. Адела, отшельница в Риме, также отошла ко Христу.b

dB этом году король провел в городе Майнце совещание, в котором приняли участие Дитрих, епископ Меца, и герцог Генрих, брат королевы. Не сумев дать соответствующий их желаниям ответ, они в гневе вернулись, заключив лишь временное перемирие. Когда Хеймо13, епископ Вердена, и герцог Дитрих14, следовали за ними, не ожидая ничего дурного, те внезапно напали на них из засады; немногие бежали вместе с епископом, но огромное множество мужей было убито. Герцог Дитрих был тяжело ранен и, будучи их другом, уведен в плен, в котором находился много дней. После этого, дав заложников, он был освобожден, не потеряв из-за этого королевской милости.d

eВ этом году между воинами Балдрика, епископа Льежа, и Ламберта, графа Лувена, произошла битва у селения под названием Хугард; Ламберт одержал победу, а епископ, когда множество его людей было или взято в плен, или убито, был крайне расстроен столь тяжким несчастьем.e

bВ этом году зима была необычно суровой, длинной и холодной, так что лед очень долго лежал не растаявшим от солнечного зноя, а тела многих людей не могли вернуть свою силу.

Свитгер, почтенный епископ Мюнстера, занимая должность в течение 16 лет и достигнув всякого рода достоинств, был поражен тяжким недугом и умер во Христе 18 ноября.b

A.1012

1012 г. aРождество Господне король радостно и торжественно отпраздновал в Пёльде.a

Папа Бенедикт1, восьмой этого имени, пребывал в должности 12 лет. bПри избрании его предпочли Григорию2. Из-за этого он лично во всем папском облачении пришел к королю на Рождество Господне в Пёльде и, рыдая, поведал всем о своем изгнании. Король принял его крест под свою защиту и, приказав воздерживаться от прочего, обещал добросовестно уладить это дело согласно римским обычаям, когда сам придет туда.b aПосле этого он посетил любимый им Мерзебург и, утвердив там на 5 лет земский мир, приказал, следуя совету немногих, отстроить и укрепить город Лебусу3; многие предсказывали ему будущее несчастье; вскоре стало ясно, что предсказание не было ложью. Итак, отправленные королем люди пришли туда в конце января, провели там очищение св. Марии4, за 14 дней исполнили порученные работы и, укрепив город гарнизоном, вернулись домой. К северу от [Лебусы] расположен еще один город, который отделен от названного одной только долиной. В нем - 12 ворот. Всякий, кто внимательно его осмотрит, восхитится творением Юлия Цезаря и великим строением римлян. Он мог вместить в себя более 10 тысяч человек. А та малая [крепость], которую тогда построили, со времен Генриха I и до сих пор остается пустой.

По окончании строительства соборной церкви в городе Бамберге, 6 мая, в день, когда королю исполнилось уже 35 лет5, вся знать собралась там для ее освящения, и эта невеста Христова была освящена рукой Иоанна6, патриарха Аквилейского, и других 36 епископов; она была украшена во всех отношениях, как того требовало величие короля. После этого там состоялся великий собор, на котором Гебхард, епископ Регенсбурга, был обвинен своим архиепископом7, а король отчитал Дитриха, епископа Меца, за то, что тот несправедливо обвинял его в своем письме папе. Все это, а также многое другое завершилось мудрым компромиссом.

