Окрик памяти. Книга первая - Виктор Ефимович Копылов

фотографий электрическое освещение, изображение в естественных цветах, стереосъемку для получения объемности снятых предметов. Для примера показана стереофотография семьи Огибениных на крыльце дома в саду (илл. 182). Изображение здесь двойное: для левого и правого глаза. Снимок сделан популярным в те годы американским фотоаппаратом «Кодак» со сдвоенным объективом. Чтобы получить эффект объемности изображения, надо рассматривать сдвоенную фотографию через стереоскоп или, при определенном навыке, без него. Для этого страницу книги следует держать на расстоянии около тридцати сантиметров от глаз. Усилием воли надо попытаться совместить оба изображения в одно: они станут медленно ползти навстречу друг другу. Когда изображения совместятся, их станет три, и центральное из трех видимых глазами снимков будет объемным (на левое и правое изображения не следует обращать внимание). Разница в качестве объемного и плоского изображений столь же велика, как между цветным и черно-белым снимками. Вот почему опытные мастера как в прошлые годы, так и сейчас не жалеют усилий на переход к стереоскопической фотографии. Не обошел эту заманчивую возможность и Т.К. Огибенин.

Известны пейзажные работы Огибенина, выполненные им на отдыхе в районе озера Боровое (Казахстан). Они также использовались для изготовления почтовых открыток, которые тиражировались в Омске, Кокчетаве и Петропавловске. В 1895 году Т.К. Огибенин фотографировал павильон Курганской сельскохозяйственной выставки. Некоторые из его снимков приводятся в книге.

Когда человек много экспериментирует, применяет новинки фотографической техники и технологии, готовит работы высочайшего качества, не уступающие столичным изделиям, известность его переходит далеко за рамки региона, где он в основном работает. Так случилось и с Т.К. Огибениным. В начале века его пригласили в Париж на Всемирную фотографическую выставку, где он достойно представлял своими работами Россию и Сибирь.

У Тараса Климентьевича за многие годы скопился богатейший архив: множество негативов, снимков, фотоаппаратов, старинных книг по фотоделу. К сожалению, величайшие исторические ценности погибли: были сожжены во дворе после продажи в 1935 году фотопавильона артели «Бытовик». Руководство артели оказалось неспособным оценить доставшееся им богатство, а о передаче его в архив никто не додумался. Сам Т.К. Огибенин что-либо изменить уже был не в состоянии. Он скончался перед продажей павильона в том же 1935 году 72-летним инвалидом. Его похоронили на Текутьевском кладбище в Тюмени, частично сохранившемся до сих пор возле ДК «Геолог».

После гражданской войны, в разруху, в Тюмени нашлись благоразумные руководители, которые спасли фотопавильон Т.К. Огибенина от гибели. В апреле 1920 года жилищный отдел губернского военно-революционного комитета (губвоенревком) пытался отобрать фотоателье под квартиры. Председатель губвоенревкома Бельгов отменил решение отдела, мотивируя отказ тем, что «фотография Огибенина как образцовая мастерская, помимо своей обычной работы изготовляет фотографические материалы и может служить учебно-показательной лабораторией для местных фотографов».

Многолетняя и безупречная деятельность коллежского секретаря Т.К. Огибенина достойно оценивалась Тюменской городской Думой. Благодаря своему высокому авторитету Огибенин в течение более чем двух десятков лет избирался гласным городской Думы, членом ревизионной и школьной комиссий, работал в совете Пушкинской городской библиотеки и в комиссии по строительству городского водопровода. Так, сооружение в 1914 г. водонапорной башни, сохранившейся до сих пор по ул. Дзержинского, произошло с участием Т.К. Огибенина. В предреволюционные годы он был членом городской управы и кандидатом на место городского головы (1915 г.).

К сожалению, стало уже правилом без исключения, что как только начинаешь говорить о каком-либо выдающемся человеке, обладающем незаурядным талантом, упоминания о политических репрессиях обойти не удается...

После свертывания нэпа прежние заслуги Огибенина оказались забытыми. Более того, по ряду обстоятельств он оказался в опале. Его сын Григорий Тарасович, родившийся в 1897 году от второго брака (илл. 183), в молодые годы учился в Петроградском горном институте. Гражданская война помешала закончить ему полный курс обучения, затем, уже в Тюмени, он был мобилизован в армию Колчака. В военных действиях участия почти не принимал, а в г. Канске перешел на сторону красных. Однако печать «сотрудничества» с Колчаком сопровождала его и его отца вплоть до 1937 года, когда он был арестован и погиб. С 1929 года его отнесли к «лишенцам» – людям без избирательных прав.

Григория Тарасовича Огибенина помнят в Тюмени как весьма талантливого человека, он стоял у истоков высшего образования в городе: создавал первый агропедагогический институт, организовал там химические лаборатории, был доцентом, заведующим кафедрой, имел печатные научные труды, пользовался непререкаемым авторитетом у студенчества.

Думается, гибель архива семьи Огибениных стала следствием ареста сына Т.К. Огибенина.

ГЛАВА 9. ФАБРИКИ СВЕТА, ИЛИ К ИСТОРИИ ЭЛЕКТРИФИКАЦИИ ТЮМЕНИ

«Элемент неожиданности – постоянная

составная часть технического прогресса,

и это как раз то, что невероятно трудно

совместить с любыми из обычных

принципов планирования».

Ч. Таун.

Блага цивилизации, без которых мы не можем представить себе нашу жизнь, еще в начале XX века не были повсеместными. Речь идет, в частности, об источниках и средствах освещения. На протяжении периода времени с конца XVIII и до начала XX века человечество прошло сложный, но невероятно интенсивный по развитию осветительной техники путь, расставшись с лучиной и стеариновыми свечами. Их заменили в быту керосиновые лампы, а на улицах городов газовые осветительные горелки. Первые горелки с использованием каменноугольного светильного газа и централизованного снабжения им по так называемым «газовым» трубам появились во Франции в 1789 году. Для отдельно стоящих уличных фонарей в тарелках применялся карбидный ацетилен.

На старых фотографиях городских улиц Тюмени и Тобольска конца XIX – начала XX веков можно часто увидеть такие фонари на столбах (илл. 184). В музее истории науки и техники Зауралья экспонируется газовый осветительный рожок (илл. 185) стандартной для тех лет конструкции системы Питтнера. Рожок имеет сетчатую тарелку, стеклянный колпак с отверстием вверху и реечный узел ручной регулировки подачи воздуха. В нижней части рожка крепился медный цилиндр с помощью мелкой «газовой» резьбы. Он наполнялся карбидом кальция и располагал устройством медленной подачи воды. Образующийся ацетиленовый газ поступал в горелку.