Грани Чести (СИ) - Щукин Иван

Так что на пятнадцать серебряных рублей особо не пошикуешь. Реально – ни о чём. Вот если бы золотые, то да. Тут в одном золотом рубле почему-то семнадцать серебряных. То есть – это были бы реально неплохие деньги. А так…

Я открыл было рот, собираясь спросить, не офигел ли боярин, но тут же его и захлопнул. Догадываюсь что он скажет – заработай. Кстати…

– А работы для меня, случайно, никакой нет? – поинтересовался я.

– Пока нет, – покачал головой Иван Васильевич. Но в его взгляде определённо проскользнуло удовлетворение. Значит вопрос правильный. Вот только мне от этого не легче.

Хотя – стоп! У меня же есть заначка Маркуса – целый золотой червонец. То есть как минимум пару месяцев можно не беспокоиться.

– Почти приехали, – негромко произнес боярин и кивнул головой за окно. – И кстати, Маркус, о нашем разговоре распространяться не стоит. Никому!

Интерлюдия 3

Эльза расплатилась с артефактором, который заменил пустые накопители в доме, на заряженные Силой, ещё раз прошлась по комнатам, проверяя, ничего ли не упустила, и бросив взгляд на большие настенные часы вздохнула. Пора.

Вообще за последние несколько часов это был уже не первый и даже не десятый печальный вздох. Не на такое первое задание рассчитывала девушка. Совсем не на такое. Хотя и догадывалась, что ей хорошую работу вряд ли доверят, но всё же подсознательно всегда надеялась… На что-то. Возможно на покровительство Ивана Васильевича, которое он неоднократно выказывал. А возможно на свою исключительность. Ведь каждый человек верит в свою исключительность. Да? И отчасти Эльза права – она была единственной немкой, которая закончила школу телохранителей боярского рода Дёминых. Одну из лучших в стране. Вот только немкой девушка являлась лишь по рождению. Всё что она помнила из той, прошлой жизни – это ласковые руки матери, дворовую собаку Ирму, да воинов, что ворвались в её родную деревушку и вырезали часть жителей. А остальных забрали с собой. В том числе и её. Затем был невольничий рынок, где трехлетнюю Эльзу продали какому-то вонючему степному хану.

Следующее воспоминание о русских витязях, которые в свою очередь вырезали всех степных воинов и перехватили рабский караван. Но рабов не освободили, а охолопили.

И стала Эльза обычной дворовой девкой у Каменских, боярских детей из рода Дёминых. Стирала, убиралась, готовила, да ухаживала за скотиной. Пока однажды не попалась на глаза дружку хозяйского сына – пятнадцатилетнему мерзавцу, что подбил Всеслава снасильничать красивую светловолосую девчонку. Вот только закончилось всё тем, что у Эльзы проснулся Источник, а юные горе-насильники получили сильнейшие ожоги в самых неожиданных местах.

Там бы могла и закончиться эта история, если бы в тот день у хозяина дома не гостил боярин Иван Васильевич. Он своей властью забрал холопку у хозяев и определил в школу телохранителей, под Воронежем.

С тех пор Эльза стала по-настоящему счастлива. И не мешало этому счастью даже то, что другие ученики школы её не приняли. Плевать – главное что она вырвалась из рабства. Научилась драться, стрелять и фехтовать. И самое важное – управлять Силой.

И вот Эльзе уже восемнадцать. Она неделю назад окончила учебу, приехала по приказу в посёлок Дёмино и ждала назначения. Но уж никак не рассчитывала, что среди ночи к ней примчится человек от боярина Ивана и велит снова быть служанкой. И у кого?! У слабака Маркуса, над которым смеётся весь род! Это просто несправедливо!

Девушка снова тяжело вздохнула, затем расправила плечи, провела рукой по форменному белоснежному фартуку, разглаживая невидимые складки, и вышла на улицу. Как раз вовремя – из-за поворота на Китайскую улицу выехал тёмный экипаж, ведомый четверкой лошадей. Он неспешно прокатился вдоль десятка одинаковых домиков и остановился прямо напротив девушки.

