Барсук (СИ) - Бывший Читатель

— Н-н-найджел?! — опешила Спраут. И было из-за чего.

Волосы у него были всклокочены, под глазами залегли лиловые тени, а руки тряслись, как у запойного алкоголика. Мантии на нём не было, а рубашка вся была в пятнах, видимо, от пролитого скотча. Заметив декана, парень замер, но убедившись, что это не иллюзия, упал на пол при попытке поклониться.

— Пр-ф-с-р Спра-аут… А я… это…

— Мистер Тафнел, — взмахом палочки женщина привела студента в вертикальное положение и почистила его одежду. — Потрудитесь объясниться.

— Шайка Поттера раскрыта. Всем каюк. И поделом! — неожиданно парень впал ярость и беспорядочно замахал конечностями. — Неблагодарные свиньи! Чтобы они все…!

— Ясно… Боюсь, без этого не обойтись…

И, подойдя ближе, профессор Помона Спраут, добрейший преподаватель в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс, веселая хохотушка и любительница анекдотов, отвесила собственному студенту со всего маху увесистую пощёчину.

— За что?! — заскулил пьяный староста, пытаясь соскрести себя с пола, куда он повторно упал, на этот раз с подачи декана. — Это было больно…

— Но действенно. Быстро доложите, что происходит, мистер Тафнел.

— Шайку Поттера раскрыли. Хаффлпаффцев я вытащил. Они не поверили, что я старался для них. И теперь меня ненавидит факультет. Это всё.

— Где все? — женщина обвела рукой пустынное помещение.

— Разогнал по комнатам. Власть старосты творит чудеса! Особенно если тебя ненавидят…

— Бог мой… Только этого мне не хватало… — закрыв глаза, декан барсуков села в кресло. — Я так надеялась, что эти настроения не коснутся хотя бы нас… И что с твоим договором и защитой Альбуса мы выкрутимся… Но ничего! Я всё им объясню…

— Попробуйте, декан, — кивнул Найджел. — Объясните. Через сутки факультет пойдет вразнос. Вы будете уволены. А Хаффлпафф станет вотчиной этой жабы. Она всех здесь приведет к перпендикуляру…

— Подожди, Найджел. Допустим, я не могу. А ты пытался все объяснить? Теперь-то смысла скрывать правду нет.

— Когда я пришёл, Эрни уже поднимал народ на восстание. Я бы не смог. Но к счастью, всё разрешилось. Относительно…

— Это как?

— Салли-Энн, — икнув, парень перестал гипнотизировать взглядом бутылку, стоящую на полу и, откинувшись в кресле, закрыл глаза. — Мы понимали, к чему всё это может привести, и решили так: если всё пойдет плохо и против меня ополчится факультет, то основную роль сыграет Энни, прилюдно бросив меня и назвав предателем. Это могло, конечно, не сработать, но… Всё получилось.

— И теперь ты…

— В ранге прокаженного. Со мной никто не общается, и я ни с кем. И всё, что я могу — это залить свою глупость спиртным. Говорят, помогает, — подхватив бутылку, Найджел приложился к горлышку и сделал солидный глоток. — Я опустошён, декан. Я устал.

— Но… Но как же…

Женщина схватилась за голову. Впервые на её дружном, цельном факультете случилось такое. Отчасти это было связано с тем, что раньше её барсуки не ввязывались в такие истории. Но если и вступали в бой, то все вместе, не пытаясь обмануть или обхитрить.

Найджел же попытался сыграть по-другому. В душе хаффлпаффец, он по жизни должен был уметь изворачиваться и искать лучший способ выйти сухим из воды. Вот только выбранный способ вошёл вразрез с мировоззрением факультета.

Ситуация была безвыходной. Наверно, именно о таком положении дел директор говорил «из огня да в полымя».

«А ведь он предупреждал! — подумала она, массируя виски. — Старый лис!»

Директор Дамблдор действительно интересовался успехами Найджела. Невзначай, спрашивая мимоходом, но он всегда был в курсе. И о вступлении парня в Инспекционную Дружину узнал одним из первых. А узнав, не рассердился, а огорчился. Сказал странную фразу: «И он тоже» и попросил Помону защитить парня.

Но сейчас она понимала, что одно дело — защитить от нападок. И совсем другое — переубедить факультет, что староста заботился о них и не желал им зла. Не предавал…

Увы, с грустью она осознавала, что даже её сил недостаточно.

Поэтому она просто пересела вместе с парнем на диван и, положив его голову себе на колени, стала гладить его по волосам, говоря ему всякую успокаивающую чушь. Потому что большего она не могла сделать. При всём своем деканстве и уважении, которым она пользовалась на факультете, сейчас она не могла принять сторону Найджела.

И единственное, что она могла, это просто быть рядом.

Найджел сидел под деревом, любуясь гладью Чёрного озера. Все экзамены были позади, а на душе было спокойствие. Почти.

— Эй, Салли-Энн! Там ещё бутерброды есть?

— Да, конечно. Ханна, Сьюзен, там ещё чай в термосе. Вытащите, хорошо?

Невдалеке расположились пятикурсники-хаффлпаффцы с явным намерением устроить пикник. Всем командовала Перкс, что было неудивительно. Ведь именно она стала силой на факультете после раскрытия Отряда Дамблдора.

Все обязанности старосты теперь тянула Салли-Энн, но, как ни странно, всё произошедшее ещё больше сплотило факультет. Старшие теперь чуть ли не за ручку водили младшекурсников. А вечерние посиделки стали еще более душевными… По крайне мере, так рассказывала декан, старательно пытаясь приободрить Найджела. Но сама при этом прятала глаза.

Найджел вообще перестал появляться в гостиной. Нет, его не травили, не пытались избить или унизить. Его просто игнорировали. Смотрели сквозь него, словно на пустое место. Не обращая внимания.

Это было мучительно больно. И, вспоминая третий курс, Найджел понимал, что его самый большой страх почти воплотился.

В связи с чем последние недели, пользуясь своим статусом старосты, он практически