Маргарит, или Избранные душеспасительные изречения, руководящие к вечному блаженству, с присовокуплением некоторых бесед, относящихся исключительно к женским обителям - Иеромонах Арсений Минин

Искушения в подвиге покаяния и средства против них

1. «До падения нашего, – говорит святой Лествичник, – демоны представляют нам Бога человеколюбивым, а по падении – неумолимым».[13] Этот лукавый помысл отчаяния святые отцы советуют отражать крепкою надеждою на милосердие Божие. «Когда кто падет, – взывает преподобный Исаак Сирин, – да не забывает любви Отца своего, но если приключится ему впасть и в многоразличные прегрешения, да не перестает радеть о добре, да не останавливается в своем течении, но, побеждаемый, снова да восстает на борьбу с своими сопротивниками и ежедневно да начинает полагать основание разрушенному зданию, до самого исхода своего из мира сего, имея в устах пророческое слово: Не радуйся о мне, противник мой, яко падох: ибо снова восстану. Аще сяду во тьме, Господь озарит мя (см. Мих. 7, 8), и нимало да не прекращает брани до самой смерти и пока есть в нем дыхание; да не предаст души своей на одоление, даже и во время самого поражения. Но если и каждый день разбивается ладия его и терпит крушение весь груз, да не перестает заботиться, запасаться, даже брать взаймы, переходить на другие корабли и плыть с упованием, пока Господь, призрев на подвиг его и умилосердившись над сокрушением его, не ниспошлет ему милость Свою и не даст ему сильных побуждений встретить и вытерпеть разжженные стрелы врага. Такова премудрость, подаваемая от Бога; таков мудрый больной, не теряющий надежды своей!»[14] Святой Лествичник уверяет: «Часто и малые дары утоляли великий гнев Судии».[15] «Господь милосерд, – взывает преподобный Ефрем, – Ему приятно оказать милость и спасти человека. Поэтому, грешник, неослабно умоляй о милосердии и проси себе щедрот, потому что и Господь твой не утомляется, прощая тебе долги твои».[16]

2. «Прежние навыки, – говорит Лествичник, – мучительствуют нередко и нам, плачущим об оных».[17] И демоны при этом случае наводят на душу кающегося печаль и внушают безнадежность покаяния.[18] «Когда подвергаюсь я бедственному падению, – говорил один брат, – помысл мой снедает меня и укоряет: для чего ты пал?» Против такого мучительного напора злых помыслов авва Пимен сказал в одобрение брату: «Коль скоро человек впадает в грех и скажет: согрешил я! – грех тотчас проходит».[19] А преподобный Ефрем Сирин ободряет: «Если и тысячи раз согрешишь, но потом опять прибегнешь к покаянию, то снова очистишься от скверн и от соделанных тобою беззаконий. Господь наш сказал: седмьдесят крат седмерицею отпусти брату своему согрешения его (см. Мф. 18, 22), во сколько же крат более Сам Господь наш простит кающемуся! Если ты, грешник, и в один день согрешаешь седмьдесят крат седмерицею, Бог не заключает для тебя двери щедрот, если только каешься».[20]

3. «В ленивых, – говорит святой Лествичник, – падения по признании бывают тяжки и подавляют надежду бесстрастия».[21] При тяжких грехопадениях демоны усиливаются довести человека до отчаяния, так что в совершенной безнадежности спасения тяжко согрешивший взывает, подобно Каину: вящшая вина моя, еже оставитися ми (Быт. 4, 13). Против этого страшного наваждения святые отцы возбуждают веру в беспредельное и неистощимое милосердие Божие. «Ничто не равняется Божиим щедротам, – взывает святой Лествичник, – ничто не превышает их! Посему кто отчаивается, тот самоубийца».[22]

«Ты грешник? Не отчаивайся! – убеждает святой Златоуст. – Никогда не престану умащать тебя сим врачевством. Много имеешь грехов? Не отчаивайся! Никогда не престану повторять тебе это. Если ежедневно грешишь, ежедневно приноси покаяние… Ибо человеколюбию Божию нет меры, благость Божия не может быть выражена словом. Грех твой имеет меру, а врачевству нет меры. Грех твой, каков бы ни был, есть грех человеческий, а Божие человеколюбие неизреченно».[23]