Первым из экипажа выбрался боярин Дёмин, и Эльза согнулась в приветственном поклоне. А когда разогнулась, то увидела его – Маркуса. Среднего роста, подтянутый, симпатичный. Он совсем не казался рохлей, хоть и имел в данный момент вид слегка пришибленный. Словно его пыльным мешком из-за угла стукнули. А ещё у парня были потрясающие светлые волосы. Такие же, как у неё самой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Знакомься, Маркус – это Эльза. Твоя ключница, – представил её боярин Иван. И добавил: – А ещё она тоже немка.

– Гутен так! – поздоровался с ней парень и весело хмыкнул.

– Добро пожаловать домой, боярич, – снова поклонилась Эльза. Правда на это раз не так низко. А ещё ей совсем не понравилась ухмылка Маркуса. Словно он знал что-то такое, что остальным неведомо. И осмотрел он её с ног до головы как-то уж совсем по-хозяйски. Извращенец!

– Ладно, Марк – осваивайся, обживайся, и не забывай о нашем разговоре, – обратился боярин к парню. – А так же не забывай, что послезавтра тебе идти в гимназию.

– Послезавтра?! – удивленно переспросил Маркус.

– Ну да, – подтвердил Иван Васильевич. – Я у Добромилы узнавал, уже можно. И вот – держи, содержание за месяц. А я поехал, дел много.

Боярин передал парню небольшой кошель, запрыгнул в экипаж и был таков, а Маркус с Эльзой остались стоять на улице и растерянно переглянулись, словно не понимая, что делать дальше.

Первым «ожил» боярич. Он тряхнул свое белоснежной гривой, подхватил два больших чемодана, что выгрузил кучер, и потащил их в дом. Правда почему-то при этом морщился. То ли дом ему не нравится, то ли тот факт, что самому чемоданы приходится нести. Странный он какой-то!

– Ну что, обживаться, так обживаться! – пробормотал Маркус войдя в дом, и поставив чемоданы на пол. – Рассказывай, красавица, что тут к чему.

Эльза несколько секунд помолчала, борясь с желание огреть боярича по голове за «красавицу». Непонятно почему, но это слово из уст паренька её ужасно выбесило. А затем начала рассказывать.

– На первом этаже у нас кухня, столовая, гостиная и комнаты для прислуги. На втором этаже хозяйские комнаты. Во дворе тренировочная площадка, беседка, сараи и конюшня. Ах да – ещё в доме есть подвал!

Закончив такой вот своеобразный доклад Эльза с вызовом уставилась на боярича, ожидая недовольства. Но он лишь вновь усмехнулся и произнёс:

– Подвал – это да. Подвал – штука нужная. А что там за тренировочная площадка?

– Для занятий боевыми искусствами, – пожала плечами девушка. – От прежних хозяев осталась, видимо.

– О как! – оживился Маркус. – Пойдем, посмотрим. Надо проверить, на что эта тушка способна.

Что за тушка, Эльза не поняла, но переспрашивать не стала из принципа. Вместо этого молча пошла к заднему входу.

Выйдя во двор боярич с любопытством огляделся, затем зашел в беседку и оставил там шпагу, а потом действительно направился на тренировочную площадку. Там он какое-то время присматривался к разного видам макиварам и в итоге остановился у той, что предназначалась для отработки ударов и блоков руками по разным уровням. Снял куртку и бросил её в сторону, прямо на пол, закатал рукава рубахи, покрутил кисти рук, разминая.

– Ну что же – начнем.

Интерлюдия 4

Мастер Шань как всегда проснулся очень рано. Эта привычка появилась у него очень давно, в возрасте двадцати пяти – тридцати лет. Точнее он уже и не помнил, слишком много времени минуло с тех пор. И если раньше раннему пробуждению он был не особо рад, то с тех пор, как остатки уничтоженного китайского клана артефакторов бежали из Поднебесной в дикую Россию, мастер решил, что в этом что-то есть. А виной тому была внучка. Внучка любимая, ненаглядная, но очень уж непоседливая и болтливая. А старый китаец любил покой и тишину. А ещё он любил свою работу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Именно поэтому, проснувшись, мастер очень тихо, почти крадучись, прошелся по дому, вышел во двор и присел за свой рабочий стол, что стоял под простеньким навесом. Достал из ящика очередную заготовку и крутил в руках, решая, во чтобы её превратить.

– Деда! – неожиданно раздался из дома крик внучки, заставив старика вздрогнуть и уронить заготовку на стол.