Гостья из другого мира. Наследница - Натали Палей

не отдавая одеяло, которое Оля стала нервно выдёргивать из его крепкого захвата. — Был бы «совсем уже», если б не спросил. Ты очень привлекательная и мы, вроде как, не совсем чужие.

Не совсем чужие?! Он имеет в виду, что они бывшие муж и жена? Так у них и брака как такового не было.

А дальше произошло всё слишком неожиданно и стремительно. Мужское колено на кровати, уверенная ладонь на затылке и обжигающий поцелуй в губы.

Страстный. Умелый. Долгий. Нежный.

Оля растерялась, замерла в мужских руках, а потом жаркая волна неожиданно захлестнула и её. Она судорожно вцепилась в тонкую ткань рубашки на широких плечах, хотя должна была оттолкнуть того, кто целовал без спроса.

Поцелуй стал более глубоким, голова пошла кругом, а она всё ещё не отталкивала наглеца, позволяя себя целовать, не в силах пошевелиться от гаммы неожиданно захвативших чувств.

А потом девушка почувствовала уверенную мужскую ладонь на бедре и выше... Её жадно прижали теснее к мощной груди, к твёрдому телу.

В следующее мгновение Мирук Оринский отлетел к стене, пришпиленный к ней многочисленными лианами.

Оля гневно смотрела на него, губы горели от поцелуя, кожа от прикосновений, а сама она от стыда. А ещё дрожала то ли от гнева, то ли от охватившего смятения, то ли... от разочарования, что не позволила... хотя очень захотелось.

Она испугалась. Ведь совершенно отчетливо поняла — поцелуй ей очень понравился, а вот хозяин поцелуя своей наглостью и самоуверенностью взбесил. И испугал.

Кончики пальцев нестерпимо закололи: магия разбушевалась, и очень захотелось выпустить стрелы в ухмыляющегося нахала.

— Ты... ты... — она не находила слов, чтобы выразить возмущение.

— Что? Только не говори, что тебе не понравилось. И я не нарушил своё обещание, не нужно так сверкать на меня своими красивыми глазками. Я обещал, что не причиню тебе вред. Разве причинил, и тебе сейчас плохо?

Мирук прищурился и пристально смотрел на неё. Уже без тени улыбки на лице. Внимательно и серьезно.

Оля вспыхнула.

— Как я могла поверить тебе! Ты воспользовался ситуацией! В первый же день!

Мирук вскинул светлые брови, пожал под лианами мощными плечами.

— Ты всегда привлекала меня, с нашей самой первой встречи, чего я никогда не скрывал, — русфиец легко освободился от лиан нернессы, будто от ниток, и теперь стоял в двух шагах от девушки. — И сейчас я решил, что может быть ты тоже уже не против совместить одно с другим... — его взгляд стал очень красноречивым. — Ты же согласилась поехать со мной. Вдвоём... Я буду нежным.

У Оли пересохло во рту. В глазах отразился испуг.

— Нет! — хрипло заявила девушка.

— Уверена? — в голосе мужчины явно послышалось разочарование. — Мне показалось...

— Против! — процедила иномирянка.

— Когда женщина говорит одно, она часто подразумевает другое, — усмехнулся русфиец, уже чувствуя поражение.

— Моё «нет» означает «нет»!

— Как скажешь. Не злись, хорошо? Было бы странно, если б я не узнал твоего мнения, согласна? Ты же всё время кричишь «моё мнение»! — он с искренним сожалением смотрел на неё. — Я нормальный мужчина, ты — привлекательная девушка. Мы оба взрослые люди, собираемся вместе путешествовать. Было бы замечательно, если бы мы...

Взгляд серых глаз землянки на глазах озадаченного мужчины стал становиться темнее и злее.

— Ну нет так нет. Не знаешь, от чего отказываешься.

Некоторое время Оля молчала, прожигая нахала яростным взглядом, а потом вдруг подумала...

А на кого она, собственно, злится?! Здесь нужно злиться только на себя. Поехала за тридевять земель со взрослым мужчиной, который и раньше выказывал ей свой мужской интерес, и думала, что он не предпримет попытки затащить её в постель?

Наивная.

Хотя нет.

Наивная идиотка.

— Я раньше думала, что ты из-за браслета проявляешь ко мне... — нервно пробормотала Оля.

— Нет, — Мирук засунул большие пальцы рук в карманы и лениво перекатывался с пятки на носок. — Из-за тебя самой.

— То есть ты с самого начала, когда предложил это путешествие...

— Я предполагал, надеялся и верил, — открыто ухмыльнулся русфиец, пожал широкими плечами. — Не думал, что ты таких строгих правил. Тем более ты собираешься вернуться в свой мир. Ещё одни яркие впечатления не помешали бы тебе. Но я не насильник.

— Это успокаивает, — Оля уже закуталась в одеяло до подбородка. — Не знаю, почему ты так подумал обо мне. Я вроде не давала повода.

— Ты согласилась путешествовать со мной. Вдвоём, — снова напомнил русфиец.

А ведь он прав. Это не Земля, где можно спокойно дружить с парнями, и Мирук не её однокурсник по университету.

Значит, она сама дала повод думать, что может легко...

— Давай сейчас разрешим все эти вопросы? Я не девица лёгкого поведения и спать с тобой не собираюсь. Я действительно хочу только путешествовать, для этого мне нужен такой спутник, как ты. Взрослый мужчина с особой магией, который сможет при случае защитить. С тобой безопасно, а я намерена вернуться домой живой и невредимой. Потрясений мне уже достаточно.

Мирук некоторое время задумчиво смотрел на неё, что-то обдумывая.

— Только мне нужен весёлый попутчик, а не соня. Твой кулон иллюзий у тебя с собой?

— Конечно, — удивилась девушка. — Только он дезактивирован.

— Будет лучше, если ты его снова активируешь и будешь выглядеть несколько мужественнее, — мужчина ухмыльнулся. — Не сейчас, конечно. Когда выедем из гостиницы. А то у хозяев возникнут вопросы. А сейчас одевайся покрасивее и пойдём гулять.

— У меня нет покрасивее, — проворчала Оля, — я ушла налегке и пока ничего не купила. У меня только мужской костюм и одно платье. Обычное. Неприметное.

— Платье — это и есть то, что покрасивее мужских штанов. И только ты, являясь внучкой герцога Дарвига, могла взять неприметное платье. Всё же ты странная.

— Я из другого мира, — глаза девушки вызывающе сверкнули.

— Именно поэтому мы продолжим наше путешествие. Хочу побольше узнать о твоём мире.

Мирук ушёл через окно, как и зашёл, а Оля мрачно уставилась ему вслед. Всё же с ним нельзя расслабляться. Совершенно непредсказуемый и опасный тип. Который неожиданно потрясающе целуется.

Даже лучше, чем Стенлэр Бэрвиг.

Оля обессиленно упала на спину.

— Ну и влипла. Дура. Хотя нет... хуже.

Оля натянула на лицо одеяло, прикрыла красное от стыда лицо. Больше нельзя с ним