Рыцарь в старшей школе - Дмитрий Ш.

звонить, просьбами не забывать приезжать на выходные, нагрузив подобно ослику, кем я себя и ощущал. А кем ещё, получая инструкцию за инструкцией, вплоть до того, как правильно заваривать чайные пакетики. Где хранить носки. Сколько раз в неделю менять нижнее бельё. Они правда думают, что их брат настолько несамостоятельный и пропащий? Я всего лишь переезжал в общежитие, а не в дикую сельскую местность, куда-нибудь в глубинку Шотландии. Зачем мне тащить туда столько припасов? Они бы ещё электрочайник в чемодан запихнули. Зря об этом спросил. И электрочайник, и утюг, и фен, и даже гантели Ханны, они-то на кой чёрт мне сдались, всё положили, ничего не забыли. И откуда только достали этот огромный, дурацкий, неудобный чемодан ядовито жёлтого цвета, с узором из розовых свинок? Да ещё под одной из них написав маркером, — Эрик. Ну что за тупоголовые сёстры. А вот это я уже зря сказал. Кара была мгновенной и неотвратимой.

Сначала натёрли кулаком макушку, взлохматив волосы, а потом, отобрав все сумки, оставив только пакет со сменной одеждой, выгнали из дома. Сказав, что изъятые вещи будут дожидаться меня в коридоре. Как одумаюсь, пойму, от чего отказался, приду извиняться, тогда их и заберу. А пока обойдусь пакетом чипсов от Марты. Пачкой заварной лапши от Эдит. Маленькой пластиковой расчёской от Ханны. И дурацким старинным будильником от Норы, в круглом металлическом корпусе с двумя грибовидными трещотками, способными поднять даже мёртвого, или убить живого.

Общежитие, миленький домик, который поставили на отшибе огромной территории школы Святой Анны, выглядел, как с картинки. Про лесника. Код от электронного замка скинула мне на такую же электронную почту секретарь школьного совета. Зайдя внутрь, почувствовал себя настоящим домовладельцем. Хозяином пустых стен. Ни бытовой техники, ни мебели, ни даже посуды внутри не обнаружил. Только выключатели, розетки, регулятор температуры системы подогрева пола, да сантехнику. А на чём, по их мнению, я должен спать? На тёплом полу? Надо будет срочно приступать к исполнению коварных планов.

Оливия Грей от моего желания обзавестись личной служанкой, то есть комендантом мужского общежития, которая должна будет следить за порядком в нём, в восторг не пришла. Мягко говоря. Посмотрела, как на дурака. С неимоверным изумлением. Расту, в каком-то плане. За несколько часов поднявшись от уровня вьючного животного до первобытного дикаря, пришедшего к мамонту договариваться о разделе его шкуры.

— Йохансон, ты спятил? Вопросами найма служебного персонала занимается школьная администрация. С какой стати я должна ходатайствовать за твою знакомую, у которой из всех документов, только справка из полиции об отсутствии проблем с законом? Тем более иностранке, имени которого ты даже не знаешь. Да ещё с просьбой выделить ей одну из комнат в мужском общежитии. Хотя бы приблизительно представляешь, как эта просьба выглядит со стороны? Ещё и часа не прошло с момента твоего заселения, а я уже хочу тебя выселить. А если подразумевалось то, о чём я подумала, то ещё и отчислить из школы.

Оливия ошеломлённо покачала головой, всё ещё не в силах прийти в себя от столь… наглой и прямолинейной просьбы.

— А если принять её на испытательный срок? Без выплаты зарплаты. Я готов взять это на себя, — сделал новую попытку, смягчив требования.

— Ты и без этого слишком много на себя берёшь. Надорвёшься. Иди отсюда. К директору. Пусть он принимает решение. Я рекомендовать куда нужно, кого попало, не стану, — объявила о своей твёрдой позиции.

— Боюсь, в этом месяце лимит просьб к директору я уже исчерпал. Похоже, — озадаченно почесал затылок, размышляя, пора ли переходить к плану Б, — выбора нет. Придётся подключать посредника.

— У тебя есть знакомые, которые способны убедить директора согласиться на этот бред? — поразилась Оливия.

Чья картина привычного мира продолжала сотрясаться и трескаться.

— Нет, конечно. Тебя, — честно предупредил девушку, вызвав у неё кратковременный ступор. — Иначе школьный совет заблокирует это решение через родительский комитет. По просьбам неравнодушных учениц с богатой фантазией, и, скорее всего, собственным предубеждениям. Под давлением общественности директор Шелтон уступит скорее тебе, чем мне, — объяснил мотив такого решения. — Никто же не поверит, что я пропихиваю в школу не любовницу или прислугу, которой здесь лишены благородные леди из куда более уважаемых семей, а помогаю знакомой, находящейся в сложном положении.

Выражение лица у Оливии стало очень забавным. Как у выброшенной на берег рыбы.

— Поздравляю, — демонстративно похлопала в ладоши. — Ты настолько отчаянно смел, что это вызывает уважение. Настолько безумен, что к нему добавляется страх. И настолько… невыносим, — подобрала приличное слово, всё же воспитанная леди, — что хочется собственноручно свернуть тебе шею. Даже не знаю, что делать, — растерянно развела руками.

— Согласиться? — подсказал с робкой надеждой.

— У меня очень сильно чешутся руки злоупотребить служебным положением. Йохансон, чтобы больше в этот кабинет с подобными глупостями не заходил. И вообще, пореже со мной разговаривал. Ты выводишь меня из себя. Уж лучше бы как все нормальные ученики предлагал перекрасить стены, обновить школьный инвентарь, учебники, меню в столовой, сократить часы какого-нибудь предмета или выделить больше денег на клубную деятельность. Я уже боюсь представить, что услышу в следующий раз. Иди отсюда. Твою кандидатуру коменданта мужского общежития утвердят только через мой труп.

— Хорошо. Пойду над этим работать, — огорчённо вздохнул, разворачиваясь к двери.

— Что?! — повысила голос ошеломлённая Оливия, не сумев сдержаться.

— Я в том смысле, что пойду работать над утверждением этой кандидатуры, — поспешил оправдаться, чувствуя, как от её прожигающего взгляда, фигурально выражаясь, начинает дымиться мой пиджак.

После ухода одноклассника Оливия успокоилась далеко не сразу.

— Леди Грей, с вами всё в порядке? — заботливо спросила секретарь школьного совета, пряча улыбку.

Бухгалтер, склонив голову над учётной книгой ещё ниже, что-то яростно в ней застрочила, как только Оливия с подозрением посмотрела в её сторону.

— Нет. Чёртов Йохансон! Чёртов директор Шелтон! Вместе с его реформой, которую я как не одобряла, так и не одобряю. Чёртова Кейси, втравившая в эту историю! Познакомившая с новой головной болью. Будто у меня до этого проблем не было. Хотя, оглядываясь назад, начинаю в это верить.

После уроков, на которых Оливия Грей в упор меня не замечала, причём настолько заметно, что староста класса от любопытства чуть не