Сталин – Аллилуевы. Хроника одной семьи - Владимир Аллилуев

"Застой" тяжел тем, что засасывает, как болото. Ю.В. Андропов, дерзнувший вытащить страну из этого болота, в 1983 году пытался на морально-партийной основе стимулировать творческую мысль наших ученых. Тогда-то и обозначился, хотя с опозданием на целых тридцать лет, вопрос вопросов: кто мы такие и где находимся? Но кукушка уже прокуковала, не отведя времени на разработку ответа, да и теоретическая мысль нашего гуманитарного ученого корпуса оказалась худосочной, догматической и плоской, как ржавая селедка.

Но вот зашелестел апрельский ветер 1985 года. Как оказалось — с данайских берегов.

М.С. Горбачев начал свою перестройку с того вопроса, который был обозначен еще во времена Андропова. Стране был дан вновь шанс — сделать наконец реальный шаг к реальному социализму. Он был выстрадан народом сорокалетним поиском новых путей, напрягом в "холодной войне" и твердой верой в возможности социализма. СССР еще был державой с единым народнохозяйственным комплексом, не уступающим по своему потенциалу развитым элитным странам. По данным ежегодного статистического справочника, который готовит американское ЦРУ, уровень промышленного производства в Советском Союзе к середине 80-х годов на душу населения почти втрое превышал средний мировой уровень. За все годы Советской власти промышленность в СССР развивалась в шесть раз быстрее, чем в остальном мире. И это при всем при том, что действовали сдерживающие тормоза, так как нам не удалось внедрить ту систему управления экономикой, которая давала бы простор для жизни социалистического организма, повышения качества труда, для такого роста производительности труда, который позволил, выйти на социалистические рубежи по уровню жизни, образу жизни.

Даже в годы "застоя" мы еще шли вперед, а не пятились, как рак, назад. За 1981–1985 годы валовой национальный продукт СССР возрос на 20 процентов, а в США — на 14, Франции и Италии — на 8, ФРГ — на 6 процентов. И только Япония, которая многое позаимствовала у нас, но использовала это с умной головой, дала рост на 21 процент.

А далее началась народная драма, обернувшаяся трагедией. А. Пригарин говорит о трех актах этой трагедии:

"Акт первый — разрушение системы управления народным хозяйством (1987–1991 гг.). Результат — абсолютное сокращение национального дохода на треть. С учетом некоторого роста в США он составляет, уже не 55,3 проц., а только 30,8 проц. от национального дохода США.

Акт второй — расчленение Советского Союза. Его преемником становится Российская Федерация, чуть больше половины страны. Результат — национальный доход России уже только 17,2 проц. от американского.

Акт третий — тотальный кризис всех отраслей народного хозяйства в 1992 году. Результат — падение национального дохода минимум еще на 20 процентов".

В последующие годы все эти показатели еще ухудшились. То, что создавалось десятилетиями, было пущено под откос. Наиболее растерзанным оказалось производство. Это просто погром. Если 1989 год взять за исходный (100 процентов), то в 1993 году промышленность в целом составила лишь 72 процента от 1989 года, а в 1994 году — всего 59 процентов. Произведенный национальный доход в 1993 году составил лишь 59 процентов к 1989 году (по данным Института экономики РАН). По официальным данным, падение производства составило 41 процент, а по неофициальным (обычно более точным) 50–55 процентов. Любое государство уже бы рухнуло замертво!

Таков оказался результат реставрации частно-рыночной системы. Но его главный итог — падение жизненного уровня народа. Только в 1992 году падение реальных доходов населения, по данным Минэкономики, составило 30 процентов, а на деле — 40!

За короткий период произошло резкое расслоение населения. У нас теперь появились богатые, сверхбогатые, среднебогатые, бедные и совсем бедные — нищие. Но обедневшие составляют большинство — примерно 80 процентов населения, причем 35–40 процентов из них имеют доходы ниже прожиточного минимума.

Но вначале было Слово, В 1985–1990 годах в стране была создана широкая идеологическая база, обеспечившая развал СССР, отказ от социализма и реставрацию частнособственнических отношений. Я уже касался этих проблем. Парадокс состоял в том, что именно в партии вызрели силы и средства для этой масштабной антисоциалистической и антинародной диверсии. Потому-то народ не сразу разобрался в этом предательстве и коварстве. Ведь весь этот идеологический процесс шел под знаком "больше социализма, больше демократии".

А началось все с демонтажа прошлого, с его, до неприличия, погромной критики. СССР был назван "империей зла" в противовес "доброму" Западу с его общечеловеческими ценностями, с которого нам, как пионерам, надлежит брать пример. Социализм был приравнен к тоталитаризму, а партия отнесена к административно-командной бюрократии, душившей все живое и прогрессивное. Общественная собственность объявлена изжившей себя, как ничейная, а плановая система — реакционной. Все десятилетия Советской власти оказались длинным путем в тупик, дорогой в никуда. Отсюда — вперед к светлому капиталистическому будущему. И Б.Н. Ельцин одним из первых "снял свой красный пиджак".

Я не буду касаться деталей. Об этом написано уже немало книг с серьезным анализом и убедительными фактами. Замечу еще раз, что перестройка началась с объявления курса по исправлению социализма от сталинских деформаций, что, по железной логике вещей, не могло не привести к демонтажу социализма, погрому СССР. Все шло по заранее и не у нас спланированной цепочке: Сталин — Партия — Ленин — СССР, а упакованные в один пакет основные звенья этой цепочки означали только одно — демонтаж социализма, демонтаж тысячелетней российской державы.

Сокрушительный удар был нанесен по партии, причем внешне он выглядел как борьба за демократизацию партии, ее обновление и укрепление.

Сложность проблемы состояла в том, что партия, начав перестройку под знаком кардинального обновления и укрепления социализма, перехода к новому качеству развития, оказалась дезориентированной по существу. Кроме впечатляющего, но эмоционального утверждения: "Так дальше жить нельзя", никакой конкретной программы не было. Л.С. Черняев, помощник М.С. Горбачева, весной 1989 года записывает в своем дневнике: "Концепции — к чему именно идти — нет".

Для партии, тем более коммунистической, такое состояние катастрофично, но она еще этого не понимала, со смятением внимая зигзагам "нового мышления" своего генсека, который, как впоследствии выявилось, уже прощался со своими марксистско-ленинскими убеждениями и "дрейфовал" в сторону берега под названием, современный капитализм под буржуазным, социал-демократическим соусом.