Как воспитать ниндзю - Люда и Игорь Тимуриды

- Проклятье, этот ублюдок искусал всю Лу, – хмуро сказала Мари. – Неужели его никто не сообразил заткнуть?!?

Ублюдок вертелся рядом. Его заткнули. Я плохо слышала, но совершенно не могла говорить. Я хотела спать.

- Лу, может тебе что-то надо? – прижимая меня к груди и опять впадая в истерику и страх, прошептала Мари.

- Спать, спать... – одними губами прошептала я.

- Она говорит! – радостно вскликнула она и истерически разрыдалась вслед за этим, когда меня осторожно, но твердо отобрали чьи-то мужские руки.

- Логан... – непослушными губами бездумно сказала я, бессмысленно смотря на него. – Ты мой па...?

- Успокойся, – шепнул он, поцеловав меня и осторожно положив на мягкое сиденье. – Кто бы ты ни была, я люблю тебя...

Я погрузилась в неровный сон.

- Проклятье, они нас догоняют, – слышались крики.

- Остановитесь!!!! – пробил все окружающее громовой голос.

Мы нарвались на другое крыло конницы – вяло и отстранено почти подумала я, вернее, наверно, мелькнула тогда такая мысль в распаленном больном мозгу. Когда уезжали от конницы занятой принцем, не было времени выбирать дорогу, а та, по которой мы ехали, вела не перпендикулярно, а прямо... А может я потом уже это придумала.

- Бандиты, спасите, – упорно прошептала я, пытаясь сквозь туман расстроенного мозга достучаться до кого-то наверху еле слышными губами. – Спасите, спасите...

Получалось тихо-тихо. Никто не слышал. Я чуть не заплакала. Но упорно пыталась повторить снова и снова непослушными губами.

По счастью, Мари услышала. Мы с ней понимали друг друга с полуслова.

- Бандиты, спасите!!!! – бешено завопила она.

Этот клич мгновенно подхватило сорок глоток.

- Спасите, бандиты!!!! – ревел как дикий слон Логан, а его одноглазые верзилы прямо таки выли от ужаса, оря: – На помощь, добрые люди! За нами гонятся бандиты!!!!

Я удовлетворенно откинулась. Даже ежу было ясно, что армия не будет стрелять по честным гражданам, которые приняли их за бандитов. Хотя бы не будет стрелять из-за этого недоразумения.

- Остановитесь, именем короля!!! – орали сзади. – Это армия!!!

- Какая армия в два часа ночи!!! – вполне резонно провыл в ответ Логан. – Спасите!!!

- Не остановимся, проклятые обманщики и осквернители честных граждан! – трубным гласом визжал один из самых страшных головорезов Логана, убивший, по моему мнению, с полк солдат.

Этот ублюдок командир-конницы бешено вертелся около меня. Видимо, близость своих придавала ему силы. И мне было так жаль, что я не смогу его успокоить. Силы не было, а он царапался и пытался кусаться через кляп...

Услышав голоса вблизи, он вообще завертелся как веретено.

Но тут резко карета накренилась, идя в гору, над оврагом.

Он привстал.

Но тут карета дернулась, подпрыгнув, и он полетел с нее вниз. Но только, вопреки его желанию, закрытый от своих солдат густым кустарником, так что они его не видели... Прямо в овраг...

Я облегченно вздохнула. Он сам упал, сам...

Судя по всему, никто и не заметил, как этот связанный дурачок с треском полетел в овраг, как куль...

Дурак, нам же лучше, чтобы его не было...

Карета все-таки выровнялась и снова оказалась на виду у преследователей, потому что они снова завопили...

И тут впереди мой слух уловил топот солдат.

Впереди тоже шла армия...

Второй эшелон пехоты, зачищавший окрестности от бунтовщиков – поняла я.

Мы на ходу въехали в нее.

Как ни странно, они расступились. Мало того – поспешили на помощь.

- Проезжайте быстрей... Мы как раз для этого и посланы, – удовлетворенно сказал капитан. – Сейчас мы им всыплем, этим ублюдкам...

- Пожалуйста, капитан, – поспешно проговорил Логан. – Мы вас просим...

В общем, дальше я не слушала.

Это было не интересно, да и я все-таки больная, а не садистка. Зато сцепились как! К сожалению, я была в бессознании.

Но что-то доносилось до меня издалека. Я смутно понимала, почему там так матерятся. Но не очень.

К сожалению, все это быстро кончилось. Как и все хорошее. Один гад другого нюхом чует – чтоб он глаза ему выколол!

- Мать вашу! – в два голоса завопили они, окружая застрявшую в солдатах карету.

- Но, капитан, откуда же мы знали, – оправдывалась мама. – Мы едем себе спокойно, ничего не подозреваем, ничего не знаем, даже слыхом не слыхивали ни о какой армии, не видели давно, и ни о каком королевском приказе...

