Танцующий лепесток хайтана - YeliangHua

причину такой внезапной ярости. Но что ему оставалось делать, если Вэйюй явно не собирался позволять ему идти одному?..

Мо Жань несколько раз нажал на кнопку дверного звонка — и замер в ожидании. Он стоял прямо перед входной дверью, перегораживая весь обзор так, что Чу приходилось вытягивать шею чтобы рассмотреть хоть что-нибудь из-за широких плеч.

— Мо Жань… — попытался вразумить балетмейстер юношу еще раз. — Ши Минцзин не отвечает на звонки уже сутки. Я пробовал дозвониться ему пока мы ехали сюда, но… безрезультатно. У него не отключен телефон, но… что, если он не может ответить?

Мо Жань, не говоря ни слова, снова зажал кнопку дверного звонка — и замер, не отпуская несколько долгих секунд. Затем повернулся к Чу и мрачно бросил:

— Набери его сейчас.

— …... — балетмейстер Чу все еще сжимал телефон в руке, и потому, одарив продолжающего отчего-то кипеть Мо Жаня раздраженным взглядом — как же он ненавидел, когда кто-то говорил ему, что делать! — все-таки снова набрал Ши Мэя по громкой связи.

Послышались долгие, протяжные гудки… и тихий звонок из-за двери. Либо Ши Мэй куда-то ушел и забыл телефон дома, либо… в следующее мгновение Ваньнин в ужасе уставился, как Мо Жань с силой толкнул входную дверь, и та распахнулась настежь, как если бы вовсе не была закрыта на замок.

Странно, но в воздухе почему-то тут же разлились едкие пары лекарств и антисептика. Чу знал этот запах как никто, а потому тут же невольно содрогнулся, цепляясь леденеющими пальцами в длинные рукава собственной куртки.

Что бы ни произошло с Ши Мэем, он определенно не был в порядке.

Мо Жань, впрочем, не задумываясь ни на секунду уже шагнул в темноту прихожей — и буквально в одно мгновение скрылся за дверью одной из комнат. Трель телефона Ши Мэя продолжала звучать откуда-то из недр квартиры, становясь все громче — и Чу сбросил звонок потому что с каждой секундой его собственный ужас лишь нарастал подобно жутковатому крещендо, вторя мелодии.

Он заставил себя войти внутрь.

Шаг за шагом направился в темноте к той комнате, в которую вошел только что Вэйюй… затем замер и внезапно повернулся в другую сторону. Запах антисептика, казалось, мешался в воздухе с другим, приторно-сладковатым — и становился сильнее у двери ванной.

— Мо Жань… — позвал Ваньнин тихо, и юноша тут же вышел к нему, хмурясь.

Чу, понимая, что Вэйюй сам не свой — и все же абсурдно чувствуя себя более спокойным в его присутствии — дернул за ручку ванной. Дверь, кажется, была заперта изнутри, а потому не поддалась.

— Позволь мне? — Мо Жань буквально вцепился в ручку, накрывая ладонь Чу своей рукой — а затем Ваньнин почувствовал, как пальцы юноши сжались и дернули механизм с такой силой, что на мгновение он поразился — а действительно ли парень может вот так выдернуть замок одной левой? Он, что, включил мистера Хайда?

Впрочем, дверь тут же распахнулась — и в тусклом люминесцентном свете Чу увидел распростершееся на полу тело. Юноша лежал в позе эмбриона, поджав руки и ноги таким образом, словно пытался из последних сил защитить себя — или скрючился от боли. Рядом с ним были рассыпаны лекарства.

— Ши Мэй!.. — Ваньнин тут же бросился к парню, и едва не поскользнулся на вымощенном темной плиткой полу потому что тот был все еще как будто влажным…

— Ваньнин, стой! — Мо Жань в последнее мгновение вцепился руками в его пояс, помогая удержать равновесие и оттягивая прочь, назад в коридор. — В гостиной следы борьбы. Чем ты, мать твою, думаешь?! Звони в полицию и в скорую!

Но Ваньнин смотрел на Вэйюя полным ужаса и непонимания взглядом, едва соображая, почему Мо Жань кричит на него. Все, что он видел перед собой — бледное изможденное тело человека, который, казалось, не дышал.

Ши Мэй…

Вэйюй продолжал удерживать Чу, не давая ему войти в ванную, и уже сам принялся звонить в неотложку. Время тянулось безумно медленно, как если бы просыпалось с каждой секундой песчинками в бесконечной пустыне.

Спустя всего пару минут за окном послышались сирены скорой и полиции. Еще через несколько минут кто-то уже задавал им вопросы — но отвечал всегда Вэйюй. Это были короткие объяснения, из которых становилось понятно, что Чу и Мо Жань пришли к Ши Мэю потому что беспокоились о нем — и обнаружили его в таком состоянии.

— ...У него есть родные? — вырвал из прострации Ваньнина спокойный голос медсестры.

— Его мать, — тихо ответил он. — Но она находится в пансионате. И его парень…

— Парень? — офицер полиции бросил на Чу холодный взгляд. — Вы его парень?

— Я? Нет… — Чу смешался, не уверенный, почему его вообще спрашивают о таком.

—Ши Минцзин — наш коллега, — вмешался Мо Жань, а затем привлек абсолютно растерявшегося Ваньнина к себе, как если бы всем своим видом показывал, что тот с ним. — И, да, мы хотели бы знать о его состоянии. Мы можем отправиться вместе со скорой?

— Боюсь, что нет, — отозвался врач, который в этот момент закреплял капельницу и готовил Ши Мэя, который все еще пребывал в бессознательном состоянии, к транспортировке. — Парню здорово досталось: есть внутренние повреждения. Я не могу сказать наверняка без результатов томографии и УЗИ, но он пробыл в отключке более суток, и его состояние нестабильно. То, что вы пришли к нему, возможно, спасет ему жизнь.

— Возможно?.. — повторил Ваньнин тихо, едва шевеля бледными губами.

— Мы забираем его в реанимацию. Помимо сотрясения мозга, внешних травм и переломов у него могут быть повреждения внутренних органов и кровотечения. Я не могу сказать более точно. Приезжайте в больницу через несколько часов, если хотите знать подробности — либо звоните по этому номеру, — он протянул визитку.

Ваньнин уставился на клочок бумаги, как если бы не понимал, что с ним нужно делать, и потому номер телефона перехватил Вэйюй.

— Спасибо, — кивнул он, а затем повернулся к офицеру полиции и поинтересовался. — Моему молодому человеку нехорошо. Мы можем быть свободны?

— Да, разумеется, — кивнул офицер. — У меня есть все ваши данные, всё в порядке. Просто не покидайте временно город на случай, если нам потребуются дополнительные показания…

Вэйюй не стал ждать дольше и буквально выволок Ваньнина из квартиры.