4. «Боюсь, – взывал преподобный Дорофей к Варсонофию Великому, – чтобы мне не привыкнуть, согрешая, только раскаиваться, а не исправляться, не пребыть во грехах и не умереть так».[24] Эта мнимая бесплодность покаяния при непрестанном чаянии смерти приводит нередко в ужас несчастного грешника, который при всех усилиях с своей стороны не видит исправления в своей жизни и трепещет грозного смертного часа. «Брат, не должно тебе отчаиваться, – отвечал великий старец. – Кормчий, когда корабль его бьют волны, не отчаивается в своем спасении, но управляет кораблем, пока не приведет его в пристань. Так и ты, видя, что увлекся и рассеялся в деле, воззови себя к началу пути, говоря с пророком: И рех, ныне начах (Пс. 76, 11) и прочее…».[25]

«Если кто падет, то пусть опять постарается управить себя. Я верую Богу, что такому человеку не обратится это (случайное повторение падений) в навык и не овладеет им нерадение, но Бог вскоре приведет его в устроение усердных (делателей) и не возьмет души его дотоле, пока не приведет его в меру высокую, в мужа совершенна (Еф. 4, 13). Итак, не ослабевай, но доколе имеешь время, делай – и поможет тебе Бог!»[26]

«Не приходи в удивление, что ежедневно падаешь, – говорит святой Лествичник, – не отступай, но стой мужественно, и Ангел Хранитель твой, без сомнения, уважит терпение твое».[27]

«Кто искренно приходит к Богу, – уверяет преподобный Симеон Новый Богослов, – тем не попускает Он вовсе пасть, но, видя их немощь, содействует и помогает, свыше подавая им руку силы, и ведет их к Себе. Содействует же Он явно и вместе неявно, ощутительно и неощутительно, пока напоследок, прошед всю лествицу, они не приблизятся к Нему и не соединятся с Ним там, и сами не зная, в теле ли или вне тела, и обращаясь с Ним и наслаждаясь неизреченными благами».[28]

5. Души нерадивые обыкновенно успокаивают свою совесть ничем не заслуженною и потому ложною надеждою на человеколюбие Божие. «Скверный недуг сей, – говорит святой Лествичник, – ограждаясь Божиим человеколюбием, делается весьма приятным для сластолюбцев».[29] Для освобождения от этого недуга довольно убедиться в той несомненной истине, что Бог сколько милосерд, столько же и правосуден: милосерд к искренно кающимся и правосуден – к нераскаянным грешникам, и потому всем и каждому необходимо покаяние. «Не верь тому, – предостерегает преподобный Иоанн, – кто по падении твоем говорит тебе о легких проступках: лучше бы не делать тебе того; сие же ничего не значит».[30]

«Нам, которые впали в ров беззаконий, невозможно быть извлеченными из оного, если не погрузимся в бездну смирения кающихся».[31]

«Принеси от души покаяние, – говорит святой Ефрем Сирин, – и несколько слез урони на уязвляющий тебя грех, и пагубная язва совершенно будет заживлена на членах твоих. Но если один обычай влечет тебя ко Врачу, то не получишь здравия. Слезами только и сокрушением врачуется болезнь твоя».[32]

6. Легкость покаяния ввергает нерадивых в другую крайность: они постоянно отлагают покаяние. Против этого обольщения святые отцы внушают страх внезапной смерти. «Не сокрыто ли от тебя, – говорит преподобный Ефрем, – когда приидет и постигнет тебя конец? Но очищение от грехов можешь получить тотчас, если только будешь молить о сем».[33]

«Притом, – замечает святой Лествичник, – пока язва еще нова и горяча, легко она исцеляется, застарелые же, оставленные в небрежении и запущенные язвы нелегко врачуются и для заживления своего здесь требуют многих трудов, резаний, присыпаний и прижиганий. Многие язвы от времени делаются неисцельными; от Бога же вся возможна (Мф. 19, 26)».[34]

Чем позднее покаяние, тем оно тягостнее! «Для уврачевания глубоких ран, – говорит святой Исидор Пелусиот, – потребны труды, посты, бдения, милостыни, молитвы и другие подобные добродетели. Хотя согрешившая душа может и опять возвратить себе первобытную красоту, но она не иначе достигает сего, как путем бесчисленных трудов, скорбей и мучений».[35]

Признаки истинного раскаяния

Так как покаяние обыкновенно выражается внешними благочестивыми действиями, то кающийся, взирая с пристрастием на свои внешние подвиги, легко может обольстить себя мнимым исправлением жизни, заключив всю силу истинного раскаяния в разнообразии телесных благочестивых подвигов. Поэтому святые отцы представляют неложные признаки искренного, нелицемерного, нераскаянного покаяния (см. 2 Кор. 7, 10).

1. «Что значит раскаяться во грехе?» – спросил один брат авву Пимена. «Не делать более греха, – отвечал великий старец. – Праведники потому и названы непорочными, что они оставили грехи и сделались праведными».[36] Итак, первый признак истинного раскаяния – не делать именно тех грехов, в которых приносится покаяние.