Невинный маг - Карен Миллер

— Нет! — в отчаянии вскричала принцесса. — Нет, он не мог сотворить такое!

Морг спрятал улыбку. Он знал, что его проделка огорчит Фейн, но ему было в общем-то наплевать на нее.

Все еще лежа на мостовой, Гар пошевелился, поднял руки к небу и медленно произнес:

— Ниаладо мбара. Туэ, туэ.

Все присутствующие, затаив дыхание, застыли в ожидании и выдохнули только тогда, когда с неба посыпался золотой дождь.

Гар не сомневался в том, что спит и видит сон. В этом сне он занимался магией. По его желанию на мостовой выросли цветы, а с неба посыпался дождь из золотых монет. Гар ощущал в себе неведомую прежде магическую силу, небывалую энергию. Все происходило как будто наяву. И тем не менее он спал… Ведь подобные события не могли произойти с ним в действительности. Или все же…

Принц открыл глаза и увидел улыбающегося отца.

— С возвращением, сынок, — промолвил король. В его глазах блестели слезы.

— Что это значит, отец? — спросил Гар, и его удивил звук собственного голоса, хрипловатого и слабого. — Что случилось?

— Ты ничего не помнишь?

Гар чувствовал себя опустошенным и как будто невесомым. Если бы одеяла не сдерживали его, он, казалось, мог бы воспарить над кроватью и вылететь в окно.

— Ты упал с лошади три часа назад, — сказал король, поправляя одеяло, которым был укрыт его сын.

Гару казалось, что сон все еще продолжается. Во всяком случае он до сих пор ощущал легкий запах жженой апельсинной корки, который преследовал его во сне. Нет, он не мог заниматься магией! Это… это было невозможно… И все же принц решил кое-что уточнить.

— Скажи, отец, когда ты занимаешься магией… ты ощущаешь после этого запах жженой апельсинной корки?

— Нет, сынок, — ответил король.

Гар закрыл глаза и отвернулся к стене. Как он мог поверить — пусть даже и на мгновение! — что занимался магией?

— Я чувствую в таких случаях резкий запах лимона, — продолжал король. — А твоя мать уверяет, что ощущает аромат испеченного хлеба. Фейн не говорила нам о запахах, которые чувствует. У каждого свои ощущения, как видишь. Никто не знает, почему это так. Обычно подобные вещи не обсуждаются, поэтому не советую тебе расспрашивать других доранцев об этом, иначе ты можешь попасть в неловкое положение.

У принца сильно колотилось сердце.

— Это был сон, всего лишь сон… — пробормотал он.

— Ты в этом уверен? — прошептал король.

Гар вытянул вверх руку и мысленно произнес заклинание, с помощью которого вызывают волшебный огонь. Это была самая простая магическая формула. В детстве Дурм пытался вдолбить ее в голову Гара, и она навсегда врезалась ему в память.

Мурашки забегали по коже, в кончиках пальцев появилось покалывание, он ощутил запах жженой апельсинной корки, а открыв глаза, увидел волшебный огонь.

— Я же говорил вам, что это самое простое заклинание, — раздался голос Дурма.

Приглядевшись, Гар заметил, что Главный Маг стоит в углу комнаты, где сгустились тени. Он подошел к кровати и, остановившись у изголовья, положил ладонь на плечо короля. Дурм щелкнул пальцами, и в руке у него появилась сухая ветка. Он с улыбкой протянул ее Гару.

— Сделайте розу, ваше высочество.

— Дурм, ты спятил? — возмутился король. — Четыре часа назад Гар не мог вызвать даже волшебный огонь. Он не…

— Не может? — перебил его Дурм. — Кто тебе это сказал? Мы пока еще ничего не знаем о способностях, которыми обладает принц. Может быть, для Гара не существует невозможного.

Принц взял сухую, шершавую ветку.

— Но я не знаю заклинания, которым в таком случае пользуются маги…

— Напрягите свое воображение, — посоветовал ему Дурм. — Закройте глаза и думайте о розе.

Гар пожал плечами. Неужели все так просто? Ну, что же, попытка не пытка! Будь что будет, ему не привыкать терпеть поражения. Гар закрыл глаза и стал думать о розе.

В нос ударил запах жженой апельсинной корки, кровь в жилах вскипела, Гара накрыла волна неведомой силы и унесла с собой.

— О! — воскликнул он и открыл глаза. На подушечке большого пальца виднелась капля крови, а в руке у него была роза. Гар засмеялся. — Я забыл про шипы!

— Чтобы сделать нечто подобное, Фейн в течение целого месяца день и ночь занималась магией, — сказал Дурм.

Король, нахмурившись, взял розу из рук сына.

— Это просто неслыханно! — воскликнул он.

Гару хотелось вскочить с постели, закричать или пуститься в пляс от переполнявшей его радости!

— Теперь я истинный доранец, — произнес он.

Впереди его ждало светлое будущее — жена, семья, уважение соплеменников…

Растроганный отец поцеловал его в щеку.

— Да, сынок, теперь ты — истинный доранец.

В «Гусе» яблоку негде было упасть. В помещении стоял страшный шум.

— Что все это означает, как ты думаешь? — прокричал Мэтт на ухо сидевшей рядом с ним за столиком Дафне. — В Доме Узурпатора появился еще один маг.

— Я не знаю, что все это значит, Мэтт! — ответила Дафна, стараясь перекричать шум. — Я в полном недоумении… Похоже, нам снова придется ждать.

— Ждать! — воскликнул Мэтт и осушил кружку пива. — Если бы ты знала, как я ненавижу ожидание!

Дафна усмехнулась.

— Ты повторяешь слова Эшера.

— А вот и он. Легок на помине.

Появление Эшера в трактире было встречено оглушительным ревом, от которого едва не рухнули стропила крыши. Люди выражали свои чувства по поводу того, что произошло на параде. Все хотели знать, что случилось с принцем. Эшер замер на мгновение на пороге, а затем, расталкивая посетителей, прошел к барной стойке.

— Заткните глотки! — крикнул он. — И я сообщу вам новости из дворца!

Голоса постепенно стихли, и в помещении воцарилась тишина. Дафна и Мэтт переглянулись.

— Вот так-то лучше, — сказал Эшер. Он все еще был в том же пышном наряде, в котором его видели на параде. — Его высочество пребывает в добром здравии. С ним все в порядке. У него нет никаких недугов. Но в жизни его высочества произошли большие изменения: у него открылся магический дар.

Со всех сторон на него посыпались вопросы. Подняв руки, Эшер попытался утихомирить толпу. Он выглядел очень усталым.

— Это все, что я могу вам сказать. Думаю, скоро вы услышите официальное заявление властей. А пока можете распространить по городу то сообщение, что я сделал.

В трактире снова поднялся шум и гам. Дафна поманила Эшера пальцем, но он показал ей глазами на дверь.

— Хочет, чтобы мы вышли с ним на улицу, — сказала она Мэтту. — Пойдем.

На улице народу было не меньше, чем в трактире. Люди узнавали Эшера, останавливались и пытались узнать у него новости.