Безжалостные короли - Лаура Ли

— Ты можешь доверять мне, Жасси Жас. И ребятам тоже. Я знаю, что мы совершили несколько дерьмовых поступков, но эти несколько поступков не говорят о том, кто мы есть. О том, на что мы готовы пойти, чтобы обеспечить твою безопасность. Ты важна для нас; очень немногие люди попадают под этот зонтик.

— Почему я должна тебе верить? Почему я должна верить всему, что ты мне сегодня сказал?

Взгляд Бентли ни разу не дрогнул, пока он формулировал свой ответ.

— Спроси меня как-нибудь о девушке по имени Карисса. Не сегодня… но скоро. Обещаю, у тебя не останется сомнений в том, что мы когда-нибудь намеренно причиним тебе боль.

Я бы солгала, если бы сказала, что не была заинтригована этой девушкой по имени Карисса.

— Я что-то значу, да?

— Охуенно много, детка. Было бы намного проще, если бы ты этого не делала — особенно для меня — но такова жизнь, я думаю.

Я беру паузу, чтобы действительно переварить его слова. Изучить язык его тела. Видя его в таком состоянии, когда сожаление накатывает на него волнами, я уверена, что Бентли говорит искренне. Я все еще буду осторожна, потому что я не дура, но я готова дать ему преимущество.

— Хорошо.

— Хорошо? Хорошо, что?

— Хорошо, я поверю тебе. Пока что. Но если я узнаю, что ты солгал мне обо всем этом, я не дам тебе второго шанса. Я не шучу, Бент.

Бентли резко выдохнул.

— Клянусь, он мне не понадобится. Честный Эйб с этого момента.

Я вздыхаю.

— И что теперь?

Бентли сжимает затылок.

— Ты хочешь поговорить о том, что случилось той ночью?

Я ненадолго закрываю глаза, отгоняя образы, которые вызывают его слова. Я не могу перестать думать о той ночи, и ни одна из этих мыслей не является приятной.

— Не совсем.

Он втягивает в рот свою полную нижнюю губу.

— Могу я спросить тебя об одной вещи?

— Я оставляю за собой право не отвечать, но, конечно, спрашивай.

— Ты… тот парень, который тебя обидел, он…

Я поднимаю брови, ожидая, пока он закончит предложение. Парень выглядит крайне неловко. Я почти уверена, что знаю, к чему он клонит, но не хочу предполагать.

— Что сделал парень, который причинил мне боль, Бентли?

Он сглатывает комок в горле.

— Он… приставал к тебе?

— Нет, — я резко вдыхаю. — Он пытался… но у него не получилось.

Голова Бентли опускается на руки, сложенные на спинке стула. Он остается в таком положении на мгновение, его спина поднимается и опускается, когда он делает глубокий вдох.

Я наклоняю голову набок.

— Ты в порядке?

— Просто… дай мне секунду.

Он только что шмыгнул носом?

Когда Бентли поднимает голову, его глаза налиты кровью и наполнены непролитыми слезами. Любое затянувшееся напряжение в моем теле немедленно ослабевает при виде этого зрелища.

— Бент…

— Жасси, я знаю, что говорю как полная киска, но можно я тебя обниму? Мне просто нужно почувствовать тебя.

Я киваю.

— Только будь осторожен с моим животом, хорошо? У меня все еще болит.

Без колебаний Бентли растягивается рядом со мной и обхватывает руками верхнюю часть моего тела, уткнувшись лицом в изгиб моей шеи. Никто из нас не произносит ни слова, мы просто сидим, утешаясь в объятиях друг друга. Я обнимаю его так крепко, как только могу, когда чувствую, как его тихие слезы капают на мою кожу, стекая по ключице. Что же его так расстроило? Кто бы мог подумать, что этот парень, который чаще всего является клоуном, может так растрогаться?

Я снимаю с него кепку и провожу пальцами по его аккуратно подстриженным волосам.

— Бентли, что творится в твоей голове?

Его кулаки сжимаются вокруг моей толстовки.

— Я просто чертовски рад, что ты в порядке. Мне нужно было, чтобы с тобой все было в порядке — я не смог бы жить с собой, если бы это было не так.

Я не знаю, что на это ответить, поэтому просто прижимаюсь к нему, пока он пытается сдержать рыдания. Не знаю, как долго мы лежим в моей кровати, прижавшись друг к другу, прежде чем Бентли начинает тихонько похрапывать. Я рада, что надела дополнительный слой одежды, потому что прошло совсем немного времени, прежде чем его голова оказалась прямо над моей грудью, а его рот — в опасной близости от моего соска. Что это с парнями, которые используют грудь в качестве подушки? Не то чтобы моя была настолько мягкой.

У меня не хватает духу разбудить его, и, если честно, обниматься с Бентли не так уж сложно. Я даже испытываю облегчение от того, что после всего произошедшего я не против того, чтобы ко мне прикасались вот так. Воспоминания о грубых руках и губах этого мерзкого человека по всему моему телу заставляют мою кожу покрываться мурашками. Я боялась, что не смогу вынести прикосновения кого бы то ни было, независимо от того, как я к нему отношусь. Я наслаждаюсь комфортом, который это обеспечивает, зная, что мне нужно будет запастись им на будущее. У меня такое чувство, что все станет намного хуже, прежде чем станет лучше.

6. Жас

— Ну, разве это не мило?

Мои глаза распахиваются, и я вижу, что Кингстон стоит в открытом дверном проеме моей спальни и выглядит ужасно взбешенным. Почему я так вспотела? Давление на мою грудь заставляет меня посмотреть вниз. О да, точно. На мне лежит более двухсот фунтов мускулистого мужчины-парня. Голова Бентли все еще лежит на моей левой груди, а его рука обхватывает мою правую.

Я толкаю его локтем.

— Бентли, вставай.

Он сжимает мою грудь и бормочет: — Я не хочу. Мне здесь нравится.

Я не успеваю ответить, как Кингстон тянет Бентли за рубашку и стаскивает его с меня.

— Вставай, придурок.

Бентли быстро моргает, пытаясь прогнать сонный туман. Когда он понимает, что происходит, он свирепо смотрит на своего друга.

— Пошел ты, мудак. Мне было удобно.

Кингстон возвращает свирепый взгляд Бентли.

— Очевидно. Мой вопрос в том, какого хрена ты вообще здесь делаешь?

Бентли встает во весь рост, выпячивая грудь.

— Я пришел проведать Жасси Жас.

Кингстон приподнимает бровь.

— И потрогать ее, пока она спала?

Бентли в панике переводит взгляд на меня.

— Я не трогал тебя во сне. То есть… наверное, так и было, но я тоже спал. Я не делал это специально.

Я мягко улыбаюсь.

— Я знаю, Бентли. Все в порядке.

Он одаривает Кингстона дерзкой ухмылкой.

— Видишь? Ей нравится,