Король, уладив все дела во Франконии, Троицу8 праздновал в Мерзебурге. Утром этого дня архиепископу Тагино стало худо и он не мог служить мессу. Тогда Титмар, епископ этого города, получил приказ исполнить за него эту обязанность. На следующий день архиепископу стало чуть лучше; однако, зайдя к королю, он так разволновался, что потерял возможность делать что-либо самостоятельно, так ему стало плохо. Когда к нему пришли аббат Зигфрид, брат епископа Титмара, и Эрик, епископ Гавельберга, он исповедался им в своих грехах; уже собираясь уйти из этого мира, он был внесен на своем кресле в комнату короля и обратился к спящему королю со словами: «О, государь мой, пусть Всемогущий Бог воздаст тебе достойную благодарность за все те милости, которыми ты наполнял и скрашивал до сих пор мое изгнание». Затем, придя в церковь, он слушал мессу, благословляя присутствовавших. Оттуда его внесли в лодку и доставили в Гибихенштейн. Там он отдыхал в субботу; а в воскресенье прибыл на лодке в свой город под названием Ротенбург9. В понедельник, в самом пути, уже почти потеряв сознание, он вызвал к себе приора Вальтарда и, вверив себя и своих его верности, 9 июня, радуясь, отошел ко Христу, которого всегда любил. Братия со слезами начала молитву, а рыцарь Бодо был отправлен к королю, чтобы сообщить о случившемся. Тело [архиепископа] в тот же день было доставлено во Фрозе; там его обрядили в священнические одежды, доставили к его престолу и приняли в великой печали.

Король, услышав о смерти архиепископа, отправил к братии Эрика, епископа Гавельберга, предложив им не проводить выборы, но лишь выработать общую позицию и объявить ему. Те же, дабы не потерять то, что они получили от предшественников короля, единодушно, при участии епископов Эйда, Виго, Эрика и Титмара избрали приора Вальтарда и отправили к королю Рединга; стража этой церкви, чтобы тот, помня о Господе и старинных обещаниях, согласился утешить осиротевшую челядь св. Маврикия столь славным отцом.

А благословенное тело архиепископа с песнями и рыданиями было доставлено к месту погребения и захоронено в западной части хоры, [перед криптой], которую он сам соорудил и освятил, и перед алтарем которой, пока был жив, просил себя похоронить; часто со слезами он там молился. Вальтард, ради спасения души своего любимого господина, позаботился об этом месте - ибо оно не было освящено - так, что это бросалось в глаза всем входящим сюда.

Этот архиепископ был человеком удивительной любви, справедливым и богобоязненным, щедрым и верным, целомудренным и кротким, мудрым и постоянным; по одеянию - каноник, но всем своим образом жизни - монах. Сурово порицая во всех пороки, ради их исправления, он одновременно хвалил добродетели. У современников не было другого пастыря, который был бы более приветлив к своей братии, чем он; ибо он любил ее и хвалил перед народом, королями и князьями. В первый год своего пребывания в должности он начал строить храм Господу. Расходы на одежду священникам и дьяконам он увеличил на 8 шекелей, иподьяконам же и мальчикам для хора - на 4. Если ему не мешала болезнь, он ежедневно служил мессу и читал псалтырь. И, поскольку из-за своей немощи не мог соблюдать пост, искупал это большим количеством милостыни. В ночных бдениях он трудился сверх меры.

Он предпочитал людей знатного рода и образа жизни, а незнатных, хоть и не презирал, но не водил с ними дружбу. Заботясь обо всем, вверенном ему Богом, он всячески старался это приумножить; перед совершением богослужения он был серьезен, после же свершения - радостно всем улыбался и часто пел со своими людьми «кирие элейсон». Он приобрел для своей церкви города Арнебург, Фрозе и Преттин10, а также двор, принадлежавший графу Эзико. Он собрал также превосходное и роскошное епископское облачение. [Тагино] пребывал в должности 8 лет, 4 месяца и 8 дней. В тот же день умер Унгер, епископ Познанский, в 30-й год своего пребывания в должности.

Рединг, придя к королю, смиренно изложил перед ним свое посольство и -пусть с трудом, но добившись желаемого - вызвал через посла Вальтарда. Тот в это время был занят похоронами своего любимого господина, уже издержав 20 талантов, не считая расходов на питание. Итак, выступив в сопровождении Титмара, епископа Мерзебургского, и прочих братьев из Магдебурга, он в субботу прибыл в Гроне; сразу же явившись к королю, они были милостиво приняты и после краткой беседы с королем получили разрешение идти на постоялый двор. Ибо они гостили тогда за пределами города, возле рощи, [где ныне стоит] церковь св. Александра. Следующим днем было Воскресенье и праздник св. мученика Вита. Тогда, прослушав мессу, они были вызваны к королю, но впустили одного только Вальтарда; его беседа с королем длилась до третьего часа.