Рус Четвертый - Этруск - Вадим Крабов

— Это правильно, но и с внуками не затягивайте… я вот еще что хотел. Хочу подарить дочери землю… ей, а не тебе, не возмущайся! Рядом с Плато Шаманов, на границе с пятном обширная степь, откуда ушли кочевые роды…

— Стой! — Руса вдруг осенило, а князь недоуменно замолчал, — скоро начнется война за пятна, поверь мне…

— Знаю! — перебил его Пиренгул, — мы с Андреем ездили к Великим Предкам. Они рассказали, что каганы ушли… и тобой недовольны, ты разберись с ними, что ли…

— Разберусь, — отмахнулся Рус, — а как твари, не слышал? — «понятия не имею, работает ли «Око Всеведенья»…»

— Полторы декады бесились, а после… это государственная тайна, особо от Отига и других орденов храни, они еще не раскусили. На астрал все надеются, глупые, опасаются посылать разведчиков — их много за первые дни после «Ссоры Богов» не вернулось… так вот. Чем дальше в пятно, тем спокойней твари. Как обычные звери ведут, только что много того зверья. А что задумал? Сразу скажу — у меня сил не хватит удержать там хоть кусочек — те же эндогорцы сомнут. Но заманчиво!

— А раз заманчиво, то подари дочери город Кальварион и окрестную долину. Там плодороднейшая почва, покормит хоть пять твоих Тиров. У города стены — сто лет оборонять можно, к долине ведут всего два проходимых перевала с отличной дорогой, а на входе в долину — форты. Одной сотней можно стотысячную армию сдерживать и никак не обойти…

— Откуда!?.

— Знаю и все, — сказал, как отрезал, — а в самом городе и в скалах богатств… короче, пиши официальную дарственную на дочь. По всем правилам, с магической защитой, освященную в храме.

— Это все равно недействительно!

— Удержим долину — очень даже действительна. Понял? Спор перейдет на Суд Богов и наша взяла.

— Ясно! — Пиренгул от возбуждения чуть не вспыхнул, — ты сам отряды поведешь?

— Нет, — твердо ответил Рус, — Леона попрошу, он давно покомандовать хочет.

— А ты? — удивился князь.

— Я буду помогать исключительно советами, планы нарисую и своей «тропой» — она действует. Немного грузов, людей не больше двух десятков, а сам — не пойду, — последние слова произнес так холодно, что Пиренгул мгновенно остыл.

Рус боялся. Побывав в «божьей шкуре» стал опасаться, что стоит дать Силе пятна Имя, когда он будет там находиться, то окончательно растворится в той Силе. Потеряет себя, свою Душу, свою Любовь. Да, ощущения в пятне, не идут ни в какое сравнение с могуществом Бога, но как говорят: «Обжегшись на молоке, дуют на воду», — заработал себе новый комплекс. Теперь жалел о возврате пятен, но в тайне лелеял надежду, что скоро люди дадут той Силе Имя и тогда можно смело входить в «родной Мир». С новым Богом договорится, как договорился со «старым» Френомом.

Андрей веселился от души и, находясь в хорошем подпитии, с трудом понял вопрос Руса:

— Как смурной? Да, друг без подготовки свадьба — не свадьба. Музыки мало, гостей чуть. Но я рад за тебя и веселюсь!

Они с Грацией уже поздравили молодых, подарили какие-то дорогие безделушки и Рус нашел обоих вполне счастливыми. Или Асмальгин как обычно насплетничала?

— А, ты о том, как мы на Плато Шаманов с Пиренгулом ездили? Представляешь, призраки утверждают, что ты мог, а не выполнил обещание. Грозятся больше не пускать, а там все наше золото! Векселя больше не принимают. Такие дела, друг. Ты разберись с ними!

— Разберусь, — облегченно вздохнул Рус. Думал у них с Грацией нелады, переживал за обоих, — векселя скоро начнут принимать и без Звездных Врат, поверь мне выгодное же дело, удобно.

