Гостья из другого мира. Наследница - Натали Палей

У неё был пунктик. Маленький такой, но существенный. Девственность она подарит только любимому мужчине. А от поцелуя этого русфийца почему-то все трезвые мысли исчезали. Значит, он опасен.

Почему раньше она так на него не реагировала?

Потому что раньше она практически ненавидела наглого русфийца. А теперь...

Лучше об этом не задумываться. Они просто попутчики. В одном небольшом путешествии, после которого она вернётся домой.

И никаких свободных отношений!

Размечтался.

Глава 68

Мирук был на себя зол. Какого демона он вытворяет? Словно мальчишка залез в комнату к девушке, которая легла отдыхать. Ведь идиоту понятно, что она могла быть раздета полностью или частично.

Потом полез целоваться.

Или хватит обманывать самого себя? Ведь он как раз и надеялся увидеть Олю не такой строгой и... не слишком одетой.

Длинные точеные ноги до сих пор стояли перед глазами.

А когда увидел стройное соблазнительное тело, его словно магией какой притянуло к ней. Он и очнулся от наваждения только, когда к стене отлетел.

Пора уже признаться, что девушка, бывшая его женой так недолго, ему нравится. Не просто нравится, а он постоянно думает о ней, она снится ему. Он практически бредит ею. Поэтому и путешествие это нелепое предложил. В надежде... на что-то.

На что?

Мирук подошёл к зеркалу. С помощью магии сделал мутное стекло чётким. Он давно привык к своему изуродованному лицу, которое из-за его природного обаяния никогда не мешало ему охмурять девушек, но сейчас впервые сожалел о своей непривлекательной внешности. Раньше Оля прямо в лицо заявляла ему, что он далеко не красавец и ей не нравится.

Сможет ли он понравиться иномирянке с таким-то уродливым шрамом?

Перед мысленном взором встала хрупкая фигурка на белоснежной постели, огромные глаза, полные страха и изумления и приоткрытый от удивления рот. Эти губы... он, взрослый мужчина, не смог сдержаться.

Оля, конечно, сильно разозлилась, но зато теперь он уверен, что его поцелуи не оставляют бывшую жену равнодушной. А ещё... им будет точно хорошо вместе. Очень хорошо. Когда он добьётся её.

Вот только... для чего он хочет соблазнить Оливию Дарвиг? Поиграть? Потешить своё эго?

Она ему, бесспорно, безумно нравилась, но то, что он в неё влюблён, Мирук пока не допускал.

В своих сумбурных мыслях и чувствах маг пока не мог разобраться. Только одно он знал четко: иномирянка ему нужна, без неё последние месяцы жизни казались тусклыми и пустыми. Не то, чтобы он подыхал, но тоска понемногу грызла изнутри и не давала нормально жить.

Именно поэтому он и пригласил её путешествовать, впрочем, не надеясь на согласие, а когда оно прозвучало, ему стоило огромных усилий, чтобы не показать свою радость.

Мирук очень надеялся, что не влюбился, а просто хочет получить ту, что безумно привлекала его во время короткого брака и совершенно неожиданно ускользнула из-под его власти и внимания.

Он усмехнулся. Иномирянка наивная. Неужели думала, что взрослый молодой мужчина не попытается при первой же возможности перевести их отношения в горизонтальную плоскость?

Или... девушка действительно не рассматривала его как мужчину? А просто как удобного попутчика, с которым безопасно путешествовать?

Вполне возможно, поскольку и ранее она не выказывала ему никакой женской симпатии.

Если так, то Мирук включит все своё мужское обаяние для того, чтобы соблазнить бывшую жену. Может быть тогда эта иномирная демоница перестанет ему сниться?

***Они пошли на праздник, и в итоге иномирянка не пожалела. Ни капли. Где и когда в своём двадцать первом веке она смогла бы поучаствовать в подобном празднике?

Они танцевали на городской площади, смотрели представления уличных артистов, среди которых были и маги, устраивающие совершенно невероятные иллюзионные шоу; пили потрясающее вино, по вкусу не сравнимое с тем, что она пила на родной Земле; они ели что-то невероятно вкусное и сладкое, похожее на воздушное земное безе; слушали сказки уличных рассказчиков.

Мирук, как и обещал, больше руки не распускал, и всю ночь вёл себя идеально, выступая в роли ее рыцаря.

В гостиницу они вернулись под утро, очень довольные и друг другом, и самим праздником.

— Спасибо, что ты всё-таки вытащил меня! — искренне поблагодарила девушка на прощание. — Спасибо, что вёл себя как джентльмен!

— Как кто? — удивился русфиец, с улыбкой разглядывая счастливое и уставшее лицо Оли.

— Ну, в общем, спасибо, что сдержал обещание и больше ко мне не приставал, — уточнила девушка.

— На здоровье, — хмыкнул Мирук, прищуриваясь. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Но ночь для обоих стала совсем неспокойной. Оля думала, что как только её голова коснётся подушки, она вырубится, но не тут-то было.

Перед мысленным взором то и дело постоянно мелькали картинки прошедшего вечера, и на многих, к её удивлению и досаде, присутствовал наследник Русфии.

Хотя, чему она удивляется? Они же весь вечер были вместе.

Только...

Да, были. Но почему она вспоминает не тот момент, когда Мирук угостил её воздушным безе, а именно его глаза, с восхищением наблюдавшие, как она радуется лакомству? И этот его прищур... очень ей нравился. Хотя, нет, глупости она думает.

И почему она вспоминает не сам танец, который они танцевали за руки, а то тепло и чувство защищённости, которые она чувствовала от сильных пальцев бывшего мужа?

А его смех? Не насмешливый и ехидный, а искренний и веселый, который отзывался приятным теплом в груди.

Оля злилась на саму себя. Да что с ней такое?! Своим поцелуем этот наглый русфиец разбудил в ней что-то совершенно непонятное, незнакомое.

И нечего выдумывать, что у него какой-то особенный смех. Самый обычный смех.

Нет, не как у всех. Совершенно дурацкий.

И нотки эти хриплые не волновали, не вызывали внутри тепло, а раздражали.

Да, именно! Раздражали!

— Это всё иномирное вино, — Оля уткнулась лицом в подушку. — Я вообще не хочу о нём думать, — пробормотала она в неё. — Мне он не нравится. Он некрасивый. Наглый. Очень самоуверенный. Делает, что хочет. Залезает без спроса в комнату, вытаскивает меня без моего желания развлекаться. Я ненавижу таких мужчин. И смеётся он как дурак. У него ужасный смех.

Оля засыпала с очень возмущённым выражением на лице.

Она вдруг подумала, что хотела бы ещё поцеловаться с Мируком. Но у неё есть гордость, потому что она не девочка на пару ночей. Поэтому обойдётся без поцелуев и спать с ним тоже не собирается.

Больше она не станет