- Так-так графиня, – помог ей досказать подскакавший на взмыленном коне граф Рихтер, – ничего не знаем, давно никого не видели и ничего не слышали про королевский приказ, хоть буквально только что расстались с нами, и никакой армии, а в карете связанный военачальник конницы...

- А вы бы вообще помолчали, граф Рихтер, – обиженно сказала мама, – если хотите ухаживать за Лу...

- Так-так, – ехидно сказал внимательно прислушивавшийся к перебранке капитан. – А я то думал, откуда граф... Я разберусь сам... А ну откройте карету!

И тут обстановка коренным образом изменилась. Капитан даже не понял, что произошло, только вздрогнул. Даже мне дунуло страшным холодом... Только что бывшие обычными запуганными аристократами люди словно скинули маски и стали убийцами. Капитан плохо понимал, в какой компании находится, и что тут каждый стоил десятка, ибо был безжалостно отобран в боях... Медленно поднимались мушкеты. Уже равнодушно и не обращая внимания на солдат, будто это уже пустое место, с ухмылками переговаривались убийцы Логана. С равнодушными смешками перед гибелью и деловито. Дохнуло смертью. И никто бы их, раз увидев, не спутал бы с обычными людьми даже в полном опьянении. Хотя они еще прикрывали тайно нацеливаемые пистолеты и мушкеты, но уже все пришло в движение...

Даже Мари хладнокровно целилась ему в голову из пистолетов, и, хотя окружающим и не было видно, оба пистолета были наведены на него в упор. Безжалостное и хладнокровное лицо опытного воина смотрело на него. И опытному вояке было видно, как тому, кто видел и мог оценивать тысячи закаленных солдат, что она не промахнется.

Вытерев холодный пот, капитан под дулами все же упорно шагнул в карету.

Все замерло перед взрывом. Все понимали, что сейчас одно слово и начнется хладнокровное смертоубийство... На лице Логана было привычное опьянение смертной опасностью и предвкушением жестокой драки вместо страха перед армией... Все зашаталось как на тонкой вершине, балансируя на невидимой грани, когда капитан глянул внутрь, готовое взорваться от страшного разрывавшего людей невидимого напряжения...

- Так тут же просто один мальчишка! – удивленно воскликнул капитан, не удержавшись.

- Как мальчишка? – дернулся вперед граф Рихтер. И замер.

- Вечно у меня дурные шутки, – неловко искательно улыбаясь, наконец, облегченно выговорил он, вытирая пот со лба. – Говорила мне мама, – заискивающе сказал Рихтер капитану, – не делай так, но я все шучу. Можете их отпускать капитан, вы сами видите, что это простые люди, – он откинулся назад.

Все расслабились. Все улыбались.

- Я должен узнать, что это за мальчишка и почему он ранен... – упрямо сказал капитан.

Он не договорил и вздрогнул.

– Мальчишка должен...

Мушкет Логана медленно поднялся ему в голову. Уже открыто. Без всяких.

Пистолеты Мари смотрели прямо ему между глаз. И никаких женских улыбок. Пистолет графа смотрел ему в глаз. Было ясно, что эти люди будут убивать.

Это была смерть.

Глава 49.

Я точно видела Мари, маму, отца со взведенными пистолетами против всей армии. Они стали бы убивать, даже если надежды выжить не существовало. Все почувствовали, как костлявая встала с косой над каретой и заморозила всех. Медленно поднималось оружие.

- Что за мальчишка? – раздался сзади резкий взволнованный голос тихо подъехавшего Джекки. Он спрыгнул с коня и бросился к карете, не обращая внимания на делаемые изо всех сил “незаметные” предупреждения капитана. – Лу!!! Что с ней?!?

Он ничего не видел, полностью поглощенный мной.

- Не бойся... Все будет хорошо, – тихо нежно и ласково шептал он мне, как ребенку и голос его слегка дрожал. – Я тебя спасу...

Я попыталась что-то сказать, но губы так и не пошевельнулись. Только полустон вырвался из моего горла. Я была как безвольная размякшая кукла.

Прижавший меня к себе принц яростно в отчаянии сжал губы и, осторожно положив меня, так ничего и не добившись.

- Все будет хорошо... – он уговаривал меня как маленького непослушного ребенка со странной нежностью, которой я не могла представить в нем, и тихонько-тихонько, точно боялся потревожить. Но только сейчас это был не мальчишка, а отдающий себе отчет взрослый, болеющий за судьбу близкого и любимого человека. – Тебе надо лежать спокойно... – ласково-ласково уговаривал меня он, видя, что я бьюсь в холодном поту, но его тон не вязался с суровостью и какой-то отрешенной собранностью на его лице.

Он обернулся, не выпуская меня из рук.

- Доктора! – тихо, но так властно приказал он, что все словно пригнулись в сторону, как деревья от мощного ветра. И почему я думала, что это мальчишка, ведь он сейчас словно вылит из стали. Ему беспрекословно подчинились бывалые военные офицеры. Все забегали, засуетились, столько сейчас было в нем мощи, рассудительности, действия.