— Ты это купцам объясни.

— Сами разберутся, не маленькие. Ты не думаешь завязывать с учебой?

— Это ты о пятнах, которые теперь бесхозные? А что, ввяжемся? — глаза Текущего загорелись, — ты только намекни! А про учебу ты опоздал — я уже взял отпуск. Некогда в Альдинополь съездить, сдать работу, представляешь! Самый злющий Стандор не придерется — подмастерье, а если добрый, то мастер. Учись, ученик!

— Научусь! — усмехнулся Рус, порадовавшись за друга.

А сам подумывал еще покопаться в орденской библиотеке и завязывать. Абсолютно другой принцип структур, учиться по большому счету нечему. Алхимию просмотреть, астрологию и достаточно.

И еще. На свадьбе забыл сказать Пиренгулу, но непременно скажет. В пятне рабство отменяется. Плевать, как он воспримет, а перед собой надо идти до конца. Не развалится хозяйство — этруски вполне себе успешно живут.

Борис все-таки задумал оформить затяжное следствие в обширное повествование: «Приключения Руса, принца Этрусии на просвещенных землях». Только что закончил приписку и удовлетворенно прочитал:

«…Рус стал царем Этрусии, но благородно передал царский венец своему лучшему соратнику, Эрлану, дабы вернуться к любимой. Волею Богов перенесся в далекий Тир и женился на ней, на прекрасной княжне с чудесным именем Гелиния. Живут до сих пор и счастливы вполне…».

Труд сочинителя стал отдушиной в тяжелой работе, которая навалилась после «Ссоры Богов».

Умерли все сильные и многие слабые жрицы Лоос, огромное Древо засохло. Дарки бы с ними, но освободились их рабы, перестали работать амулеты «ошейных» рабов. Декаду приходили в себя, а потом…

Оказалось, что в Месхитополе их жило много. Подняли мятеж. Чего хотели — сами не знали, но нашелся лидер, бывший лоосский раб Арилегий. Когда-то служил лоосским гвардейцем и вспомнил навыки. Погромили город и перешли на пригородные виллы, как магнитом притягивали к себе новых и новых, уже «обычных» рабов. Присоединялись и приписные поселенцы.

Стража не справлялась. Пока гонцами и голубями вызвали армию, пока одна часть пришла с зимних маневров, вторая вернулась из Сорбонии, где участвовала в споре за одну провинцию — много дел натворили. Выжгли все пригодные виллы, погромили половину богатых кварталов. Хвала богам, царская гвардия оказалась на высоте. В самом начале бунта разогнала городскую чернь, а это больше она грабила город под шумок рабских возмущений, выгнала рабов, которые, кстати, и сами не стали с ней связываться и закрыла городские врата.

В дело вступили Следящие. Искали всех, кто участвовал и примерно наказывали, то есть вешали. Как радовался Борис, что Каган пропал. «Ночной князь» отправился в Тир и не вернулся, а без организующей воли Кагана преступники попадались на удивление легко. Заочно поблагодарил за это Руса.

Город зачистили, но Борис не вздохнул свободней. На «освобожденной» земле пришлось принимать многочисленные претензии хозяев, сообщения о побегах рабов и приписных поступали тысячами. Где тут отдохнешь? Искать тоже бесполезно — астрал закрыт, но это не оправдание. По слухам, Аригелий преследуемый армией повел свой сброд в Кафарское пятно. У него теперь больше женщин с детьми, чем «воинов». Маневрирует, идет через горы. Так, глядишь, и дойдет и уже там всех погубит. Ох уж эти рабские легенды! А еще, по многочисленным докладам очевидцев, которым не было смысла обманывать, бывших лоосских рабов плохо берет магия. Что «огненные вихри», что «снежные вьюги» валили их с большим трудом, словно они сами — живые Знаки. Но с этим пусть ордена разбираются, когда поделят «наследство» Лоосок и Ищущих, а ему «обычных» беглых рабов более чем достаточно — гора заявлений на их розыск все росла и росла.