Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

что именно я рассчитываю, — последнее слово представитель торгового сословия выделил особо. — Но сначала я хотел бы сообщить вам, что лично присылал к вам самых уважаемых людей Бергтауна, дабы проверить уровень вашего мастерства.

Я не сумела скрыть удивления:

— Так вот откуда в моей лавочке столько городской знати!

— Именно так, и все они остались совершенно довольны вашей работой, — рассмеялся Соломон, воздевая кверху руки. — Каюсь. Виновен.

Только от его притворного раскаяния легче мне совсем не стало. Что нужно от меня этому человеку?

— Вы должны понять меня, Мия, я никогда не беру беса в мешке, — это мой принцип, помогающий всегда оставаться на плаву, а для торговца — это важнее всего.

— Получается, вы устраивали мне проверки? — уточнила я, и Соломон кивнул. — Но зачем?

Взяв в руки пустую кофейную чашечку и задумчиво покрутив ее в пальцах, Торн медленно произнес:

— Видите ли, я безгранично верю в возможности рукотворных сновидений, но этим должны заниматься настоящие мастера своего дела, — он посмотрел на меня цепким взглядом. — Такие, как вы, Мия! Несмотря на вашу молодость и даже некоторую наивность.

Конечно, такие слова не могли не польстить мне, но я старалась не забывать, с кем разговариваю и держать ухо востро.

— Я вас не совсем понимаю, — начала было я.

Соломон решительно поднял на меня глаза:

— Я прошу вас сплести для меня исцеляющий сон, — произнес он. — И проблема, в которую я посвящу вас, как специалиста, навсегда должна остаться между нами. — Он склонился над столом, приблизившись ко мне: — Вы сможете пообещать мне это, Мия Винд?

От неожиданности я лишь пролепетала:

— Конечно, можете не сомневаться в этом.

Внутри же я ощутила такое облегчение, что хотелось расхохотаться, вспоминая всю ту жуть, которую мне рассказывали про Соломона Торна.

Следующие полчаса часа за закрытыми ставнями один из самых уважаемых и пугающих людей Бергтауна посвящал меня в страшную проблему, мешающую ему жить. Когда он закончил, мне пришлось собрать все свои силы, чтобы сдержаться и не рассмеяться. Кто бы мог подумать, что у бесстрашного, увенчанного грозными слухами и невыдуманными легендами Соломона Торна такая ужасная проблема?

— Видите ли, господин Торн, — как можно уважительнее произнесла я, прикрывая предательски подрагивающие уголки губ чашечкой с давно остывшим кофе, — то, что когда-то в детстве вы испугались большую креветку на картинке в книжке, это очень даже понятно. Маленького мальчика, который никогда не видел моря и его обитателей, вполне могло напугать странное существо с полупрозрачным вытянутым телом, длинными шевелящимися усиками и глазами на стеблях.

В глазах Соломона мелькнуло облегчение и благодарность за понимание. Я же про себя порадовалась, что после того, как впервые попробовала креветок на ужине с Томасом, отыскала в городской библиотеки книгу про морских обитателей и смогла запомнить, как выглядят все эти морские гады живьем. В ремесле плетения снов никогда не знаешь, что пригодится для дела.

— Но это ужасная, мерзкая, отвратительная креветка-оборотень! — совсем по-детски воскликнул Соломон Торн. — Она омерзительна! Она мучает меня по ночам!

В очередной раз сдержав приступ смеха от одной только мысли, что вокруг меня в последнее время развелось слишком много оборотней, настоящих и кажущихся, я понимающе закивала:

— Не будем забывать о двух парах клешней и нескольких пар ног — и кошмар обеспечен, — благосклонно закончила я, а господин Торн едва не прослезился, видя, что обрел неподдельное сочувствие в моем лице.

— Не представляете, как я благодарен, что вы не сказали, что все это ерунда или просто детские страхи, про которые давно пора забыть, — Торн приложил тыльную сторону ладони к взмокшему лбу. — Потому что именно такой ответ я получил от нескольких знахарей и одного королевского целителя, к которым обращался в надежде избавиться от этого жуткого наваждения, но все они лишь посмеялись надо мной. Я давно оставил надежду когда-либо избавиться от этого ужасного ночного монстра.

— Это непрофессионально и совершенно не допустимо, — искренне и с чувством воскликнула я. — Настоящие целители не должны так относиться к людям и их проблемам. Мне очень жаль, что вам пришлось все это пережить, господин Торн.

Соломон благодарно сжал мою руку:

— Вы моя последняя надежда, Мия Винд! Когда вы пришли в Городской совет за разрешением на открытие лавки снов, я решил, что вас послали мне боги, и ухватился за эту возможность, как за последний шанс.

Так вот она настоящая причина, по которой представитель торгового сословия помог мне с открытием лавки. А сколько страха на меня из-за этого нагнали Лусия и Максимилиан: Торн ничего не делает просто так! Это же настоящий подпольный мафиози Бергтауна! Осторожно, Мия, он обязательно попросит об ответной услуге!

На деле же все оказалось намного проще. Оказалось, что Соломон Торн — такой же человек, как и все, с собственными тараканами в голове. Или все-таки креветками?

Я заставила себя не думать о страшном монстре господина Торна — смешинки и так кружили вокруг меня, поджидая, когда я потеряю бдительность, поэтому я сосредоточилась на самой проблеме. Она-то как раз была настоящей и действительно мучила человека многие годы, не позволяя ему нормально спать. Бедный, господин Торн! Постоянно переживать детский ночной кошмар, преследующий его столько лет.

— Уверена, что смогу вам помочь, — приветливо произнесла я. — Но поскольку проблема это давняя, мне понадобится чуть больше времени, чем обычно. Вы сможете потерпеть еще несколько дней?

Торн хлопнул руками по коленям и воскликнул:

— Я терпел почти всю свою жизнь! Несколько дней я точно могу подождать! — брови его вдруг сдвинулись, и он позволил себе долю сомнения: — Неужели вы действительно сможете мне помочь, Мия? Честно говоря, просто не верится, что всего через несколько дней я смогу просто спокойно спать, а не просыпаться в холодном поту от вида этого… ну вы поняли.

Я уверенно кивнула:

— Исцеляющие сны обладают огромной силой. Если заложить в такое сновидение чувства и эмоции, противоположные страху, и держать сон у изголовья кровати достаточное количество времени, то любопытство, интерес и понимание вытеснят негативные эмоции к объекту, и как следствие исчезнет и пугающий ночной образ.

— Удивительно! — почти печально вздохнул Соломон Торн. — Как жаль, что вы не приехали в Бергтаун на пару десятков лет раньше.

Мне очень захотелось сказать о том, что пару десятков лет назад