Мои прекрасные принцы - Елена Коюшева

Я продолжала стоять неподвижно, пока не услышала, как щёлкнул дверной замок. Дверь открылась. Сергей шагнул в прихожую и заговорил:

— Таня, любимая, извини если напугал!

Я вышла в прихожую, и кинулась в объятия Полянского. Прижавшись к его красивому телу, я тихонько заплакала. Мне не хотелось больше выпускать его из своих объятий, потому что страх потери таился глубоко в душе, временами впадая в ремиссию. Сергей погладил меня по волосам и нежно поцеловал в макушку.

— Прости, малыш, — вкрадчиво прошептал он.

— Серёжа, ну за что ты извиняешься?

— За то, что оставил тебя слишком надолго одну. И при этом даже записки не оставил. Я и в правду не думал, что задержусь.

— А ты где был?

— За билетами ездил. Просто пока разобрался что, как и где, кучу времени потерял. Но всё не напрасно! — Сергей потянулся к барсетке и достал два билета. Затем он приподнял мой подбородок и нежно провёл кончиком бумаги по носу. Мне стало щекотно и я засмеялась.

— Милый, мы же собирались вместе пойти?

— Извини малыш, всё хорошо. Я мужчина и я не должен вешать на тебя свои проблемы. Я подумал, пока ты спишь, сделать тебе сюрприз, но вижу не получилось. Вышло всё как-то по — дурацки. Танюша, признайся, ты наверняка уже мысленно простилась со мной, обозвав подонком и гадом?

Я смутилась и отвела взгляд в сторону.

— А как ты догадался?

— Женская психология неисправима и не подаётся коррекции! — констатировал он.

— Это точно! — улыбнулась я, а затем добавила:

— Серёж, я так проголодалась.

— И я бы сейчас не отказался от……. - он на секунду задумался.

— От чего? — шутливо спросила я.

— Ну, от яичницы это точно!

Когда яичница скворчала на сковородке, а запах жареных помидоров с салом витал по всей квартире, мне вдруг вспомнилась утрешняя история, и вопрос сам слетел с губ.

— Серёжа, а кто тебя подвозил сегодня?

В этот момент Полянский наливал кофе, как вдруг чашка выскользнула у него из рук и упав на кафель разбилась вдребезги. Присев на корточки, чтобы собрать осколки, Сергей твёрдо сказал:

— Всё нормально.

— А я думаю, что нет. Что-то произошло, но ты мне упорно не желаешь говорить об этом. Чья это машина?

— Малыш, я приехал на такси.

Я опешила от его вранья.

— Ты в этом уверен?

— Вполне. А почему ты вообще заостряешь на этом внимание? Я теперь вольный человек и могу ездить на чём угодно. Или ты меня в чём — то подозреваешь?

Он собрал осколки, выкинул в мусорное ведро и налил нам кофе. Я молчала и тупо смотрела в окно.

Может быть, сейчас самое время выяснить отношения и узнать правду? А вдруг нет никакой правды, а существует обычное совпадение или случайность. Нет, нельзя всё взять и разрушить одним махом.

— Я не сказала этого.

— Отлично, тогда подумала.

— Серёж, — я отвернулась от окна и посмотрела на любимого. — Всё нормально. Это нервы.

— Ничего, приедем домой, и всё наладится, — ответил он и придвинул ко мне чашку кофе.

Неожиданно Сергей наклонился и впился поцелуем мне в губы. Мои руки словно по мановению волшебной палочки потянулись к его шее. Обвив её руками я притянула его лицо к себе ближе и наши губы слились в страстном голодном поцелуе. В эти мгновения моё тело наполнила сладкая истома. Госпожа страсть распахнула объятия и скорлупа условностей разбилась о скалы разума. Сергей поднял меня и посадил на стол. Он рывком распахнул мой халат и швырнул его в сторону. Затем порвал трусики и смел всю посуду со стола на пол. Раздался звон бьющегося стекла. Его дыхание становилось чаще и чаще, он бормотал моё имя снова и снова, а его губы скользили по моей шее, покрывая поцелуями каждую клеточку моего тела. Он словно обезумевший зверь, который долгие месяцы скитался в поисках самки, и достигнув своей цели потерял контроль. Он накатился на меня как волна, целуя моё лицо и шею, сжимая и снова целуя мою грудь, тёплый живот. Моё тело горело под властью его сильных рук и трепетных губ. Затем он стал целовать меня между ногами так, что я распростерлась под ним, ошеломлённая наслаждением.

— Сергей! — застонала я, и он поднял на меня глаза, ставшие ещё более томными от желания.

— Любовь моя! — тихо сказал он, будто у меня не было другого имени. И он снова опустил голову и принялся ласкать меня своим острым твёрдым языком, а я сжимала пальцами его руку и стонала на каждом выдохе.

Он стянул с себя футболку и шорты. При виде его прекрасного обнажённого тела я задохнулась от незнакомого мне чувства. Он упал на меня, словно не мог вынести бездействия и я с наслаждением вдохнула волнующий запах его кожи.

— Сергей! — простонала я опять, и весь мир вокруг, эхом отозвался на его имя. — Сергей! — и он вошёл в меня. Это было похоже на удар ножа, и когда я взглянула вверх, то увидела виноватую улыбку. Он смотрел на меня влюблёнными глазами.

— Любовь моя, — мягко произнёс он и поцеловал мои веки, и завитки волос на висках, и слизнул слезинку с моей щеки.

Сергей был так нежен, будто боялся сделать мне больно. И действительно несколько раз я испытывала боль, но с каждым разом она приносила новое наслаждение. Каждый момент был головокружительным, и я выгибала спину, стремясь навстречу его телу. Наслаждение становилось всё более интенсивней, а его движения — всё более быстрыми, пока они не достигли апогея, и я перестала понимать где я, и кто я. Был только Сергей.

Потом мы долго лежали в молчании.

Через некоторое время Сергей приподнялся и, потянувшись за своими шортами и моим халатом, укрыл нас ими словно одеялом. И в этот момент я прижалась к нему крепче. Я прижималась лицом к его шее и с наслаждением вдыхала знакомый запах его кожи и какой-то ещё более глубокий, который принадлежал лишь ему.

Всё, что я видела сейчас, это профиль Сергея, когда он смотрел в окно. Всё, что я ощущала — это тепло его рук, тела на мне и лёгкую боль там, где он только что был.

Какой-то странный покой воцарился в моей душе. Я закрыла глаза и задремала.

— Нам нужно собираться, — тихо сказал Сергей.

Я открыла глаза. На полу валялась разбитая посуда, жалкая свидетельница нашей любви. Зрелище напоминало поле боя, нежели любовное ложе.