Возвращение. Танец страсти - Виктория Хислоп

Она стала регулярно получать письма и фотографии от мамы и наконец-то сама описала ей свою историю. Из того, что Конча рассказала об отце, Мерседес сделала вывод, что он уже не тот человек. Это расстроило девушку, она очень сильно захотела вернуться домой, чтобы помочь. В следующих письмах Конча более подробно рассказала, что произошло с Антонио, а также изложила основные новости об Испании. Мерседес поняла, что Кармен была права. До тех пор пока людей будут незаслуженно сажать в тюрьмы и обращаться с ними как с рабами, в стране не будет мира. Каждый раз получая письмо с испанской маркой, она надеялась, что это от Хавьера. Она знала, что мама передала бы все, что он написал. Уже не раз Мерседес теряла надежду.

Годы шли, и Мерседес все лучше говорила по-английски. В 1943 году она могла уже претендовать на должность секретаря. Вскоре после этого ей посчастливилось получить работу в Бекингеме, и она поняла, что поездки из Финсбери-парк будут отнимать слишком много времени. Кармен тоже была рада переезду; они нашли квартиру на юге Лондона.

Жизнь была прекрасна в полном смысле этого слова, она подарила им чувство перемены. Теперь им не так часто удавалось быть в «El Hogar Español», но по крайней мере раз в месяц Мерседес получала приглашение потанцевать. Ее живые выступления всегда привлекали благодарную публику.

Мерседес старалась много не думать о том напряжении, в котором жили родители. Дела в кафе, которым они владели, шли довольно удачно, несмотря на новый режим, но боль от потери троих сыновей никогда не утихала. Конча иногда думала, что уже выплакала все слезы, но это было лишь иллюзией. Ее печаль длиною в вечность постоянно давала о себе знать. Каждый день она как будто ходила по разбитому стеклу. Боль не утихала ни днем, ни ночью, поэтому каждый шаг должен был быть осторожным и предусмотрительным: это позволяло договориться с болью. Когда вечером уходили последние посетители, единственный звук, который могли вынести Конча и Пабло, — это тихое тиканье часов.

Письма шли в Лондон очень медленно. Конча всегда старалась казаться веселой, но она очень хотела помешать дочери вернуться домой. «Должно быть, у тебя интересная жизнь там, — писала она, — а если ты вернешься домой, ты поймешь, что все изменилось».

Таким способом она пыталась удержать Мерседес подальше от страны, в которой остались лишь воспоминания и пустота.

Из письма Мерседес родители поняли, что она приспособилась к новой жизни. И хотя их дочь всегда читала между строк родительских посланий, они никогда не старались заглянуть поглубже в смысл ее слов, никогда не подвергали даже тени сомнения тщательно создаваемое Мерседес впечатление, что она довольна своей жизнью.

Отсутствие правды в письмах не значило, что они не любят друг друга. Совсем наоборот, они просто оберегали друг друга.

Однако одно событие Конча не смогла утаить. В 1945 году умер Пабло. В Гранаде стояла одна из тех суровых зим, когда холодные потоки воздуха не идут на пользу и без того слабым легким, а отец уже был слишком болен, чтобы пережить эту зиму. Это был самый тяжелый момент в жизни Мерседес с тех пор, как она уехала из Бильбао.

Когда война в Европе закончилась, а мужчины вернулись с фронта, центром общественной жизни испанских девушек стал местный клуб танцев «Локарно». После шести лет вооруженного конфликта и страха танцы стали прекрасным противоядием от ненависти. Таким образом они делились ощущениями, каково это — остаться в живых. Танец не требовал слов. Их ровесники танцевали вальс и квикстеп, так как увлечение латиноамериканскими танцами почти сошло на нет, но Мерседес и Кармен с легкостью его возродили.

Танцевальный зал считался местом, где молодые мужчины и женщины учились флиртовать, и большинство из них преследовали одну четкую цель — найти вторую половинку. Мерседес была исключением. Последнее, о чем она думала, — это о том, чтобы найти родственную душу. У нее уже была одна, и, когда она в пятницу и субботу выходила в свет, ее ничто не интересовало, кроме захватывающего трепета, который она испытывала от танцев.

Юноши каждую ночь танцевали с разными девушками, некоторых они знали всю свою жизнь, а с некоторыми им приходилось знакомиться, и в глубине души они задавались вопросом, стоит ли им жениться на одной из них.

Когда Кармен и Мерседес появились в «Локарно» в первый раз, они вызвали ажиотаж. Смуглые лица и сильный акцент выдавали в них иностранок. Хотя они и носили те же платья, что и местные девушки, на этом их сходство заканчивалось. «Они смуглые, как цыганки», — шептались люди.

Больше года каждую пятницу и субботу они ходили в «Локарно», когда однажды Мерседес пригласил на танец молодой англичанин, которого она раньше не замечала.

— Можно вас пригласить? — спросил он, просто протягивая руку.

Это было танго. Она и раньше танцевала его с сотнями других мужчин, но он был намного лучше остальных. Чуть позже той ночью она представила этот танец еще раз, вспомнила каждую ноту.

Однако и молодой человек был очарован танцем с Мерседес. То, как ее легкое стройное тело отзывалось на его малейшее движение, совершенно не походило на сдержанную неторопливость большинства англичанок. После танца, когда он отправился пить пиво с друзьями, а она вернулась к подруге, он никак не мог поверить, что действительно танцевал с ней. Это было всего лишь воспоминание, что-то нереальное.

На следующей неделе Мерседес надеялась, что стройный прекрасный англичанин снова пригласит ее на танец. Когда он подошел, она не разочаровала его и улыбнулась в знак согласия. На этот раз это был квикстеп.

В том, как она танцевала, было что-то необыкновенное и волнующее. Несомненно, она танцевала лучше всех его предыдущих партнерш, и он понял, что ее движения были не просто проявлением чувств к нему. Время от времени он ощущал, что она ведет в танце. Эта смуглая испанская девушка была намного сильнее, чем казалась.

«Я встретила человека, который прекрасно танцует, — писала Мерседес матери. — Большинство англичан такие неуклюжие, даже когда они стараются».

В своих письмах Мерседес всегда рассказывала о танцах. Среди всех тем для разговора эта была самая веселая, и Конча обрадовалась, когда однажды Мерседес написала ей, что она выиграла соревнование.

«Моим партнером был тот молодой человек, о котором я тебе писала. И мы отлично справились. На следующих выходных состоится чемпионат Великобритании, и если мы выиграем, то станем чемпионами Объединенного королевства», — сообщала она.

Их партнерство длилось несколько лет, они встречались не только на танцевальной площадке, а время от времени за чашкой чая, заблаговременно при этом договорившись. Они побеждали во всех соревнованиях, в которых участвовали, а их стиль и грация изумляли каждого. Они не оставляли ни одного шанса другим танцорам. Наблюдать за ними было одно удовольствие, а судьи видели восторг на лице Мерседес, когда она кружилась возле них.