Секта для бога - Алексей Кривошеин

— Но тогда не слишком ли жестоко мы с ними поступили? — проговорил Игнат.

— Хватит болтать, надо идти! — прервал Егор и первым шагнул к городу.

Игнат, словно привязанный, двинулся следом.

Дейв сидела на коленях Гроба и млела от счастья. Как же все-таки приятно быть девушкой главаря! Как всегда, по вечерам они находились в заброшенном здании за гаражами. Сегодня здесь собралась вся банда.

Солнце еще не зашло, но уже полыхают огнем бочки. Бот, как обычно, остервенело лупцует грушу. Жека и Гера, эти тупые увальни, сегодня сидят тихо — то ли обкурились дури и балдеют, то ли замышляют что-то недоброе. После прошлого раза не смеют даже подходить. Дейв повернулась к Гробу и впилась в него поцелуем.

Как же все-таки приятно быть девушкой главаря! Ведь он сильнее всех, сидя на его коленях, можно кого угодно уколоть своим острым язычком, никто не дерзнет ответить. А если ответит... Она вспомнила, как визжал и потел напуганный до смерти Жека. Дейв зажмурилась от приятных воспоминаний.

Она почувствовала, как Гроб напрягся. Дейв недоуменно оторвалась от него и обернулась. Вихляющей походкой к ним подходил Заяц, невысокий, тощий мужичок с противной бородкой и гнилыми зубами. Заяц — любитель женщин и самый жестокий член банды. Пока не было Гроба, именно он был главарем. За спиной Зайца угрюмо переминались несколько парней из прежнего состава банды. Гроб поднял голову — подбородок высокомерно вздернут, глаза холодно оглядывают Зайца и его людей.

— Слушай, Гроб! — сказал Заяц заискивающим голосом. — Мы тут подумали... У нас ведь банда? Ты главарь, так?

— Так! — согласился Гроб. Глаза его прищурились — Заяц замышляет что-то непонятное. Никак не желает смириться с поражением? Что ж, его право!

Дейв по-прежнему сидела у него на коленях и обнимала его. Она тоже повернулась к Зайцу, ее личико выразило отвращение. Все девочки банды проходили через руки этого козла. Ей повезло, Гроб сразу положил на нее глаз. Теперь она девушка главаря, а это значит, что всяким Зайчикам доступ к ней заказан.

— Закон банды гласит: все бабы общие! — осклабился Заяц. Его узловатый, корявый палец уперся в Дейв. — Я хочу взять ее!

Дейв задохнулась от возмущения. Да как этот наглец смеет?! Просить такое у самого Гроба. Он размажет его по асфальту, порежет на куски, разметает по ветру. Со злым удовлетворением почувствовала, как напрягается под ней Гроб. Его глаза опасно сузились, скрипнули зубы.

— Ты играешь с огнем! — медленно проговорил Гроб.

Он стряхнул с себя Дейв, уже наученная прежним опытом, она легко соскочила с него. Ее глазки мерцали в предвкушении расправы. Заяц слишком обнаглел, пора ставить на место.

— Гы! — осклабился Заяц. Дейв увидела его гнилые, почерневшие зубы, и ее передернуло. — Слышите, ребятки? Я играю с огнем? А может, это ты играешь с огнем? Нельзя пренебрегать законами!

— У нас здесь есть один закон! И это я! — проговорил Гроб.

Он шагнул вперед, рука его легла на пояс. Там в широких ножнах висит нож. С помощью силы Роста он скрывал его от посторонних глаз — непосвященным кажется, что он появляется в его руке из пустоты. Его стальные глаза обвели парней. Все, кроме Зайца, опустили взгляд.

Дейв замерла в предвкушении. Сейчас у ее любимого в руке появится сталь, он махнет ею. А может быть, начнет глумиться, как тогда над Жекой. Все-таки приятно быть девушкой главаря!

— Я вижу твой ножик! — оскалился Заяц. — Не забывай, вчера меня посвятили в секту. Я такой же посвященный, как и ты! Ты не можешь меня тронуть! Сектантам запрещено причинять зло друг другу! Иначе тебя лишат силы? Ты забыл?

Гроб замер, так и не донеся руку до ножа. Ухмылка Зайца сделалась шире.

— Я безропотно подчинялся тебе! Ты лучший главарь, которого я знаю! Ты справляешься с этим даже лучше, чем в свое время я! В этом я не отказываю тебе! Но закон есть закон! Бабами нужно делиться! Не было еще в нашей банде правила, когда один человек имел одну бабу! В банде все общее! В том числе и бабы! — Глумливость исчезла с лица Зайца. Теперь он говорил быстро и серьезно.

Челюсть Гроба все сильней выдвигалась вперед, руки со скрипом сжались в кулаки. Дейв затаила дыхание — сейчас любимый голыми руками разорвет этого наглеца.

Медленно, словно на его плечи положили целую гору, Гроб обернулся к ней, потом посмотрел на Зайца. У того уже текла изо рта слюна — так он хочет заполучить Дейв. Почему Гроб медлит, почему не ударит наглеца, не сотрет с его лица это похабное выражение?

— Я сильнее тебя!

Слова с трудом давались Гробу. Видно было, что он едва сдерживает ярость. Заяц опустил глаза и прикрыл их рукой. Это Знак полыхает над головой Гроба.

— Я согласен, — подобострастно кивнул Заяц. — Но не забывай: надо мной такой же Знак. Может быть, менее яркий, но он есть! И это значит, что ты ничего мне не сделаешь. Если я сейчас подойду к ней без твоего спросу, ты ничего мне не сделаешь! Но я чту закон. Я сделаю это только с твоего согласия!

Дейв лишь теперь почувствовала неладное. Что-то случилось с ее Гробом. Почему он не нападает на наглеца? Ведь он такой сильный! Заяц близко с ним не стоял. Но Гроб медленно выдохнул воздух сквозь сжатые зубы, кулаки его разжались.

— Я тоже чту закон!.. — Голос Гроба прервался. Он скрипнул зубами и сказал уже тверже: — Моя девушка — ваша девушка! Да будет так!

Он отвернулся и зашагал. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда, подальше от торжествующей рожи Зайца, подальше от испуганных глаз Дейв. Ярость клокотала в его груди, но он ничего не мог поделать. Заяц посвящен в секту. Теперь они обязаны помогать друг другу. А девка — это не достаточно серьезная причина, чтобы идти против правил секты.

— Семен, что с тобой! — услышал он за спиной испуганный выкрик. — Не оставляй меня одну!

— Заткнись, дура! — кинул он сквозь зубы, не останавливаясь.

Дейв расширившимися глазами глядела ему вслед. Что с ним? За что он ее бросил?

— Ну что, детка? Теперь ты моя!

Перед ней стоял Заяц. Его руки растопырены, словно он играет с ней в жмурки, почерневшие зубы оскалены. Дейв передернуло.

— Иди сюда! Поцелуй меня! Я так долго этого ждал! — кривлялся Заяц.

Дейв едва не вывернуло, когда она представила, как его рот с гнилыми зубами коснется ее рта.

— Нет! Нет! — шепнула она. Ее тело задрожало, ноги подогнулись. Захотелось исчезнуть, убежать из этого злого места, но сил уже нет. Предательство Гроба отняло все ее силы.

Ее подхватили грубые руки, она почувствовала, как с нее срывают одежду. Остановившиеся глаза увидели, как за ухмыляющейся головой Зайца появляются Жека и Гера.

— А чего, я не понял... Ее щас всем можно тыркать, что ли? — удивленный голос Геры.