Канцлер Мальтийского ордена: Вежливые люди императора. Северный Сфинкс. К морю марш вперед! - Александр Петрович Харников

встречи с военным кораблем. Вот теперь я точно был уверен, что нам повстречались местные контрабандисты. Эти люди обычно неплохо осведомлены о фарватерах в портах и о местах, где можно без особых опасений причалить к берегу и выгрузить свой товар.

Я приказал поставить все паруса и догнать баркас, чтобы захватить всех, кто находился на нем. Мой бриг был неплохим ходоком, и при попутном ветре мало кто смог бы уйти от него. А тут какой-то жалкий русский баркас под драным парусом и с командой, которая никогда в жизни не вылезала из своей балтийской лужи, решил посостязаться с моим красавцем?!

Однако, похоже, судьба сегодня не была благосклонна к нам. На полном ходу бриг столкнулся со льдиной, одной из тех, какие время от времени попадались нам по пути, напоминая о минувшей зиме. От сильного удара корабль рыскнул в сторону, паруса потеряли ветер, и бриг резко сбавил ход. Пока боцман и корабельный плотник осматривали трюм, чтобы выяснить, насколько значительны повреждения, полученные при столкновении, пока матросы, подобно обезьянам, взобрались по вантам на реи, чтобы разобраться с парусами, контрабандисты не теряли времени. Они сумели добраться до берега, вытащить свой баркас на отмель и, выбравшись на сушу, бегом помчались вглубь острова.

– Лейтенант, – приказал я своему старшему офицеру, – возьмите два десятка морских пехотинцев и прочешите весь этот проклятый остров. Надо поймать тех, кто сумел от нас сбежать. Они нам очень нужны. Бриг будет находиться у берега и ждать вас с пленными.

– Есть, сэр! – браво козырнул мне лейтенант Мэнсон и отправился выполнять приказ.

Боцман и матросы палубной команды спустили на воду шлюпку. Пришлось совершить два рейса, чтобы свезти на берег всех морских пехотинцев. Хвала Господу, погода была хорошая, и волны не помешали высадке наших «красномундирников».

Остров Нарген был похож на необитаемый. Он почти весь зарос густым кустарником, в котором беглецы могли надежно укрыться от погони. Но я знал, что в свой поход на Балтику адмирал Нельсон взял самых лучших морских пехотинцев, и потому не сомневался, что к заходу солнца они сумеют поймать беглецов. Всех, у кого хватит благоразумия не оказать сопротивление нашим ребятам. Ну, а кто все же окажет… Пусть тогда такие глупцы пеняют лишь на самих себя.

Мой немалый опыт – а первый раз я вышел в море, когда мне едва исполнилось тринадцать – говорил, что, занимаясь делами береговыми, не следует забывать о неприятных сюрпризах, которые могут подкрасться с совершенно другой стороны. Поэтому я приказал сигнальщикам внимательно наблюдать за морем.

Предчувствия меня не обманули – вскоре один из сигнальщиков заметил парус, который приближался к нам с зюйд-зюйд-оста. Я достал подзорную трубу и стал внимательно рассматривать корабль, уже явственно видимый на горизонте. Внешне он был похож на люгер, коих немало приходилось мне встречать на водах, окружающих Британские острова. Но, насколько мне помнилось, у нас в эскадре не было подобных кораблей. Тогда чей же он? Из-за большого расстояния я не смог разглядеть флаг, который был поднят на мачте люгера.

Я пожалел о том, что отправил на берег своего помощника и морских пехотинцев. Если этот корабль окажется вражеским, то нам придется вступить с ним в бой. Экипаж моего брига насчитывал сто двадцать человек. Это не так уж и много, учитывая, что почти половина из них – те, кто обслуживает орудия в бою. Но ведь надо будет кому-то управляться с парусами. А если придется идти на абордаж?

Мне очень хотелось, чтобы люгер оказался британским. Но мичман Джек Мортон, славившийся своим острым зрением, взглянув в подзорную трубу, хриплым голосом доложил мне:

– Сэр, это русский военный корабль…

* * *

14 (26) апреля 1801 года. Балтийское море. Район острова Нарген. Борт 12-пушечного люгера «Великий князь».

Сапожников Дмитрий Викторович, старший мичман в отставке

Начальство надо брать измором. Эту мудрость я понял еще во времена моей службы на флоте. Правда, начальство – оно разное бывает. Есть такое, что послушает-послушает твои жалостливые просьбы, да и пошлет тебя далеко-далеко. Но подполковника Баринова я сумел-таки уболтать…

А все началось с того, что краем уха я услышал, как наш старший «градусник» сказал капитан-лейтенанту Крузенштерну, что, дескать, было бы неплохо послать какой-нибудь небольшой парусный корабль на разведку западнее Ревеля. Крузенштерн немного подумал, а потом сказал, что он посоветовал бы для этой цели использовать люгер «Великий князь».

– Николай Павлович, кораблик этот довольно прочный. Ходок неплохой, да и вооружен он дюжиной карронад. Если что, то он может дать отпор даже фрегату. Командир люгера капитан-лейтенант Рожнов – моряк опытный и боевой. Он храбро сражался при Гогланде и был ранен в этой баталии.

– Ну что ж, Иван Федорович, пусть будет «Великий князь». Я сейчас иду к адмиралу Макарову, где заодно переговорю с ним о моем предложении насчет разведки. Жаль только, что нужные нам сведения мы получим не сразу. Даже если Рожнов и узнает нечто, что представит для нас интерес, то сможет все рассказать лишь по возвращению в Ревель. Может быть, дать ему человека с рацией?

Вот тут-то я и встрепенулся, словно старый конь, заслышавший звук боевой трубы.

– Товарищ подполковник, Николай Павлович! – воскликнул я. – Разрешите мне сходить на люгере в море. Я, как-никак, старший мичман – по здешним меркам – офицер. Что такое море – я еще не забыл. Рацией пользоваться умею, да и помочь экипажу, если тому придется сцепиться с британцами, тоже смогу. Дайте мне только автомат или пулемет.

Сказать честно, мое предложение подполковнику Баринову не очень понравилось. Он хмуро посмотрел на меня, вздохнул и предложил товарищу старшему мичману не встревать без разрешения в разговоры старших его по званию. А потом ехидно поинтересовался, сколько мне лет.

– Товарищ подполковник, – не выдержал я. – Ведь мне хочется не просто погеройствовать, а чтобы все было в полном ажуре. Скажите, в вашей группе есть те, кто хотя бы раз выходил в море на боевом корабле?

Баринов сбавил тон и стал объяснять мне, что он не имеет права отпускать меня в рискованное путешествие на допотопном паруснике.

– А если англичан будет много, и люгер примет неравный бой?

– Русские моряки не раз оказывались в подобных ситуациях, – ответил я. – К тому же надо будет пополнить экипаж «Великого князя» опытными комендорами из эскадры адмирала Ушакова, а для усиления огневой мощи принять на борт десятка два егерей генерала Багратиона. Полезет британец на абордаж и тут же получит в лоб меткую пулю из штуцера.

Крузенштерн с любопытством