Эльфы, топор и всё остальное - Евгений Шепельский

Приближенных к Тулвару талестрианцев было двое — Рандовал и Дагеста, магичка, та, что заняла тело Тулвара. Четыре года они вели себя тише воды и ниже травы, и до того выслужились, что Тулвар сделал Рандовала одним из распорядителей царского дома. Гром ударил внезапно. Сегодня в уединенном покое в Храме Рамшеха Тулвар готовился к служению, когда туда внезапно ввалились кверлинги — и маги. И не только они.

— Не только они, Фатик! Но и главный визирь Автолик, и начальник дворцовой стражи генерал Мортиц… Ты понимаешь, маги уже успели их обратить!

Я вспомнил, как встретил на въезде в Семеринду пять кибиток. Значит, можно ожидать, что обращены не только Автолик и Мортиц, но кто-то еще из приближенных Тулвара. Неплохо задумано. Власть в одночасье перешла в руки чародеев. Однако… Слишком много магов на моем пути. Магов Талестры.

Экие они шустряки. Аркония, Фрайтор, Мантиохия, а теперь, оказывается, и Дольмир — объекты их пристального и отнюдь не праздного интереса. М-да… Маги Талестры, похоже, решили всерьез прибрать к рукам власть над самыми разными странами. Стоит поймать мага, подвесить и выцедить из него все тайны… Жаль, нет возможностей — и времени.

— Фатик, маска… Кверлинги схватили нашу милость, а Дагеста, глумливо кривляясь, объясняла! Эта проклятая маска меняет души! Если, держа ее в руках, приложить к чужому лицу… Вы обменяетесь душами, клянусь Аркелионом! Маги Талестры лишь недавно открыли это ее свойство! И Дагеста… сделала это с нами! Мы… вспышка золотого света… И наша милость оказалась в этом вот проклятом, трижды премерзком теле!

Он упал на колени перед костром, отставил мосластый зад и визгливо зарыдал.

Черт… Душа душой, но эмоции в теле Тулвара остались прежние, женские.

Тулвар прогугнил сквозь слезы:

— Я знаю, зачем они это подстроили! Чтобы самим поселиться в моем гареме!

Идиот.

— А потом они связали нашу милость и бросили в угол, и стали переговариваться вчетвером в ожидании часа служения, словно нас в комнате не было!

— О чем они говорили?

— О тебе, Фатик!

Я обмер. Принц и Имоен что-то пробормотали. Скареди ахнул.

— Поясни.

— О-о-о, варвар, тысяча кастрированных орков! Они знали, что ты уже в Семеринде, но не знали, где точно. Эй ты, усатый старик с тусклым взглядом хворой лошади, подай нам носовой платок!

— Святая Барб…

— Тш-ш, Скареда! Сморкайся в плед, Тулвар. Делай, что я сказал, и продолжай рассказ!

— А… ага… Пффффррр! И вот… Каким-то образом они могут следить за движением твоего отряда, Фатик! Но вот вчера не получилось. Мерзкий Рандовал сказал: «Наши глаза ослепли». И еще они говорили о тебе… много… ругали! Ты что-то натворил во Фрайторе, они сказали, и в Ридондо… Сорвал их планы… А это правда, что Ридондо был уничтожен смерчем?

— Правда.

— О, беда, беда, разорение! Куда же наша милость будет направлять товары и рабов?

— Не отвлекайся, Тулвар!

— А? Ага!.. Они… Им что-то нужно от тебя, Фатик, но мы не поняли, что! Мы слушали и перетирали веревки об угол стены… В великом страхе, ибо не знали, что с нашей милостью намерены сделать чародеи!

Хм. Действительно — что? Чего хотят от меня — этого я не выясню, пока не поймаю чародея. А вот что намеревались сделать с Тулваром? Убить — или заточить в темницу? Тулвар кричал, что его хотят убить, но у страха глаза велики. Рандовал швырнул в подмененного царя огненным шаром, когда убедился, что игра проиграна. Но вот что он был намерен делать до того, как проиграл? Пленить или убить? И что сделали с носителями сознания визиря и генерала, и прочих приближенных? И как, мать вашу, кудесники проведали, что я натворил во Фрайторе?

Слишком много вопросов — и ни одного ответа. При случае изловлю мага Талестры и постараюсь все выпытать.

— Рандовал дерзновенно поглядывал на нашу милость иногда! А мы… мы слушали! И думали… Гнусная Дагеста сказала, что в такой толчее, в таком столпотворении на праздник Аркелиона тебя нельзя или крайне сложно будет найти без наводки шпиона, что они ошиблись, полагаясь только на шпиона, и подготовили слишком мало людей для того, чтобы тебя выследить. Вот, Фатик! Вот! Ты хотел, чтобы все слышали? Так вот пускай слышат — у тебя тут шпион!

Ад и пламя!

Мои спутники начали переглядываться. Гарем встревоженно закурлыкал в палатках. Донни высунулась наружу, но я загнал ее обратно, мол, спи давай! Гритт, а ведь все девчонки — с Южного континента… А не может ли так быть, что одна из них… Но кто, яханный фонарь, кто?

— Досказывай, Тулвар.

— О-о, святой Аркелион! А потом они сказали, что тебя, видимо, стоит ловить в том самом месте, куда ты движешься. Мы лежали и думали, мы ведь знаем, где обретаются гнусные прощелыги из Джарси! Вот у этого неприглядного толстяка! Наша милость рассудила так: если нам удастся сбежать, мы помчимся к этому подлому и грязному Самантию и отыщем там тебя! И попросим твоей помощи! Когда настал миг служения и маги обернулись выходить, мы вскочили и ринулись к потайной двери, замаскированной под стену. И сквозь тайный коридор выбрались наружу! А дальше… Ты и так все знаешь.

— Фатик, — ласкового молвил Самантий. — Можно, я ее выпорю?

Место… неужели маги намерены ждать меня у Оракула? Гритт, да что же это: всем нужен Фатик Джарси? И магам, и Вортигену, и эльфам! Каждый хочет оторвать от меня кусочек на память.

Вместо ответа я бросил взгляд на Тулвара.

— Рандовал швырнул в тебя огненным шаром. Маги Талестры что, научились творить пиробласты?

Тулвар потер крючковатый нос.

— Тысяча бородавчатых жаб, то был пузырик. Рандовал развлекал нашу милость иногда огненными чудесами, мы не знали, что он припрятан под его мантией!

— Пузы… что?

— Ошметок бычьего пузыря, наполненный взрывчатым алхимическим газом, любезный Фатик. К нему крепится короткий фитиль, поджигаемый магом о ноготь большого пальца…

И тут обман, хитрый трюк, о-о, Гритт!

Я прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Глянул в небо: луна поблекла, звезды были едва видны. Скоро… уже скоро…

— Мы едем к Оракулу. Есть основания полагать, что возле него либо внутри будут подстерегать злодеи. Знаешь ли ты возможность проникнуть внутрь Облачного Храма незаметно или, по крайней мере, не очень заметно? Если знаешь — ты нам поможешь, а мы — поможем тебе. Все просто.

Девица-Тулвар думала недолго.

— Наша милость поможет, но ты — дашь слово Джарси, что приложишь все силы, чтобы вернуть нам тело… и трон!

— Только тело.

— О-о, низкий и подлый гад! Хорошо, пускай только тело, лишь бы выбраться из этого… этой… Этой… с грудями и кривым носом! О-о, мы бы, уверен, немного смирились, будь у нее впереди два спелых персика, и сзади…